Андрей Незванов - Эдмунд Гуссерль в контексте философии Нового Времени
- Название:Эдмунд Гуссерль в контексте философии Нового Времени
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:ИОСИФ
- Год:2009
- Город:Ростов-на-Дону
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Андрей Незванов - Эдмунд Гуссерль в контексте философии Нового Времени краткое содержание
Эдмунд Гуссерль в контексте философии Нового Времени - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Решительно не видно никакой разницы между приведенными тезисами. Разве второй тезис не полагает существующими реально материю, протяжённость, и некие «вещи», которые могут быть и нематериальными, раз в тезисе выделяются материальные…. И как можно полагать «протяжённость», не полагая тут же пространственно-временного универсума? По меньшей мере, без времени уж никак не обойдёшься. Что-то ж тянется в протяжённости; иначе будет точка. И что есть «протяжённость» если не потенция пространства во времени ? Помимо этого, тезис «все тела тяжелы» - вовсе никакой не закон природы; это философское обобщение механики Ньютона. По Эйнштейну никакой тяжести нет, но пространство криво, неэвклидово. Вообще «законы природы» - это научно-популярная поэзия. Ни наука, ни строгая философия такими понятиями не оперирует. Укажите мне тот парламент, который принимает «законы природы». Может быть, это медвежий цирк? И далее, если я, субъективно не предполагаю реального существования природы, тогда тезис «все тела тяжелы» тоже чисто эйдетический? Игра слов, создающая иллюзию различения – вот что это такое.
Далее вводит понятие логической необходимости: «Любое эйдетическое обособление и индивидуализирование эйдетически-всеобщего положения дел именуется сущностной необходимостью».
То есть, ежели моя сущность есть Человек, то моё бытование отдельным единичным человеком, а не оленем или верблюдом, есть сущностная необходимость. На этой основе Гуссерль делает следующее различение:
«Весьма важно также и соединение вынесения эйдетических суждений об индивидуальном вообще с полаганием существования индивидуального. (…) Положение дел, полагаемое как действительное, есть факт — если только оно есть индивидуальное положение дел в действительности, — либо же оно есть эйдетическая необходимость, если оно есть индивидуализирование какой-либо сущностной всеобщности».
Фактически, Гуссерль описывает этим различие между индивидуумом Аристотеля и индивидуумом Платона. Если у первого индивидуум есть данность, помимо которой нет никакого всеобщего или сущностного, то у второго индивидуум есть индивидуация идеи, или эйдоса. Наверное, Эдмунд хочет сказать нам, что индивид Аристотеля есть предмет эмпирической науки, а индивид Платона есть предмет априорной науки о сущностях, усматриваемых непосредственно, до всякого опыта и рационального синтеза. То есть, всё сводится к отысканию предмета априорного знания, для того чтобы спасти и утвердить саму возможность такого знания, и с ним – полезность и ценность беспредметной философии, и нужность философов. И, поскольку подобная философия есть чистое мышление, или логика, то Гуссерль и продолжает выстраивать эту логику, говоря:
«Сознание необходимости, а, конкретнее, сознание суждения, в каком некое положение дел сознается как обособление эйдетической всеобщности, называется аподиктическим, само же суждение, тезис — аподиктическим (также и аподиктически -„необходимое") следствием всеобщего, с которым он сопрягается».
О, безжалостная аподиктичность классовой борьбы, или борьбы за выживание сильнейших! Как близка ты ХХ-му веку! Рассмотри желаемое положение дел, как обособление эйдетической всеобщности, а себя как индивидуацию универсальной сущности и освободись, через осознание необходимости твоих идеалов и утверждения их, от ханжеской морали и религии рабов. Став сущностно необходимым, ты будешь не только свободным, но и истинным, сущностным, небесным, божественным – воплощённым эйдосом. Настоящий бог олимпиец!
Наше преимущество по отношению к Гуссерлю в том, что мы всё это дерьмо пережили, и прекрасно понимаем, чем чревата сущностная логика и платоническая восторженность от неизбежности убийства низшего существа в сознании сущностной необходимости господства белой расы.
Возможно, нам следует остановиться здесь, и обратиться к другому труду Гуссерля, в котором он демонстрирует свои сверхчеловеческие притязания. Это «Кризис европейского человечества и философия». В этом докладе он говорит, что «существует различие между бурным цветением и загниванием, или, можно сказать, между здоровьем и болезнью, также и для общностей, народов, государств ; поэтому очевиден вопрос: почему здесь не родилась научная медицина - медицина наций и сверхнациональных общностей? Европейские нации больны, говорят нам, сама Европа в кризисе». Речь, при этом идёт не об эпидемиях гриппа, но о болезнях духа. В этой связи Гуссерль рисует духовный облик Европы, чтобы поставить ей диагноз и назначить лечение философией. Он говорит: «…на этом пути должна обнаруживаться замечательная, лишь нашей Европе словно бы врожденная телеология, причем крепчайше внутренне связанная с восстанием или вторжением философии и ее ответвлений - наук в древнегреческом духе». При этом Европа у него - не географическое иди политическое понятие, но – духовное:
«Ставим вопрос: как охарактеризовать духовный образ Европы? Т.е. Европы, понятой не географически, картографически, как если бы европейское человечество нужно было ограничить общностью людей, проживающих на одной территории. В духовном смысле явно относятся к Европе английские доминионы, Соединенные Штаты и т. д., но не эскимосы и индейцы, показываемые на ярмарках, и не кочующие по Европе цыгане».
Видите? Оказывается, Гитлер лечил Европу по Гуссерлю, очищая её от цыган. Каким же непонятым и обиженным должен был чувствовать себя наш героический ефрейтор?! Это к вопросу о несправедливо осуждённых вождях толпы, которые честно и самоотверженно, как добрые ученики, исполняли волю своих учителей, представителей интеллектуальной элиты Европы.
Причина болезни, разумеется, неправильный способ мышления, основанный на приоритете естественных наук: «лишь природу можно изучать саму по себе как замкнутый мир, лишь наука о природе может с твердой последовательностью абстрагироваться от всего духовного и заниматься природой как природой» – сетует Гуссерль. «В то же время ученого, интересующегося только духом, такое последовательное абстрагирование от природы не ведет vice versa к замкнутому в себе, чисто духовно организованному "миру", который мог бы стать темой чистой и универсальной науки о духе, параллели чистому естествознанию. Ибо анимальная духовность, духовность "душ" людей и животных, к которой сводятся все прочие проявления духа, неповторимым образом каузально фундирована в телесном».
Это мышление, фундирующее дух в телесном, или «научный материализм» и есть тот вирус, который поразил мозг Европы, и Гуссерль берётся промыть Старушке мозги. Он озадачивает читателя вопросом:
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: