Ролан Барт - Семиотика, Поэтика (Избранные работы)
- Название:Семиотика, Поэтика (Избранные работы)
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Ролан Барт - Семиотика, Поэтика (Избранные работы) краткое содержание
Семиотика, Поэтика (Избранные работы) - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
21 Будучи зависимы от социокультурного контекста, коннотативные смыслы, как правило, не фиксируются ни в каких толковых словарях, а потому их распознавание во многом зависит от кругозора и чутья интерпретатора; например, демонстративный смысл ношения русского платья московскими славянофилами был вполне внятен самим славянофилам и их противникам-западникам; за пределами этого круга та же знаменитая мурмолка Константина Аксакова воспринималась не более как чудачество: "К. Аксаков оделся так национально, что народ на улицах принимал его за персианина..." (Герцен А. И. Соч. в девяти томах, т. 5, М.: ГИХЛ, 1956, с. 148). В силу указанного свойства идеологического знака историк культуры сталкивается с серьезными трудностями: от прошлого ему достается лишь костяк денотативных значений, едва ли не полностью очищенный от плоти социальных смыслов. Между тем реконструкция этих смыслов, оживление таких обертонов знака, которые зачастую не были прояснены в сознании самих их пользователей, как раз и входит в задачу историка.
22 Коннотативные смыслы активно живут до тех пор, пока активно живет идеологический контекст, их породивший, и пока мы сами свободно ориентируемся в этом контексте. Умирание контекста чревато умиранием смысла: люди. выросшие в 60-70-е гг. нашего века, зная словарное значение слова "космополитизм", уже не помнят о той угрозе, которая исходила от него в конце 40-х.
23 Так, по Далю, "туземец"-это "здешний, тамошний уроженец, природный житель страны, о коей речь". Однако в "проколониалистской" фразе "На Земле живут один миллиард людей и четыре миллиарда туземцев" денотативное значение утрачивается почти полностью за счет идеологического наполнения слова. П. Валери говорил, что нетрудно вообразить такую литературную фразу, которая будет привлекать внимание не к своему предметному содержанию, а к своей "литературности", словно подмигивая: "Взгляните на меня; я прекрасная литературная фраза". Именно подобную фразу (об "элегантной амазонке") мучительно сочиняет Гран в "Чуме" А. Камю (см.: Камю А. Избранное. М.: Прогресс, 1969, с. 216, 240).
[17]
Описывая современные "мифы", Барт с "технической" точки зрения определяет их как совокупность коннотативных означаемых, образующих латентный идеологический уровень дискурса24; в функциональном же отношении назначение мифа оказывается двояким: с одной стороны, он направлен на деформацию реальности, имеет целью создать такой образ действительности, который совпадал бы с ценностными ожиданиями носителей мифологического сознания; с другой - миф чрезвычайно озабочен сокрытием собственной идеологичности, поскольку всякая идеология хочет, чтобы ее воспринимали не как одну из возможных точек зрения на мир, а как единственно допустимое (ибо единственно верное) его изображение, то есть как нечто "естественное", "само собой разумеющееся"; миф стремится выглядеть не "продуктом культуры", а "явлением природы"; он не скрывает свои коннотативные значения, он их "натурализует" и потому вовсе не случайно паразитирует на идеологически нейтральных знаках естественного языка: вместе с наживкой, которой служат эти знаки, он заставляет потребителя проглатывать и крючок идеологических смыслов. Миф невозможно "убить" (он возродится, как Феникс), но от его власти можно освободиться, "объяснив" его 25, то есть аналитически разрушив его знаки 26; опыт такого объяснения-разрушения предпринят в работе "Миф сегодня".
Остановимся здесь на двух методологических проблемах.
24 "... область, общая для всех коннотативных означаемых, есть область идеологии" (Barthes R. Rhetorique de I'image.-In: "Communications", 1964, No 4, p. 49).
25 "Подвергнуть миф объяснению - вот единственный для интеллектуала эффективный способ борьбы с ним" (Barthes R. Maitres et Esclaves.- "Lettres Nouvelles", 1953, mars, p. 108) -утверждение, отчетливо перекликающееся с мыслью Энгельса о том, что с религией как формой идеологии "нельзя покончить только с помощью насмешек и нападок. Она должна быть также преодолена научно, то есть объяснена исторически, а с этой задачей не в состоянии справиться даже естествознание" (Маркс К. и Энгельс Ф. Соч., т. 18, с. 578).
26 "Разоблачение невозможно без тончайшего аналитического инструмента, невозможна семиология, которая в конце концов не превратилась бы в семиокластию" (Barthes R. Mythologies. P.: Seuil, 1970, р. 8).
[18]
Первая, поставленная французскими функционалистами (Л. Прието, Ж. Мунен), сводится к вопросу: можно ли вообще считать бартовскую "коннотативную семиологию" семиологией?
Для функционалистов, как известно, главная функция языка коммуникативная. Коммуникация определяется сознательным намерением адресанта сообщить нечто адресату и столь же сознательной готовностью последнего воспринять это сообщение, осуществляющееся с помощью знаков-"сигналов", которые принято отличать от знаков-"индексов" 27: индекс (например, дым, по которому можно заключить о начавшемся пожаре) лишен коммуникативной интенции, обязательной для сигнала. И сигнал, и индекс в равной мере обладают значением, однако если сигнал требует "декодирования", однозначного для всех, владеющих данным языковым кодом, то индекс, напротив, поддается лишь той или иной "интерпретации", связанной с интуицией, культурным кругозором и т. п. воспринимающего, иными словами не удовлетворяет классическому семиотическому постулату о взаимной предопределенности означающего и означаемого.
Ясно, что бартовские коннотативные знаки в большинстве своем относятся к знакам-индексам (индейка с каштанами на рождественском столе окутана целым облаком коннотативных означаемых (буржуазный "standing", "самодовольный конформизм"), которые, тем не менее, вовсе не предназначены для открытых целей коммуникации и потому не выполняют важнейшей (с точки зрения функционализма) языковой функции. Отсюда - общий вывод, который сделал Ж. Мунен: знаковые системы, осуществляющие задачи, отличные от коммуникативных, должны быть исключены из области подлинной семиологии; семиология Барта "некорректна" по самой своей сути 28.
Между тем на деле обращение Барта к латентным означаемым коннотативных систем было не попыткой не
27 См.: Prieto L. J. Messages et signaux, P.: Presses Universitai-res de France, 1966.
28 См.: Mounin G. Introduction a la semiologie.' P.: lid. de Minuit, 1970, p. 11-15, 189-197.
[19]
правомерно или преждевременно расширить пределы семиологии, но попыткой качественно переориентировать ее - перейти от изучения знаковых систем, непосредственно осознаваемых и сознательно используемых людьми, к знаковым системам, которые людьми не осознаются, хотя ими и используются, более того, во многих случаях ими управляют. Такой переход к семиотическому изучению социального бессознательного является характернейшим признаком современного структурализма.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: