Дмитрий Боровков - Владимир Мономах, князь-мифотворец
- Название:Владимир Мономах, князь-мифотворец
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Ломоносовъ
- Год:2015
- Город:М.
- ISBN:978-5-91678-276-9
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Дмитрий Боровков - Владимир Мономах, князь-мифотворец краткое содержание
В этой книге собрано практически все, что известно о великом князе киевском Владимире Всеволодовиче Мономахе, — о том, каким его представляли современники и как оценивали ближайшие потомки. Государственный деятель, военачальник, талантливый писатель, он прекратил княжеские междоусобицы и, собрав в руках своей семьи значительную часть русских земель, выступил объединителем Руси. Отчасти именно это послужило причиной того, что имя Владимира Мономаха стало краеугольным камнем идеи «перенесения империи» на Русь, а сам он — частью политического мифа, формирование которого началось еще при его жизни на страницах древнейшей русской летописи — «Повести временных лет», составленной в 1116 году, — и продолжилось в XIII — XVI веках. Историк Дмитрий Боровков, критично подходя к сведениям, которые содержатся в летописях, сделал попытку выявить мотивы, которые влияли на создание летописного образа Владимира Мономаха, и тем самым воссоздать его подлинный облик.
Владимир Мономах, князь-мифотворец - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Переяславский князь находился в менее выгодном положении, чем князья, сидевшие в Киеве и Чернигове, из-за постоянных столкновений с кочевниками, упоминания о которых появляются в «Повести временных лет» уже под 1054/55 г.: «В тот же год зимою пошел Всеволод на торков к Воиню и победил торков. В том же году приходил Болуш с половцами, и заключил мир с ними Всеволод, и возвратились половцы назад, откуда пришли».
Впрочем, как можно думать, мир на южных рубежах Руси оказался недолговечным: уже под 1060 г. летопись сообщает о большом походе «на лодьях и конях» против торков, в котором помимо трех старших Ярославичей принял участие и их двоюродный племянник — полоцкий князь Всеслав Брячиславич. Эта междукняжеская коалиция сумела нанести торкам столь сильное поражение, что после него они перестали представлять самостоятельную политическую силу и постепенно превратились в «федератов» на службе киевских князей. Гораздо труднее было справиться с половцами, которые под предводительством хана Искала 2 февраля 1061 г. нанесли сильное поражение Всеволоду Ярославичу и опустошили его княжество — «то было первое зло от поганых и безбожных врагов», — говорится в летописи. В таких условиях прошло детство Владимира Мономаха, которому в будущем предстояло вести тяжелую борьбу против половцев. Всю полноту силы кочевников-половцев русским князьям пришлось испытать на себе в сентябре 1068 г., когда они совершили большое нашествие на Южную Русь.
К тому времени союз Ярославичей с полоцким князем распался: отношения испортились в середине 1060-х гг.: о том, что Всеслав начал войну, в «Повести временных лет» говорится под 6573 г. (1065/66 г. мартовским). Памятник новгородского летописания XV в. — Новгородская IV летопись под этим же годом уточняет, что «Всеслав был у Пскова и бил укрепления стенобитными орудиями» {30} 30 ПСРЛ4. Ч. 1.С. 122.
. Тем не менее можно предполагать, что осадой Пскова дело не ограничилось, поскольку в списке новгородских князей, включенном в Новгородскую I летопись младшего извода, сохранилась информация о том, что княживший в Новгороде князь Мстислав Изяславич бежал, потерпев поражение в битве на реке Черехе {31} 31 ПСРЛЗ. С. 161, 470.
, которая протекает как раз по территории Псковской области.
Год сражения в летописи не указан, но можно предполагать, что поражение Мстислава Изяславича совпало с военной экспедицией Всеслава Полоцкого: после бегства Мстислава Всеслав пошел на оставшийся без защиты Новгород. О масштабах постигшей город катастрофы мы знаем из сообщения Новгородской IV летописи: Всеслав занял и сжег Новгород до Неревского конца и, «взяв все у Святой Софии, и паникадила, и колокола, отступил» {32} 32 ПСРЛ4.Ч. 1.С. 123.
. Расплата не заставила себя долго ждать. Зимой 1066/67 г., по свидетельству «Повести временных лет», Ярославичи, «собрав воинов, пошли на Всеслава в сильный мороз. И подошли к Минску, и минчане затворились в городе». Братья же «взяли Минск и перебили всех мужей, а жен и детей захватили в плен и пошли к Немиге, и Всеслав пошел против них. И встретились противники на Немиге месяца марта в 3-й день; и был снег велик, и пошли друг на друга. И была сеча жестокая, и многие пали в ней, и одолели Изяслав, Святослав, Всеволод, Всеслав же бежал. Затем месяца июля в 10-й день Изяслав, Святослав и Всеволод, поцеловав крест честной Всеславу, сказали ему: “Приди к нам, не сотворим тебе зла”. Он же, надеясь на их крестоцелование, переехал к ним в ладье через Днепр. Когда же Изяслав первым вошел в шатер, схватили тут Всеслава, на Рши у Смоленска, преступив крестоцелование. Изяслав же, приведя Всеслава в Киев, посадил его в темницу с двумя сыновьями». Это решение, как показали дальнейшие события, оказалось для киевского князя роковым.
В «Повести временных лет» сохранилось предельно лаконичное описание первого акта трагедии, которая разыгралась на реке Альте в 1068 г.: «Пришли иноплеменники на Русскую землю, половцев множество. Изяслав же, и Святослав, и Всеволод вышли против них на Альту. И ночью пошли друг на друга. Навел на нас Бог поганых за грехи наши, и побежали русские князья, и победили половцы». Позднее к этим скупым строкам был добавлен куда более пространный комментарий, известный в исторической литературе как «Рассуждение о казнях Божьих», составитель которого постарался объяснить разгром русских войск на Альте как результат отступничества Русской земли от христианских канонов.
Однако куда больший интерес представляет первоначальный текст летописной статьи, касающийся событий, которые произошли в Киеве. Его автор, бывший, по-видимому, очевидцем произошедшего, рассказывает следующее: «Когда Изяслав со Всеволодом бежали в Киев, а Святослав — в Чернигов, то киевляне прибежали в Киев, и собрали вече на торгу, и послали к князю сказать: “Вот, половцы рассеялись по всей земле, дай, княже, оружие и коней, и мы еще раз сразимся с ними”. Изяслав же того не послушал. И стали люди роптать на воеводу Коснячка; пошли на гору с веча, и пришли на двор Коснячков, и, не найдя его, стали у двора Брячислава, и сказали: “Пойдем освободим дружину свою из темницы”». Данное предложение является одним из наиболее дискуссионных фрагментов летописного рассказа. С одной стороны, не вполне ясно, чего именно добивались восставшие от Коснячка. Так, в историографии распространено мнение, что люди искали воеводу «не с добрыми намерениями» {33} 33 Покровский 1966. Кн. 1. С. 159; Мавродин 1956. С. 197.
и даже разграбили его двор {34} 34 Толочко 1987. С. 88; Тихомиров 2008. С. 148.
, однако летопись не содержит столь красочных подробностей, которые в действительности являются догадками ученых.
С другой стороны, является загадкой, что именно за «дружину» мятежники собрались освободить из темницы. Ход событий свидетельствует в пользу того, что отношения князя с горожанами оставляли желать лучшего, так что речь здесь могла идти о какой-то части городского населения (может быть, об участниках ополчения), которая по приказанию Изяслава была заключена под стражу, хотя об открытом конфликте между ними ничего не известно.
Восставшие разделились на две группы: одна пошла к темнице, а другая — по мосту на княжеский двор. «Изяслав в это время на сенях совет держал с дружиной своей, и заспорили с князем те, кто стоял внизу. Когда же князь смотрел из оконца, а дружина стояла возле него, сказал Тукы, брат Чудина, Изяславу: “Видишь, князь, люди расшумелись; пошли, пусть постерегут Всеслава”. И пока он это говорил, другая половина людей пришла от темницы, отворив ее. И сказала дружина князю: “Злое содеялось; пошли ко Всеславу, пусть, подозвав его обманом к оконцу, пронзят мечом”. И не послушал того князь. Люди же закричали и пошли к темнице Всеслава. Изяслав же, видя это, побежал со Всеволодом со двора, люди же освободили Всеслава из поруба — в 15-й день сентября — и прославили его среди княжеского двора. Двор же княжий разграбили — бесчисленное множество золота и серебра, в монетах и слитках. Изяслав же бежал в Польшу» {35} 35 ПСРЛ 1. Стб. 170–171; ПЛДР 1978. С. 185.
— в противном случае старший и младший Ярославичи рисковали поменяться местами с Всеславом.
Интервал:
Закладка: