Михаил Докучаев - История помнит

“Во всей системе Висло-Одерской операции, — как справедливо подчеркнул бывший член Военного совета 1-го Белорусского фронта генерал-лейтенант К.Ф.Телегин, — центральное, ведущее положение занимала Варшавско-Познаньская операция 1-го Белорусского фронта, осуществленная под командованием Маршала Советского Союза Г.К.Жукова. Начиная со смелости и широты замысла операции, умения видеть далеко ход ее развития, изыскания новых, неожиданных для противника способов действий и кончая вопросами всестороннего ее обеспечения, твердости управления войсками — во всех аспектах этой выдающейся операции лежит печать личности Г.К.Жукова, одного из наиболее талантливых полководцев, прославленного героя Великой Отечественной войны, в ходе которой особенно ярко раскрылись его полководческие дарования” [69] Военная мысль. 1985. С.8. .

По своему размаху, уровню военного искусства и достигнутым военно-политическим результатам Висло-Одерская операция была одной из выдающихся операций Великой Отечественной и второй мировой войн. В ней принимали участие два фронта: 1-й Белорусский и 1-й Украинский. Группировка войск, предназначенная для ее проведения, состояла из 16 общевойсковых, 4 танковых и 2 воздушных армий, насчитывавших 2,3 млн. человек, 7 тыс. танков, 33,5 тыс. орудий и минометов, 5 тыс. самолетов. Совместно с советскими войсками в этой операции доблестно сражались 1-я и 2-я армии Войска Польского и 1-й Чехословацкий армейский корпус.

Боевые действия начались 12 января 1945 года и развернулись в полосе свыше 500 километров. Войска, начавшие наступление, стремительно продвигались вперед, рассекая и громя немецко-фашистскую группу армий “А”. Были успешно выполнены задачи по освобождению Польши, военные действия были перенесены на территорию фашистской Германии. Советские войска достигли рубежа, находившегося в нескольких десятках километров от Берлина.

Состояние обороны противника перед Берлином в тот период было хорошо известно командованию фронтов и Ставке Верховного Главнокомандования, поэтому в конце января было принято решение о безостановочном наступлении на Берлин и овладении им 15-16 февраля 1945 года. Выходившие к Одеру войска были нацелены на него.

Однако в ходе Варшавско-Познаньской операции командование 1-го Белорусского фронта гибко реагировало на все изменения обстановки и своевременно принимало соответствующие решения. В этом проявилась наивысшая зрелость и уровень советского военного искусства. Так, с выходом войск фронта к Померанскому и Одерскому оборонительным рубежам, когда до Берлина оставалось около 100 километров, маршал Жуков принимает, с одной стороны, весьма смелое решение продолжать наступление в целях овладения Одерским оборонительным рубежом, прежде чем противник успеет занять его крупными силами, а с другой — прозорливо, с определенной осторожностью решает не предпринимать поспешного продвижения к Берлину, а захватить плацдарм на р. Одер (Одра) и создать выгодные условия для последующей наступательной операции.

Г.К.Жуков выходит с таким предложением в Ставку Верховного Главнокомандования и получает на это согласие Сталина, находившегося в то время на конференции глав трех великих держав в Ялте.

В последующие годы военные историки и крупные военачальники, особенно Маршал Советского Союза В.И.Чуйков, утверждали, что в тех условиях, когда Берлин был слабо защищен и до него оставалось два перехода по 35-40 километров, можно было бы одним махом нанести удар, захватить его и покончить с войной не в мае, а в феврале 1945 года.

С этим мнением тоже нельзя не согласиться, но при этом надо учитывать то, что Г.К.Жуков принимал решение в реальной обстановке, ему пришлось столкнуться с нависшей угрозой над правым крылом фронта в лице очень сильной группировки противника, в которую входили 2-я и 11-я армии (группа армий “Висла”), состоявшие из 16 пехотных, 4 танковых, 2 моторизованных дивизий, 5 бригад и других отдельных частей. Эта группировка могла нанести серьезный удар по войскам фронта с севера на юг и даже пройти по тылам 1-го Украинского фронта, где соединиться со своей силезской группировкой, пытавшейся отсечь войска фронта маршала И.С.Конева, вырвавшиеся к Одеру и нацеленные на Берлин.

Решение командующего 1-м Белорусским фронтом Маршала Советского Союза Г.К.Жукова оказалось в той обстановке совершенно правильным. Немцы не раз в ходе войны преподносили советскому командованию неожиданные сюрпризы, которые обходились дорогой ценой и потерей стратегической инициативы. В конце войны малейший просчет и самая крохотная беспечность оказались бы в сто крат большим военным и политическим ущербом для Красной Армии и Советского государства. Поэтому Жуков остановил наступление войск фронта, выделил часть сил для ликвидации померанской группировки противника, подтянул резервы и создал благоприятные условия для дальнейших наступательных действий на Берлин и далее к Эльбе.

Несомненно, что остановка наступления советских войск на Одере дала возможность противнику значительно укрепить свои оборонительные позиции за счет резервов, мобилизовать на защиту берлинского направления все способное носить оружие население и оказать ожесточенное сопротивление Красной Армии. В этих условиях советским воинам пришлось с огромными усилиями и большими потерями взламывать и крушить оборону гитлеровских войск, в то время как союзники свободно продвигались вперед и могли первыми войти в Берлин. Такие опасения в тот период были налицо, и только благодаря богатырской силе, умению воевать и преодолевать любые трудности советские солдаты не позволили осуществить замыслы некоторых западных стратегов и мечты нацистского руководства.

Последние попытки гитлеровцев внести раскол в ряды союзников, заключить с некоторыми из них сепаратные сделки не принесли ожидаемых результатов, хотя посеяли в отношениях между ними определенные взаимные подозрения. Немцы умышленно оголили западный фронт, но с отчаянностью обреченных сопротивлялись советским войскам. Они надеялись на чудо, и небезосновательно. Черчилль позже признался, что главнейшей его заботой в то время было остановить продвижение Красной Армии и, как он выразился, “обменяться рукопожатием с русскими возможно восточнее”.

Черчилль тогда играл с огнем, но он не надеялся на лояльность русских, боялся, что они со своей мощной армией могут пойти дальше на Запад. Исходя из этого, он держал под ружьем всех сдавшихся английским войскам солдат и офицеров вермахта, и эта его авантюра могла стоить в то горячее время слишком дорого для судьбы победы и мира. Но политическая значимость таких замыслов тогда была непопулярной, фашизм шел к закату, а мировая общественность хорошо знала, какой огромной ценой досталась народам мира и особенно советскому народу победа над фашизмом.