Виктор Самохвалов - Психиатрия

Это страшное состояние, знать, что ты себе не принадлежишь. Вот начинаешь что-то объяснять, а голос чужой и говоришь совсем не то, будто через тебя кто-то говорит. Потом начинаешь думать о хорошем, а мысль не получается, вдруг перебивается и становится громкой такой, что ее все слышат далее на улице, например, слышит соседка, которая потом многозначительно смотрит на меня. Самое трудное — принять решение. Хочешь что-то купить, но руки тебя не слушаются, как механические они вместо того, чтобы достать деньги — бросают сумку. Какая я на самом деле, теперь я не знаю.

Слуховые псевдогаллюцинации проецируются в мыслимое пространство, например, голоса могут слышаться из другой комнаты, которая хорошо изолирована, и даже с других планет или исходят из тела. Чаще они слышны внутри головы как звучащие или противоречивые мысли. Псевдогаллюцинаторные предметные образы внутри тела называются соматическими галлюцинациями. Это может быть переживание конкретного, часто передвигающегося инородного тела внутри живота, ребенка, животного или механизма. Внутренний образ может обладать псевдогаллюцинаторными мыслями, которыми он обменивается с пациентом. Наиболее типично псевдогаллюцинирование для шизофрении.

Я поняла, что беременна, однажды ночью ко мне что-то пришло, и было очень приятно, потом через неделю в животе появился стук ножкой, но это был не один ребенок, а может быть три. Головку одного я чувствовала справа. Они все росли очень быстро, хотя живот будто и не увеличивался. Утром я проснулась и поняла, что одного родила ночью, так что оставалось только два. Я его искала по всей комнате, ведь если он так быстро развивался, он также быстро мог вырасти и уйти.

Психосенсорные расстройстваиногда считаются промежуточными между расстройствами сознания и восприятия. К ним относятся переживания деперсонализации и дереализации, а также особые синдромы, описанные в соответствующем разделе.

Деперсонализациявыражается в следующих симптомах:

— изменения «Я», своеобразные ощущения трансформации, чаще негативной, собственной личности, сопровождающиеся страхом сойти с ума, переживанием собственной ненужности, пустоты смысла жизни и утраты желаний. Это состояние характерно для аффективных расстройств и некоторых неврозов.

Целый день я лежу на диване у выключенного телевизора и смотрю на стену, невозможно двинуться потому, что ничего не хочется. Механически ем, иду в туалет, редко умываюсь. Конечно, я собой недоволен, но что можно сделать? Хочется иметь желания, но их пет. Все от меня чего-то ждут, но мне все равно, потому что ничего не хочется.

— расщепление «Я», типичное для шизофрении и диссоциативных расстройств, выражается в чувстве наличия в себе двух и более личностей, каждая из которых имеет собственные намерения, желания.

Трудно выбрать решение, если я буду поступать как раньше, это будет неискренне, потому, что теперь я другой, хотя какой, точно не знаю. Тот — прежний был хорошим и слабым человеком, этот плохой, но сильный. Конечно, теперь меня никто не понимает, потому что я сам не знаю, кто я такой. Поступаешь как раньше — ничего не получается, делаешь как теперяшний — и тобой никто не доволен. Лучше уж вообще ничего не делать.

— изменение схемы тела, выражается в аномальном восприятии длины конечностей, укорочении или вытягивании рук и ног, изменениях формы лица, головы. Состояние, наблюдаемое в результате органических расстройств.

Эти синяки у меня на лице потому, что я ровнял свое лицо. Оно почему-то становилось треугольным в области скул и на подбородке, на виске будто была пробоина, хотя она не была заметна в зеркале. Я взял пластырь и заклеил, потом использовал сапожный нож и пошла кровь.

Дереализациявыражается в изменении:

— цвета, например, при депрессиях мир может казаться серым или с преобладанием синих тонов, что особенно хорошо заметно в творчестве художников, например Э. Мунка, который в периоды депрессий пользовался преимущественно черным, синим и зеленым цветами. Преобладание в окружающем ярких красок отмечают пациенты с маниакальными состояниями и при употреблении атропиноподобных препаратов. Восприятие красных и желтых тонов или пожара типично для сумеречных эпилептических состояний.

Вы, вероятно, заметили, что картины у меня в двух гаммах. Вот эта серия вся посвящена ночи и времени сразу после захода солнца, здесь больше зелени и темно-синего, а эта в пастельных и больше теплых тонах, это в основном портреты. В первом состоянии мне вообще не хочется видеть и рисовать людей, а во втором — наоборот, я постоянно общаюсь.

— формы и размеров: окружающее может увеличиваться или уменьшаться (синдром Алисы в Стране чудес), приближаться и удаляться, постоянно трансформироваться. Правую сторону пациент может воспринимать как левую и наоборот (синдром Алисы в Зазеркалье). Состояния такого рода характерны для интоксикаций психоактивными веществами и для органических поражений головного мозга.

Это состояние появилось после первой затяжки гашиша. Сначала стал будто выше метра на три и сверху на все смотрел, потом увеличилась комната и звуки стали слышны откуда-то издалека. Когда ходишь на таких длинных ногах, все время боишься ступить куда-нибудь не туда, и страшно даже смотреть на ноги — так они далеко.

— темпа и времени: окружающее может казаться чрезвычайно быстро изменяющимся, подобно кадрам старого кино (синдром кинематографа) или, напротив, кажется затянутым. В одних случаях кажется, что месяцы бегут как мгновения, в других — ночи нет конца. Пациенты могут говорить о том, что замечают один и тот же стереотипно повторяемый сюжет. Все указанные переживания связаны с эмоциональностью, например, при хорошем настроении кажется, что время течет быстрее, а при плохом — медленнее.

Когда пришли гости, я спал. Они говорили о каких-то деньгах, потом смеялись, потом ушли, но затем вдруг все повторилось, опять поздоровались, зашли, стали говорить, смеяться, но были новые подробности, стук посуды, потом опять все повторялось много раз. Подумал: сколько же все это длится и когда это кончится?

К психосенсорным расстройствам относят также некоторые состояния, типичные для эпилепсии — «уже виденного (слышанного)», «никогда не виденного (слышанного)»,которые, в общем, близки к переживанию «уже прочувствованного и испытанного». При симптоме «уже виденного (слышанного)» пациент говорит о новом месте, как знакомом ему, и, соответственно, о новой услышанной информации, как знакомой. Он интерпретирует это иногда увиденным во сне, как будто сон являлся пророческим. При симптоме «никогда не виденного (слышанного)», пациент уверяет, что прежде знакомое место или информация ему совершенно неизвестны и чужды.