Сергей Кашкин - Право Европейского Союза

Правовые акты, изданные в рамках сотрудничества полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере, публикуются в Официальном журнале Европейского Союза с шифром «ПВД» — правосудие и внутренние дела (англ. JHA; франц. JAI) [52] Англ. Justice and Home Affairs; франц. Justice et affaires intйrieures. .

Одним из главных правовых последствий вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. о реформе Европейского Союза станет упрощение внутреннего устройства этой организации, ликвидация созданной Маастрихтским договором 1992 г. структуры трех опор (см. вопросы № 14 и № 17).

В результате значительно упростится и система издаваемых институтами Европейского Союза правовых актов. В соответствии со ст. 288 Договора о функционировании Европейского Союза в редакции Лиссабонского договора (бывшей ст. 249 Договора об учреждении Европейского сообщества) по всем вопросам компетенции «нового» Союза его институты будут издавать пять видов правовых актов, которые ранее принимались только в рамках первой опоры (т. е. в рамках Европейского сообщества и Евратома): регламент, директива, решение, рекомендация и заключение.

Юридические свойства этих документов остались неизменными (см. вопрос № 26). В то же время Лиссабонский договор расширил определение решения. Решения теперь могут не только являться юридически обязательными индивидуальными актами, адресованными конкретному субъекту, но также приниматься для иных практических, в том числе организационных потребностей функционирования Союза (нынешние решения sui generis). Решениями также станут оформляться все мероприятия по вопросам общей внешней политики и политики безопасности Союза. Существующая в настоящее время отдельная подсистема правовых актов ОВПБ («общие стратегии», «общие позиции» и «общие акции») ликвидируется.

В свою очередь директива как основа законодательства Европейского Союза будет в полной мере использоваться и в уголовноправовой сфере, в том числе по вопросам, по которым ранее издавались рамочные решения СПСО (сотрудничество полиций и судебных органов в уголовно-правовой сфере).

Кроме упрощения системы правовых актов Европейского Союза, Лиссабонский договор установил их классификацию на «законодательные» и «незаконодательные», приближенную к государственно-правовым стандартам:

1) к «законодательным актам» Европейского Союза отнесены только те юридически обязательные документы (регламенты, директивы и решения), которые издаются законодательными институтами на европейском уровне (Европейским парламентом и Советом, как правило, совместно) посредством законодательной процедуры;

2) остальные акты (например, решения Европейского центрального банка), в том числе не имеющие юридически обязательной силы (рекомендации и заключения), включены в категорию незаконодательных актов.

В свою очередь среди незаконодательных актов Лиссабонский договор выделяет «делегированные акты» и «исполнительные акты».

«Делегированные акты» — это акты, издаваемые главным исполнительным институтом Европейского Союза (Комиссией) на основании и в пределах полномочий, делегированных ей законодательными институтами (Европейским парламентом и Советом).

«Исполнительные акты» также, как правило, будут издаваться Комиссией с целью обеспечить единообразные условия исполнения законодательных и других юридически обязательных актов Союза.

В название делегированных и исполнительных актов в обязательном порядке должно включаться слово «делегированный» или «исполнительный» (например, «делегированная директива», «исполнительный регламент»).

Еще на этапе становления Европейского Союза в его правовой системе появилась третья, особая группа источников, состоящая из решений наднациональных судов (главным образом, Суда Европейских сообществ).

Совокупность этих решений в западной доктрине обозначают терминами «прецедентное право» (англ. case law) — в странах англосаксонской правовой семьи (Великобритания, Ирландия) [53] Термин «case law» дословно переводится как «казуальное право», т. е. право, созданное решениями судов, которые вынесены по конкретным делам. Однако британские юристы рассматривают понятия «case law» и «judicial precedent» (судебный прецедент) как синонимы. См.: Wade E.C.S.; BradleyA.W. Constitutional and administrative law. London: Longman, 1991. P. 12–13. или «судебная практика» ( франц. jurisprudence) — в странах континентальной Европы (остальные государства-члены) [54] Пришедшее из латинского языка понятие «jurisprudence» (дословно: юриспруденция) в современном западном правоведении, в частности французском, используется для обозначения «серии совпадающих решений [судов], вынесенных по определенному правовому вопросу». В этой связи по аналогии с английским «case law» сложилась категория «droit jurisprudentiel» — право, созданное судебными органами. См.: Starck B., Roland H., Boyer L. Introduction au droit. Paris: Litec, 2000. P. 327. .

Прецедентное право/судебная практика Европейского Союза создается в ходе толкования Судом положений учредительных документов и других источников первичного и вторичного права организации. Давая официальное толкование, Суд, однако, не только разъясняет смысл действующих правоположений, но и весьма часто выводит из них новые принципы и нормы.

Именно таким путем были сформулированы принципы верховенства и прямого действия права Европейского Союза (см. вопрос № 20), многие «общие принципы права Сообщества» (см. вопрос № 21), а также значительное число более специальных норм, действующих в рамках отдельных отраслей права Союза.

Установленные Судом правила в дальнейшем служат источником, который используется при разрешении дел судебными органами всех государств-членов. Суд Европейских сообществ, со своей стороны, также руководствуется принципами и нормами, установленными им ранее. По этой причине в новых решениях Суда постоянно можно встретить ссылки на «сложившееся прецедентное право», «установившуюся судебную практику». В то же время Суд формально не связан своими правовыми позициями, может изменять их. Правда, он делает это обычно весьма осторожно и постепенно, в эволюционном порядке.

Существующее ныне прецедентное право Союза останется в действии и после вступления в силу Лиссабонского договора 2007 г. (см. вопрос № 17). Можно предполагать, что роль этой группы источников продолжит возрастать в связи с предусмотренным Лиссабонским договором расширением юрисдикции союзных судов.