Владимир Ленин - ПСС, т.1

Произведенный краткий обзор политико-экономических различий в хозяйстве 3-х групп местного населения был основан на систематизации имеющегося в книге Пост­никова материала о южно-русском крестьянском хозяйстве. Обзор этот доказывает, мне кажется, что изучение крестьянского хозяйства (с политико-экономической стороны) совершенно невозможно без разделения крестьян на группы. Постников, как выше уже было отмечено, признает это и даже бросает земской статистике упрек, что она не дела­ет этого, что ее комбинации при всем обилии цифр «неясны», что «за деревьями она не видит леса» (с. XII). Делать подобный упрек земской статистике Постников едва ли вправе, потому что он сам не провел систематически разделения крестьян на «ясные» группы, но правильность его требования не подлежит сомнению. Раз признано, что ме­жду отдельными хозяйствами замечаются различия

62 В. И. ЛЕНИН

не только количественные, а и качественные , является уже безусловно необходимым разделять крестьян на группы, отличающиеся не «достатком», а общественно-экономическим характером хозяйства. Позволительно надеяться, что земская статисти­ка не замедлит сделать это.

Не ограничиваясь констатированием экономической розни в крестьянстве, Постни­ков указывает на усиление этого явления:

«Разнообразие в крестьянском достатке по группам существует у нас повсеместно, — говорит он, — и существовало исстари, но в последние десятилетия эта дифферен­циация крестьянского населения стала проявляться очень резко и, по-видимому, про­грессивно возрастает» (с. 130). Тяжелые хозяйственные условия 1891 года 16должны были дать, по мнению автора, новый толчок этому процессу.

Спрашивается, какие же причины этого явления, имеющего такое громадное влия­ние на все крестьянское население?

«Таврическая губерния, — говорит Постников, — представляется одною из наибо­лее многоземельных в Европейской России, с наибольшим наделением крестьян зем­лею, в ней повсеместно существует общинное землевладение, с более или менее рав­номерным распределением земли по душам, и земледелие составляет почти исключи­тельное занятие сельского населения, и однако же здесь подворная перепись показыва­ет 15% сельского населения, которое не имеет у себя никакого рабочего скота, и около 7з населения, не имеющего достаточного инвентаря для обработки своей надельной земли» (с. 106). «От чего зависит, — спрашивает автор, — такое широкое разнообразие в группах и, в частности, чем определяется при исключительно

Характер хозяйства — самопотребительский, коммерческий; характер эксплуатации труда — про­дажа своей рабочей силы, как главный источник средств к жизни, и покупка рабочей силы, как необхо­димое следствие расширения посевов за пределы рабочей способности семьи.

НОВЫЕ ХОЗЯЙСТВЕННЫЕ ДВИЖЕНИЯ В КРЕСТЬЯНСКОЙ ЖИЗНИ 63

земледельческом хозяйстве такой высокий процент домохозяев без посева и без рабо­чего скота, какой существует теперь в описываемом районе?» (с. 130).

Отправляясь на розыски причин этого явления, Постников (к счастью, ненадолго) совершенно сбивается с пути и принимается рассуждать о «шалтайстве», «пьянстве», даже пожарах и конокрадстве. Вывод все-таки получается тот, что не в таких причинах «заключается наиболее существенная сторона дела». Сиротство семей, т. е. неимение взрослых работников, точно так же ничего не объясняет: из всего числа бесхозяйных дворов в Таврических уездах (т. е. не имеющих посева) сиротские семьи составляют только 18%.

«Главные причины бесхозяйности, — заключает автор, — должны быть отыскивае­мы в других факторах экономического быта крестьян» (с. 134). Именно, Постников по­лагает, что «В числе указанных причин, служащих к упадку крестьянского хозяйства у отдельных домохозяев, та, которую можно считать наиболее коренной и которая, к со­жалению, до сих пор мало выяснена нашей земской статистикой, заключается в измель­чании наделов и в ограниченности размеров крестьянского землепользования, в умень­шении среднего размера крестьянского хозяйства» (с. 141). «Коренная причина эконо­мической бедности России, — говорит автор, — есть малый размер крестьянского зем­левладения и хозяйства, не позволяющий утилизировать всю рабочую способность кре­стьянской семьи» (с. 341).

Чтобы пояснить это положение Постникова, — выраженное до крайности неточно, ибо автор сам установил, что средний размер крестьянского хозяйства (17—18 дес. по­сева) достаточен для безбедного существования семьи и что общая, огульная характе­ристика всего крестьянства в отношении размеров хозяйства невозможна, — надо на­помнить, что выше он установил общий закон о повышении производительности кре­стьянского труда по мере увеличения размеров хозяйства. Полная утилизация рабочих сил семьи (и рабочего скота) достигается, по его расчету, только в высших группах: напр., в Таврических уездах только

64 В. И. ЛЕНИН

у зажиточных крестьян; громадное большинство населения «ковыряет землю непроиз­водительно» (с. 340), растрачивая даром массу сил.

Несмотря на то, что автором вполне доказана зависимость продуктивности труда от размеров хозяйства и крайне низкая производительность в низших группах крестьян, — видеть в этом законе (Постников называет его перенаселенностью земледелия в России, пресыщенностью земледелия трудом) причину разложения крестьянства не доводится: вопрос ведь в том именно, почему распалось крестьянство на столь различные группы, а перенаселенность земледелия уже предполагает такое распадение; самое понятие о ней автор составил, сличая хозяйства мелкие и крупные и их доходность. Поэтому от­вечать на вопрос: «от чего зависит широкое разнообразие в группах?» указанием на пе­ренаселенность земледелия нельзя. Это сознает, по-видимому, и Постников, но только он не поставил себе определенно задачи — исследовать причины явления, так что его замечания грешат некоторой отрывочностью: рядом с недоговоренными, неточными положениями стоят и верные мысли. Так, например, он говорит:

«Нельзя ожидать, чтобы ожесточенная борьба, происходящая теперь в сельской жизни на почве землевладения, способствовала в будущем развитию в населении начал общинности и согласия. И борьба эта не есть временная, вызываемая случайными ус­ловиями... Она представляется нам не борьбою общинных традиций и развивающегося в сельской жизни индивидуализма, а простою борьбой экономических интересов, кото­рая должна окончиться роковым исходом для одной части населения, в силу сущест­вующего малоземелья» (с. XXXII).

«Истина довольно ясная, — говорит Постников в другом месте, — что при малозе­мелье и малом размере хозяйства, при отсутствии достаточных промыслов не может быть достатка в крестьянстве, и все слабое в хозяйственном смысле так или иначе, рано или поздно, должно быть выброшено из крестьянского земледелия» (с. 368).