Петр Хомяков - Катастрофа - 2012

— третье место по числу беженцев;

— четвертое место в мире по потреблению слабого алкоголя;

— четырнадцатое место в мире по объему золота, находящегося в государственном резерве;

— пятнадцатое место в мире по числу пользователей Интернета;

— пятьдесят первое место среди наиболее коррумпированных стран (чем ниже место, тем выше коррупция);

— пятьдесят седьмое место в мире по качеству жизни;

— шестьдесят пятое место в мире по уровню жизни;

— девяносто седьмое место по доходам на душу населения;

— сто тридцать четвертое место в мире по продолжительности жизни;

— сто сорок седьмое место по степени свободы прессы.

Что можно сказать по поводу этих цифр? Только одно: путинская Россия, увы, одно из самых отсталых государств мира. А уж среди промышленных стран, населенных белыми людьми, точно самое отсталое. Это с неизбежностью следует из приведенных цифр.

Может ли такое положение вызывать восторг у русских людей, способных к анализу? Разумеется, нет. Но очень многие, и не зная никаких цифр, чувствуют эту досаду за существующее положение вещей душой.

Разумеется, досада направлена на тех, кто, по мнению этих активных и думающих русских людей, повинен в подобном положении вещей. Но не все могут формулировать свои чувства.

А те, кто может, их формулирует. А кто может наилучшим образом формулировать скрытые в глубине чувства?

Правильно, поэты. Вот мы и приведем их оценки в виде двух довольно популярных стихотворений, кочевавших по Интернету в 2007 году.

Итак, первое стихотворение широко цитировалось на многих сайтах и форумах в конце 2007 года. Поэтому его можно считать почти «хрестоматийным» и не давать ссылок на места публикации. Их было бы очень много.

Юрий Нестеренко Глядя в телевизор

Те же там же и так же то же,

Под собою страны не чуя,

Наблюдая все эти рожи,

Одного лишь теперь хочу я.

Не мечтаю уже о лете,

Не хочу ни в купцы, ни в князи.

Я хочу одного на свете:

Я хочу, что б вы сдохли, мрази.

Все, что до тошноты знакомо,

Все, что лезет в глаза и уши —

От верховного лысогнома

До последней домашней Ксюши.

От блажащей массовки снизу

До верхушки в гэбульных рясах,

От державного жополиза

До эстрадного жопотряса.

Я хочу увидеть их в морге,

Чтоб прозектор кромсал их тушки —

От наследника — недозорге

До сосательной журналюжки.

От потешных зиц-атаманов

До героев конька и мата,

От вождя молодых баранов

До дворового дипломата.

От рубителей прежней щепки

До строгателей новой стружки,

От носителей главной кепки

До звонящей в эфир старушки.

Наступает он, зрим и четок —

Край, когда одного лишь надо.

Не зарплат, не жратвы, не шмоток,

А того, чтоб вы сдохли, гады.

Вместе с вашей холуйской спесью,

Вместе с вашей вселенской ложью,

Вместе с вашей блевотной лестью,

Вместе с вашей рычащей вошью.

Не ослепли мы, не оглохли,

Сколь не бейтесь в пиар-угаре,

Мы ответим вам: «Чтоб вы сдохли,

Чтоб вы все передохли, твари!!!»

Да, это только, так сказать, проявление весьма сильного, но пассивного в смысле механизмов реализации желания. А вот пример проявления активного.

Автор неизвестен Марш русских огнеметчиков

Они тебя списали, они на тебя плюют,

Сегодня тебя обобрали, а завтра тебя убьют.

Но ты не раб и не быдло, ты русский огненный меч.

Тварь кавказскую, тварь цыганскую

Сжечь! Сжечь!! Сжечь!!!

Твои генералы твари, твое начальство говно.

Они тебя с потрохами продали черным давно.

Но ты не раб и не быдло, ты русский огненный меч.

Тварь ментовскую, тварь кремлевскую

Сжечь! Сжечь!! Сжечь!!!

Тот, кто не борется — быдло, тот, кто сдался — дурак

Тот, кто якшается с черными — самый худший наш враг.

Но ты не раб и не быдло, ты русский огненный меч.

Тварь быдловскую, тварь московскую

Сжечь! Сжечь!! Сжечь!!!

Им кажется, так будет вечно. Им кажется, нас уже нет.

Они ошибаются, суки. Наш наступает рассвет.

С нами Русские Боги! Они вручили нам огненный меч!

Чтоб всех деградантов, всех оккупантов

Сжечь! Сжечь!! Сжечь!!!

Разумеется, мы не разделяем экспрессии данных стихотворений. И особенно явного экстремизма последнего из них. Подобные призывы отдают Средневековьем, и мы считаем, что при всех негативных эмоциях в отношении различных опор режима Путина, реально повинных в том, что творится со страной, подобный фанатизм все же неуместен. Мы, при всей жесткости наших оценок, не сторонники таких крайних взглядов. Ибо автор ученый, а наука требует не уличных погромов, а лабораторной тишины.

Но в данном случае автор выступает как врач, исследующий анализы больного. При этом мы понимаем, что поэты всегда немного эмоционально взвинчены, иногда даже истеричны. Но именно как индикаторопределенных общественных настроений, актуальных либо только намечающихся в качестве тенденции, они, бесспорно, весьма показательны.

И свидетельствуют об огромной социальной неустойчивости в обществе. Общество готово к взрыву. Более того, оно в душе этого взрыва желает.

Иные оппоненты могут возразить, что такие настроения нетипичны для большинства и могут быть вызваны не объективными причинами, а сочетанием причин субъективных.

С таким мнением трудно согласиться. Большинство, а в России особенно, всегда довольно пассивно. А вот активное меньшинство придерживается именно таких взглядов, которые выражены данными стихотворениями.

Разумеется, в РФ существует и большой слой полностью довольный нынешним положением, нынешняя верхушка и ее «помощники» (так и хочется сказать «лакеи», но воздержимся) на местах. Но показательно, что этот слой не смог создать эмоционально ярких, захватывающих произведений литературы и искусства, прославляющих и оправдывающих нынешнее положение.

В начале правления Путина еще наблюдались некие потуги такого рода, которые, однако, очень быстро сошли на нет.

О чем это говорит? О том, что сервильное нынешнему режиму меньшинство, элита этого режима не имеет порыва, мечты, мифа (как имела, например, та же сталинская элита, что выражалось и в собственном искусстве, и в собственной этике, эстетике, мифе). Оно может добиваться своего только силой или деньгами.

Но силы, как мы видим из объективных данных, приведенных выше, маловато. И она стремительно тает, так что скоро ее совсем не будет. Аналогично дела обстоят и с деньгами.

Кстати, поэты и здесь отметились своими откровениями. Как поет известнейший Юрий Шевчук: «Когда окончится нефть, наш президент умрет!».

А вот антисистемное меньшинство имеет порыв, страсть, мечту, миф. Оно, даже не обладая никакими силами, способно увлечь. Ибо согласитесь, есть в процитированных стихах высокая энергетика, весьма большой «потенциал призыва» и «потенциал прорыва».