Антон Тарабриков - ШИЛО_В

Да-да, я ознакомился с этим документом. Могу отметить, что в нем очень прозрачные, четкие и конкретные формулировки, это очень заметно на фоне языка законодательства…

Юрий, а этому есть очень простое объяснение – когда то, что ты заявляешь целиком и полностью совпадает с твоими реальными намерениями, не надо и изощряться в формулировках. А наша деятельность на двести процентов совпадала с уставными документами. Кстати, именно поэтому к нам было чрезвычайно сложно подступиться с юридической точки зрения, даже с помощью административного ресурса. Правда, этим же мы вызывали дополнительное раздражение у госаппарата, но об этом позже.

Понятно. Вы упомянули, что широко известная аббревиатура ОАММ появилась несколько позже, как же вы назывались изначально? И какой у вас был статус?

Изначально мы были просто группой мониторинга, обработки и анализа потоковых данных, сокращенное наименование даже воспроизводить не буду, как уже говорили мы называли себя просто «наша группа». Статус у нас был соответствующий, сформулирую так – главный поставщик концентрированных, сортированных потоковых данных для научного сообщества. Реализовывали мы эту задачу достаточно просто, помог огромный объем уже имевшихся наработок. Если коротко, то мы объединили все свободные ресурсы академсовета, которых, благо, было больше, чем нужно, в единый комплекс мониторинга. Встроили в этот комплекс уже разработанные и оптимизированные аналитические алгоритмы. И, наконец, подключили всю эту систему к всем общедоступным информационным потокам. После всего этого нашей задачей было только систематизация и распределение отчетов и ответов на запросы.

Вы все это делали вчетвером?

Нет, конечно. И в этом еще одна существенная польза взаимодействия с научным сообществом – всегда можно найти необходимое количество заинтересованных, квалифицированных сотрудников. Под наши задачи это было сделано очень быстро, особенно после распоряжения Видова. Нам даже не пришлось озадачиваться с оплатой их труда, так как они все уже были трудоустроены в различных институтах, и каждый из них формировал отчеты именно для своей отрасли знаний: физики для физиков, биологи для биологов и так далее. Ну как формировали, видоизменяли алгоритмы составления, исходя из научной специфики. Мы же, в свою очередь, делали общую макро-аналитику определяли тенденции, прогнозировали, обращали внимание и так далее. В общем, либо формулировали задачи, либо предоставляли почву для проблематизации. Казалось бы, то же самое делали достаточно большое количество государственных ведомств и структур, по крайней мере номинально, но, во-первых, мы это делали, используя совершенно другие методики, а самое главное, что мы всегда прилагали программы действий по всем задачам и проблемам.

И какое же у вас было распределение по сферам ответственности?

Все очень банально и просто: Елена Федоровна занималась государством, Вадим Максимович – бизнесом, я – обществом. Авдей Наумович же занимался развитием и усовершенствованием нашей деятельности, а также формированием тех самых программ действий. Надо сказать, что эти зоны ответственности оставались за нами на протяжении всего периода существования этой организации. Вообще, главные заказчики нашей деятельности – научное сообщество, были полностью удовлетворены нашей работой, так как до этого им приходилось делать этот самим, да еще и в очень узком сегменте. После того, как этим занялись мы это стало делаться на регулярной основе, без отвлечения их ресурсов, да еще и в самом широком спектре.

Да-да, с продуктами вашей деятельности я хорошо знаком, пользовался неоднократно. И не только я, все независимые СМИ пользуются ими до сих пор. И зависимые, думаю тоже.

В том-то и дело, что конъюнктурность и действия в угоду отдельно взятым лицам привели к тому, что степень предвзятости и неправдоподобности официальных данных была такой, что их можно смело охарактеризовать «хуже, чем ложь». Это же, в свою очередь, привело к большим проблемам и перекосам в других секторах деятельности. Мне лично, вообще не понятно, почему статистические и аналитические службы кому-то подчинены, да еще и централизованы. Но, это отдельная дискуссия, сейчас не об этом. Возвращаясь к нам, скажу, что наши результаты и данные расходились с официальными настолько, что первое время даже Видов удивлялся, а с ним и все научное сообщество. Даже были сомнения в полезности наших данных, но после того, как Шилов пару-тройку раз приводил множество показательных примеров в пользу правдивости наших результатов, эти сомнения отпали. Например, когда возникли сомнения в том, что у подавляющего большинства людей очень узкий круг интересов, а у пугающей части населения примитивное существование стало осознанным выбором образа жизни, поднялся такой вал критики и неверия, что не помог это успокоить даже авторитет Видова. Шилов же перевел это все на понятный всем язык арифметики, показав совокупность данных по предварительным настройкам персональных ИИ, которые очень редко меняются. Если коротко, то эти данные демонстрировали подавляющее превалирование развлекательного контента над всем остальным. Пояснять, думаю, тут ничего не нужно. И таких примеров Авдей Наумович, да и мы тоже, приводили сотни, и даже тысячи.

Признаюсь, такие подробности мне не встречались.

И не удивительно, все это происходило исключительно внутри научного сообщества. И, как следствие, сохранилась эта информация только в архивах академсовета, а копаться там, то еще удовольствие, пусть и систематизировано там все лучше, чем где-либо. Кстати, систематизация этих архивов, частично, тоже наша заслуга. Я даже больше скажу, первые год-полтора информация, а тем более результаты нашей деятельности никуда, кроме научного сообщества не уходили. Проще говоря, на этот период мы, как бы перестали существовать и для госаппарата, и для социума, и для бизнеса. Если честно, мы этому были откровенно рады, так как получили передышку от ненужного и вредного внимания со стороны кого бы то ни было. Можно даже сказать, что для нас тот период был своего рода отпуском после бесконечных боев за то, что мы делали. Даже Шилов, который казалось был готов всегда и ко всему, и-то полностью ушел в деятельность по оптимизации и усовершенствованию наших текущих методик и технологий.

Отпуск отпуском, но я считаю, что не совсем во благо это нам пошло, расслабились мы больше, чем можно было. Вот и допустили новый виток ненужной, деструктивной активности вокруг нас, да так, что опять пришлось стать «видимыми». Поэтому пришлось реорганизовываться в ОАММ, опять принимать участие в этих бесконечных советах, и в целом увеличить неприятные контакты с госаппаратом. А ведь можно было всего этого избежать.