Элизабет Тюдор - Семь посланников

- Да! И самая главная новость! - воскликнул докладчик. - Сегодня

был заключен договор о поставке агротехники амельбекцев на Землю. Теперь-то гроттерщикам придется несладко.

- Да-а, жаль, что меня на этой сделке не было, - усмехнулся Генри.

- Интересно было бы взглянуть на лица амельбекцев, когда наши выдвинули им ультиматум.

- Тьфу, - фыркнул Юджин. - Чего интересного в этих безносых,

безбровых, безухих, слизистых, как сопля, амельбекцах?

- Они не такие уж отвратительные.

- Противнее не бывает. От них разит за целую милю, и где бы они ни

побывали, в помещении надолго после них остается зловонный запах. Замечание интеллэйда рассмешило Генри.

- Юджин, ты так говоришь, словно виделся с амельбекцем лично.

- Может, и не виделся, - обидчиво отреагировал кибермозг. - Но

ведь молва никогда не врет.

- Так уж и нет? - хмыкнул Макензи. - Та же самая молва трещала по

всем углам, что домашние интеллэйды болтливые пустословы, никчемные тупицы и что вообще раз их невозможно увидеть, раз они не существуют физически, то и слушать их мнения неправильно.

- Злословие, явная клевета! Я существую! Я кибермозг - самый лучший,

самый превосходный, самый необходимый и без меня.

- .никто не сможет жить, - закончил человек хорошо знакомую фразу

интеллэйда. - Знаюзнаю, слышал это сто тысяч раз, вот только к твоей хвалебной программе надобно добавить еще два качества.

- Какие же? - с интересом спросил Юджин.

- Самодовольный тугодум. Генри залился смехом от своих же слов.

- Смейтесь-смейтесь, вот только нехорошо потешаться над тем, кого

природа создала непохожим на вас. - он внезапно умолк. - Вам звонок. - Кто это?

- Дилан Глареан.

- Ди-лан? Что ему нужно в такое время? - недовольно проворчал Макензи.

- Выяснить мне или вы сами переговорите с ним? - Нет уж, лучше сам. Юджин подключил телекоммуникационную связь, и на экране появилось изображение некрасивого тридцатипятилетнего мужчины, с русыми, коротко остриженными волосами, и хитрыми проницательными серыми глазами. С виду он, впрочем, казался добропорядочным человеком, но в душе был сущим дьяволом. Он всеми средствами пытался отличиться и прибегал к тысячам уловок, чтобы убрать с дороги лучших агентов и "прорваться" до звания маршала. Одним из таких "лучших", кому он хотел подставить подножку, был его сослуживец капитан-лейтенант Макензи. Глареан пытался казаться тому закадычным другом и верным товарищем, но в действительности он, подобно анаконде, следящей за своей добычей, присматривался к Генри как к своему врагу. Дилан был целеустремленным человеком и не успокаивался, пока не добивался своей цели. Нескольких своих сослуживцев, кого он бесстыдно называл "товарищами", он ухитрился сбить с пути. Следующим по его плану был Макензи. Генри знал о кознях, устраиваемых "другом", и старался держаться от него подальше. Но настырный неприятель не отставал от него. И в этот вечер звонок Глареана таил в себе корыстные и злостные намерения.

- О, Генри! Дружище, как у тебя дела? Прости за поздний звонок.

Надеюсь, не помешал?

- Нисколько! Я говорил со своим интеллэйдом..

- А что, живого существа не нашлось, чтобы поговорить по душам?

ехидно спросил Дилан.

- Я ни с кем и никогда не говорю по душам, а тем более с киборгами.

- Какой же ты колкий сегодня. Что-то стряслось?

- Ничего.

- Ну-ну, расскажи мне, я ведь твой друг, может, смогу чем-нибудь

помочь.

- Все в норме.

- Не криви душой, Генри. Я знаю тебя не первый день и могу точно

сказать, что ты огорчен.

- Дилан, ты позвонил, чтобы допрашивать меня или свести с ума? - не

выдержав долее натиска позвонившего, резко прервал он надоедливого лжедруга.

- Да что ты, дружище! Как я могу? Ближе тебя у меня нет никого.

Я беспокоюсь о тебе, и мой звонок в столь неурочное время связан только с чувством симпатии к моему товарищу.

- Какое же чудо стряслось сегодня?

- Прибавка.

- К чему? К жалованью?

- Нет-нет, - рассмеялся Глареан. - К штату.

- А мне-то что с того? - недовольно насупив брови, грубо ответил

собеседник.

- Так это правда, что ты ничего не знаешь? Мне казалось, что огорчение

твое связано именно с новым напарником.

- Какой еще напарник, Дилан? Я всегда работаю в одиночку.

- Кончилась твоя отшельническая жизнь. С завтрашнего дня ты выходишь на

дело вместе с напарником.

- Бред какой-то! Не верю! Ты говоришь это в шутку или всерьез?

- Клянусь своими эполетами. Такая нешуточная для Глареана клятва заставила слушателя принять озабоченный вид.

- Да, к тому же этот напарничек совсем недавно окончил Эфкос.

- Что?! - возмущенно вскрикнул Макензи. - Мне, спецагенту

Галактической службы безопасности, разведчику, удостоившемуся почетной звезды, выходить на дело с только что вылупившимся цыпленочком? Н-е-т. Я, наверное, сплю. Это же кошмар! Поскорее бы проснуться.

- Ты бодрствуешь, Генри, и все, что ты слышишь, сущая правда! Макензи дольше не смог спокойно усидеть на месте. Он закружил по комнате как рассерженный тигр. Бранился, рычал и проклинал себя и весь свет.

- Не бесись ты так, - с притворным сочувствием произнес вестник.

- Это ведь не конец света. Я уверен, что все наладится. Это недоразумение, не больше того. Завтра ты даже посетуешь на собственную несдержанность и излишнюю нервозность. - Дилан пытался успокоить сослуживца, хотя на самом деле ликовал про себя об одержанной победе. - Знал бы я, что ты так воспримешь эту новость, ни за что бы не позвонил тебе.

- Премного благодарен тебе за эту новость, - изобразив из себя

человека, тронутого заботой друга, проговорил другой. - Я никогда не забуду этой твоей услуги, но сейчас мне лучше побыть одному.

- Да-да, понимаю. Оставляю тебя с надеждой, что ты не станешь долее

изводить себя тяжелыми мыслями.

- Будь спокоен, ни один напарник не стоит этого!

Г л а в а 11

НАПАРНИКИ И СООБЩНИКИ

Друг - это одна душа, живущая в двух телах.

Аристотель

Едва лучи солнца забрезжили на горизонте, как Макензи отправился в штабквартиру ГСБ. Начальника отделения еще не было, и ему пришлось прождать около двух часов. Когда же тот появился, Генри закатил такой скандал, что начальник даже опешил. Все сказанное Глареаном оказалось правдой.

- Я не могу в это поверить, Грэм! Что я такого натворил, чем

провинился, за что меня так жестоко наказывают? Напарник!.. Напарник!.. Да я и так работаю на пару с Валенсией!

- Это другое дело, Генри,- вставил свое слово Эдвард Грэм.- Она офицер

связи, не покидающий пределов Земли, а Брэстед будет всегда и везде сопровождать тебя.

- Всегда и везде?! - захлебываясь от негодования, воскликнул Макензи.

- Что я вам, дитя малое? Не хочу я никакого Брэстеда! Разве в проводимых мною операциях была когда-либо промашка? Непослушание или упущение?