Сима Чиркович - История сербов

Пребывание Немани на Святой горе, куда он отправился из личных побуждений, сыграло значительную роль в истории Сербии: на Афоне он и его сын Савва основали монастырь Хиландар, в котором должны были находиться монахи из числа сербов. С тех пор сербы заняли собственное место в стране православного монашества, в которой помимо греков свои монастыри имелись у болгар, русичей и иберов (грузин). Материальную поддержку Хиландару обеспечивал великий жупан Стефан, а разрешения на постройку сербского монастыря добился в Константинополе у своих царственных родственников монах Савва. Неманя-Симеон умер в Хиландаре 13 февраля 1199 г. и был похоронен здесь же, хотя, согласно традиции, предполагалось, что он будет погребен в Студенице.

Время правления Стефана Немани явилось переломным моментом в истории сербского государства, хотя все последствия происходивших кардинальных изменений стали очевидны только при его наследниках. При этом эпоха Немани имела гораздо большее сходство с временами его предшественников, а не потомков, и прежде всего в характере отношений с Византийской империей. Неманя признавал верховную власть византийских императоров и таким образом оказывался (как с символической точки зрения, так и с точки зрения реальных отношений с Империей) включенным в византийскую иерархическую систему, то есть считался чем-то вроде наместника императора в провинции.

Но по сравнению с предыдущими эпохами соотношение сил в период правления Стефана Немани в корне изменилось. В то время как сербское государство расширяло свои территории и укреплялось, ослабевшая Византия быстро и неудержимо клонилась к закату. Сначала Империя была вытеснена из своих периферийных областей близ Савы и Дуная. Белград и Браничево, еще в 1198 г. находившиеся под властью Византии, спустя несколько лет вошли в состав возрожденного Болгарского царства (оно снова появилось на политической карте в 1185 г.), а в следующие десятилетия стали яблоком раздора между Венгрией и Болгарией. На просторах вдоль Савы вместе с городом Сирмий был образован королевский домен — сначала как приданое венгерской принцессы Маргареты (Марии), супруги императора Исаака II Ангела, а позднее как удел ее наследников. Этот королевский домен просуществует вплоть до начала XIV в.

Во времена правления первого наследника Немани Византия уже была вынуждена оборонять свои границы во Фракии и в Македонии, хотя и недолго, поскольку в 1204 г., вследствие внутренних междоусобиц и вмешательства участников Четвертого крестового похода под предводительством венецианцев, Империя временно перестала существовать. На ее развалинах возникли государства крестоносцев со столицами в Константинополе, Салониках и на полуострове Пелопоннес. В Малой Азии и в Эпире также образовались самостоятельные области, которыми правили потомки императорской династии или местные вельможи.

Сербия не была втянута в события византийского кризиса и фундаментального изменения карты Балканского полуострова — она сама была раздираема серьезными внутренними противоречиями. С разгромом Византии Стефан Неманич, зять императора и севастократор, лишился последней опоры, на которой покоилась его власть; первоначально опору он потерял в феврале 1199 г. со смертью своего отца Немани.

Самое позднее в 1202 г. в Сербии вспыхнула война: Вукан Неманич стремился пересмотреть порядок наследования власти, установленный его отцом в совершенно иных условиях. Союзником Вукана была Венгрия, в то время как Стефан Неманич заручился поддержкой противников венгерского короля, как временных (боснийский бан Кулин), так и постоянных (болгарский правитель Калоян, правивший в 1197–1207 гг.). Около 1202 г. Вукан сверг своего брата Стефана с престола и завладел всем государством, став великим жупаном. Тогда же венгерский король внес название Сербия в венгерский королевский титул и сделался помимо прочего тех Servie. С тех пор часть титула тех Servie будет присутствовать у всех венгерских королей вплоть до 1918 г.

Благодаря поддержке болгар Стефан Неманич вернулся в Сербию и продолжил борьбу за власть. Эта война нанесла государству тяжелый экономический ущерб. Закончилась она в конце 1204 г. или в начале 1205 г. Условия заключения мира, судя по всему, диктовал Стефан Неманич: он стал великим жупаном и правителем всей страны, а Вукан с титулом «великий князь» остался в своем уделе. Но примирение и восстановленное единство между братьями опять-таки должен был закрепить Стефан Неманя, на этот раз как небесный защитник своей страны и своих сыновей. Братья попросили Савву (Растко) перенести мощи Симеона в Сербию, тем более что в Хиландаре они начали в это время мироточить (источать миро, благовонное масло), что считалось знаком Божьей милости и святости.

Мощи Немани-Симеона были с почестями встречены в Сербии и похоронены в монастыре Студеница, в давно приготовленной могиле. Признаки святости — мироточение — проявились и в Студенице, появился культ Симеона Мироточивого, который с тех пор будет считаться небесным защитником своих потомков, их посредником у Христа и Богородицы, молитвенником за весь свой род. Жития, необходимые для прославления памяти нового святого, создателя монастырей Студеница и Хиландар, были написаны двумя сыновьями Немани — Саввой и Стефаном. Они состяли из двух произведений (Житие святого Симеона Немани и Житие Симеона Немани) и стали первыми оригинальными сербскими литературными сочинениями.

Только с появлением культа Симеона Мироточивого стал в полной мере очевиден переломный характер эпохи правления Немани. Он явился родоначальником «святородной династии», или «династии святого происхождения», в которой и позднее появлялись новые святые. Ореол святости, окружавший всю династию в целом и отдельных ее представителей, способствовал тому, что на основе общехристианской традиции постепенно выстроилась особая сербская христианская традиция, а история сербов стала частью общехристианской сотериологии (истории спасения), хранимой и передаваемой церковью во все времена, даже тогда, когда уже не существовало ни Сербского государства, ни сербской династии. С тех пор укоренилось убеждение, что история сербов началась со Стефана Немани. Это мнение стали подвергать критике только в научных исторических сочинениях XVIII в.