Виктор Самохвалов - Психиатрия

Бредовые идеине поддаются переубеждению, и к ним отсутствует критика со стороны самого пациента. Когнитивные связи, поддерживающие существование бреда по принципу обратной связи, выглядят следующим образом: 1) формируется недоверие к другим: Я, вероятно, не слишком дружелюбен — другие люди меня поэтому избегают — Я понимаю почему они это делают — усиление недоверия к другим. Стадии формирования бреда по К. Conrad следующие:

— трема — бредовое предчувствие, тревога, обнаружение источника формирования новой логической цепи;

— апофена — формирование гештальта бреда — образование бредовой идеи, ее кристаллизация, иногда внезапное озарение;

— апокалипсис — распад бредовой системы вследствие терапии или аффективного истощения.

По механизму образования бред делится на первичный — он связан с интерпретацией и построением поэтапной логики, вторичный — связанный с формированием целостных образов, например под влиянием измененного настроения или галлюцинирования, и индуцированный — при котором реципиент, будучи здоровым человеком, воспроизводит бредовую систему индуктора, психически больного человека.

По степени систематизации бред может быть фрагментарным и систематизированным. По содержанию выделяются следующие варианты бредовых идей:

— Идеи отношения и значения. Окружающие замечают пациента, смотрят на него по особенному, намекают своим поведением на его особое предназначение. Он находится в центре внимания и истолковывает явления окружающего, ранее не значимые для него, как существенные. Например, он связывает номера машин, взгляды прохожих, случайно оброненные предметы, обращенные не к нему слова как намеки, имеющие отношение к нему самому.

Это началось примерно месяц назад, когда я возвращался из командировки. В соседнем купе сидели люди и по-особенному, со значением на меня смотрели, специально выходили в коридор и заглядывали в мое купе. Понял, что-то со мной не то. Посмотрел в зеркало и понял — дело в моих глазах, они какие-то безумные. Потом на вокзале все как будто обо мне знали, специально передали по радио «Теперь он уже здесь». На моей улице прокопали траншею почти до моего дома, это намек на то, что пора убираться отсюда.

— Идеи преследования — пациент считает, что за ним следят, находит множество подтверждений слежки, находит скрытую аппаратуру, постепенно замечая, что круг преследователей расширяется. Утверждает, что преследователи облучают его специальной аппаратурой или воздействуют гипнозом, управляют его мыслями, настроением, поведение и желаниями. Этот вариант бреда преследования обозначается бредом воздействия. В систему преследования могут включаться идеи отравления. Пациент считает, что ему добавляют яд в пищу, травят воздух или подменивают предметы, которые предварительно обрабатывают ядом. Возможен также транзитивный бред преследования, при этом пациент сам начинает преследовать воображаемых преследователей, применяя против них агрессию.

Странно, что никто этого не замечает — всюду прослушивающая аппаратура, об этом даже по телевизору говорили. Смотришь в экран компьютера, а на самом деле он на тебя смотрит, там датчики. Кому это нужно? Наверное, спецслужбам, которые занимаются тем, что вербуют людей, которые должны заниматься тайной торговлей наркотиками. Специально подмешают экстази в кока-колу, выпьешь и чувствуешь, что тебя ведет. Приучают, а потом используют. Мылся в ванной, а дверь не закрыл, чувствую — заходят, оставили пакет в прихожей, синий, у меня такого не было, а в нем что-то намазано внутри. Прикоснешься, и на руке останется метка, по которой тебя где угодно можно вычислить.

— Идеи величия выражаются в убежденности пациента в наличии у него могущества в виде исключительной силы, энергии благодаря божественному происхождению, огромного богатства, исключительных достижений в сфере науки, искусства, политики, исключительной ценности предлагаемых им реформ. Е. Kraepelin разделял идеи величия (парафренные идеи) на экспансивную парафрению, при которой могущество является результатом повышенного (экспансивного) настроения; конфабуляторную парафрению, при которой пациент приписывает себе былые исключительные заслуги, но при этом он забывает реальные события прошлого, заменяя из бредовой фантазией; систематизированную парафрению, которая формируется как результат логических построений; а также галлюцинаторную парафрению, как объяснение исключительности, «подсказанное» голосами или другими галлюцинаторными образами.

В период катастрофической инфляции, когда зарплата исчислялась миллионами купонов, пациент Ц., 62 лет, считает, что у него исключительно ценная сперма, которая используется для выращивания армии США. Высокая ценность экскрементов характерна для симптома Мозеса (Моисея), при котором пациенты уверяют, что их кал, моча и пот обладают ценностью, сравнимой только с золотом. Пациент также утверждает, что является президентом Америки, Белоруссии и СНГ. Он уверяет, что в деревню прилетает вертолет со 181 девственницей, которых он осеменяет на спецпункте племенного завода, от них рождается 5501 мальчик. Считает, что оживил Ленина и Сталина. Президента Украины считает Богом, а России — Королем Первым. За 5 дней осеменил 10 тыс. и за это получил от народа 129 миллионов 800 тысяч долларов, которые ему привозят в мешках, мешки он прячет в шкафу.

— Идеи ревности — заключаются в убежденности в супружеской измене, при этом доводы отличаются нелепостью. Например, пациент уверяет в том, что его партнер осуществляет половое сношение через стенку.

Она изменяет мне где угодно и с кем угодно. Даже когда я слезку и договариваюсь с друзьями о контроле, все равно это получается. Доказательства. Ну вот, прихожу домой, на постели след от человека, вмятина такая. На ковре пятнышки, похожие на сперму, губа прикушена, от поцелуя. Ну и ночью, бывает, встает и идет, будто в туалет, но дверь закрывает, что она там делает, прислушался, были слышны стоны как при оргазме.

— Любовный бред выражается в субъективной убежденности в том, что она (он) является объектом любви политического деятеля, кинозвезды или врача, часто гинеколога. Указанное лицо часто преследуется и принуждается к ответному чувству.

Мой муж известный психотерапевт, и его постоянно преследуют пациенты, особенно женщины, но среди них есть одна, которая отличается от всех остальных поклонниц. Она ворует у нас даже половики и устраивает мне скандалы, что он неправильно одет или плохо выглядит. Часто она буквально спит у нас во дворе, и от нее никуда нельзя деться. Она считает, что я фиктивная жена, а она — настоящая. Из-за нее мы постоянно меняем номера телефонов. Свои письма к нему она публикует в газетах и там описывает разные неприличные вещи, которые ему приписывает. Всем говорит, что ее ребенок от него, хотя она на 20 лет его старше.