Петр Хомяков - Катастрофа - 2012

В данном случае мы не будем кивать на то, что в России около восьмидесяти процентов населения — русские. Данный факт мог бы что-то значить, если бы в России власть хоть как-то контролировалась народом.

Но в авторитарном бюрократическом государстве власть контролируется коррупционным процессом. Поэтому реальное влияние русского большинства на власть минимально, ибо коррупционные потоки контролируются не русским средним классом и простонародьем, а иноэтническими олигархами и иноэтнической мафией, у которых свободных средств больше.

Эти потоки принимаются русскими чиновниками и силовиками, которые, несмотря на свое русское происхождение (по большей части), ведут антирусскую политику.

Для русского человека это обидно, но это закономерное следствие «сильного российского государства», которое авторитарно и бюрократично, а следовательно, неизбежно коррупционно по своей природе.

Тем деятелям, которые возмущены подобным положением вещей, но при этом не желают признавать факты и следовать логике, напомним, что Россия никогда не была русским государством.

Об этом говорил император Николай I, заявив: «У меня нет русских и нерусских. У меня есть верноподданные и скверноподданные». Об этом сказал президент Путин, заявив: «Тот, кто говорит, что Россия для русских, либо идиот, либо провокатор».

Мы полностью согласны с господином Путиным. А тем, кто не хочет сохранения такого положения вещей, можем сказать, что оно изменится только после того, как российское государство, «сильное, единое и неделимое», развалится. И на его обломках будет воссоздано национальное государство русского народа — Русь. Неавторитарное, конфедеративное, небюрократизированное, некоррумпированное.

Впрочем, мы забегаем вперед.

А пока лишь напомним читателю, что один из существеннейших моментов глобального цивилизационного кризиса это тот тупик, в который мировая цивилизация загнала себя в отношениях с цивилизационными маргиналами.

В России этот тупик по сравнению со среднемировой ситуацией гораздо глубже и безысходней.

Поэтому и по данному важнейшему показателю в делах кризисных мы «впереди планеты всей».

Слабое звено.

На любой объективно идущий процесс существенное влияние оказывают субъективные факторы. Этот тезис не требует особых доказательств. Он тривиален.

Какие же субъективные моменты ситуации являются важнейшими для понимания положения в России и перспектив его развития?

Это расстановка сил среди элиты и внутриэлитная борьба. Мы сразу предупреждаем читателя, что пикантных сплетен из-за кремлевских зубцов он в данном разделе не найдет. Нам представляется гораздо интересней оперировать достаточно известными данными. На которые все «смотрят, но не видят».

Итак, что важно в положении российской элиты с точки зрения логики процессов мирового цивилизационного кризиса?

В первую очередь ее несамостоятельность. Все же и по природным условиям, и по инфраструктуре страна для жирующих снобов у нас не комфортная. Поэтому для любого представителя элиты перспектива стать изгоем на Западе неприемлема.

И здесь вполне уместное марксистское «бытие определяет сознание». Высшие слои российской элиты — как государственники, так и олигархи — никогда не пойдут на реальную конфронтацию с Западом. Никогда не удовлетворятся «скромной внутренней роскошью» в стиле Лукашенко.

«А как же тогда нынешний самостоятельный, чуть ли не «антиамериканский» российский курс?» — спросит иной читатель.

На что мы ему ответим, что этот курс имеет две составляющие. Первая это борьба на публику, борьба «нанайских мальчиков». Знаете, был такой цирковой трюк, когда один акробат, согнувшийся вдвое и надевший соответствующий костюм, изображал борьбу двух противников.

Цели этой «борьбы на публику» является демонстрация различных достоинств «борцов» перед внутренними аудиториями.

Упрощенно говоря, Буш демонстрирует твердость в защите демократии в любой точке мира, а Путин защиту «национальных интересов России».

На самом деле, никакой борьбы нет. Иногда это отсутствие борьбы проявляется в деталях, второстепенных, но очень уж ярких.

Например, газета «Вашингтон пост» не публикует материалы о России без визы официозной «Российской газеты». Это не выдумка, это ситуация, с которой автор столкнулся сам. И если какая-нибудь лицемерная сволочь с Запада попытается опровергнуть автора, то у нас есть официальное письмо из редакции «Вашингтон пост» на этот счет. Проболтались, субчики!

Читатель, вы только вдумайтесь, это почти равносильно тому, как если бы та «Вашингтон пост» в 1943 году все материалы о положении дел в гитлеровской Германии визировала бы в редакции «Фолькешир бербахтер».

Это бы написать в западные СМИ, чтобы западный обыватель, тем более перед выборами в США, знал, как на самом деле борется господин Буш с авторитарным господином Путиным.

Хорошо бы, да кто ж там это опубликует.

Впрочем, мы отвлеклись.

Наряду с этим есть и вторая составляющая нынешнего «патриотизма на внешней арене». Высшая российская элита хочет отвоевать свое место в элите мировой. И поэтому давит на западных партнеров, шантажирует их, выбивая себе некие преференции.

«А что, у автора есть доказательства, документальное подтверждение сговоров и торгов по конкретным вопросам (за исключением упомянутого инцидента с «Вашингтон пост»)?» — спросит иной читатель.

Как же изуродовало вас, мой дорогой, византийско-бюрократическое мышление! Да зачем мне иметь некие документы? У нас другие доказательства.

А именно: Запад имеет большой опыт вмешательства в российские дела. Опыт успешный, как показал развал СССР. И вот этот Запад, который якобы находится с Россией чуть ли не в состоянии, близком к холодной войне, совсем не помогает российской оппозиции. Никакой. Ни либеральной, ни левой, ни русской националистической, ни этно-сепаратистской.

Вот это-то автор знает доподлинно. Причем это отсутствие помощи видно всем. Ибо в памяти свежо совершенно иное отношение к делам в России (а еще раньше в СССР), а также к делам на постсоветском пространстве. Так что есть с чем сравнивать.

Подчеркнем: прекратилась эта помощь с момента прихода Путина к власти. И не надо в данном вопросе кивать на то, что «перекрыты каналы». В СССР или нынешней Белоруссии каналы были перекрыты покруче. Но помощь тем не менее оказывалась (или оказывается, в случае с Белоруссией).

Можно с уверенностью утверждать и следующее: помимо отсутствия помощи заметно и отсутствие мониторинга со стороны Запада потенциально перспективных противников режима. Между тем, Запад делал это даже во времена Ельцина.