Валентина Скляренко - Окружение Гитлера

Таким образом, загадка Черной Берты остается неразгаданной. Но к его неожиданному поступку – полету на Туманный Альбион – она не имеет никакого отношения. Поэтому оставим ее для других исследователей, а сами обратимся к исследованию более важного для нашей темы вопроса о том, какое место занимал Рудольф Гесс в иерархии нацистской власти.

Многие историки склонны считать, что, несмотря на высокий официальный статус «полновластного представителя фюрера» и заместителя по НСДАП, фактически Гесс исполнял роль его личного адъютанта и секретаря. Особенно это было характерно для конца 1930-х – начала 1940-х годов, когда его место подле вождя постепенно стали занимать другие соратники: Гиммлер, Геринг, Борман. Пытаясь вернуть его, Гесс якобы и решился на столь отчаянный шаг, как полет на территорию врага. Так ли это?

На самом деле у Гесса была типичная карьера НС-бонзы, начинавшаяся еще в 1920 году в Мюнхене в праворадикальных ополчениях. Именно тогда там возникли первые фашистские «боевые отряды» – зародыши будущих штурмовых подразделений (СА), известных как «коричневорубашечники», окончательно оформившиеся в октябре 1921-го. И Рудольф Гесс был в числе самых активных штурмовиков. Его выход на политическую арену состоялся 9 ноября 1923 года во время знаменитого «пивного путча». Он был рядом с Гитлером, когда тот провозгласил начало национальной революции и объявил баварское и общеимперское правительства низложенными. Однако немало историков называли Гесса всего лишь одним из рядовых участников этих событий. То обстоятельство, что «в качестве нового предводителя СА Геринг в ночь путча был подручным Гитлера, в то время как Гесс даже не являлся членом Боевого союза», они часто принимали «за доказательство его политической незначительности».

Сегодня же появилось немало исследователей, которые утверждают, что Гессу, сформировавшему и возглавившему отряд СА из студентов, отводилась одна из ключевых позиций в осуществлении «национальной революции». По мнению Пэдфилда, об этом свидетельствует тот факт, что «утром в день путча приказы Гессу отдавал сам Гитлер и делал это „ясно и точно“». И касались они проведения весьма важной операции – захвата министров баварского правительства и заключения их под домашний арест. Эту точку зрения разделяют и авторы книги «Неизвестный Гесс», которые пишут, что «хотя Гитлер и назначил Геринга своим лейтенантом, он отдал Гессу секретные распоряжения, касавшиеся наиболее тонких частей плана». Почему именно ему? Британские историки поясняют это так: «Некоторые аспекты переворота требовали дисциплины, холодной головы, и вопросы эти были доверены Гессу. Проблеме этой предстояло сделаться постоянной. Гитлер и Гесс нуждались в толпе, которая должна была добыть им власть, однако не могли позволить, чтобы чернь оказалась наверху. Контроль над важным делом был возложен на Гесса, исполнявшего эту сознательно сделанную не столь уж очевидной роль. Он исполнит ее более эффективно, находясь в тени».

Как известно, мюнхенский путч потерпел провал: фашистам тогда не удалось захватить ключевых позиций в городе, их главари, в том числе и Гитлер, были арестованы и заключены в Ландсбергскую крепость. Позднее там оказался и Рудольф Гесс. Отбывая наказание в довольно комфортных условиях, друзья не только вели долгие «застольные беседы», трудились над созданием первой части «Майн кампф», но и выработали новую стратегию политической борьбы. Поскольку Гесс, получивший университетское образование и воспитанный на идеях Хаусхофера, был более сведущ в этих вопросах, то нетрудно догадаться, что именно он и являлся ее разработчиком, а после освобождения из тюрьмы активно участвовал в ее осуществлении. Справедливость такого предположения поддерживается авторами книги «Неизвестный Гесс», которые, освещая события 1925–1933 годов, пишут: «Произошла и другая радикальная перемена, которая стала результатом влияния Гесса: отныне Гитлер решил добиваться воплощения в жизнь своих амбиций не с помощью уличной борьбы или революции, но с помощью избирательной урны, хотя было ясно, что после победы он немедленно упразднит всякую демократию и примет диктаторские полномочия».

Не менее важной и ответственной была работа Гесса в рядах НСДАП. Хотя, в отличие от своего друга Трибуна, ему, по словам Г. Кноппа, «не хватало одного важного таланта: он не умел говорить», зато умел и делал многое другое. В частности, ему удавалось обеспечивать необходимую финансовую подпитку НСДАП, которая с каждым годом все больше нуждалась в деньгах. Так, в 1929 году Гесс очень ловко «потряс» кошельки промышленных магнатов Гамбурга. Для этого он использовал оригинальный «маркетинговый» ход. На встрече с промышленниками им были показаны две пачки фотографий. В одной – снимки рабочих демонстраций, в другой – шагающих штурмовиков. При этом Гесс заявил: «Вы видите, господа, силы разрушения, которые угрожают уничтожить ваши конторы, фабрики, все ваше богатство. Я показал вам также, как создается власть порядка. Мы фанатично стремимся искоренить дух бунта. К сожалению, одного стремления мало, необходимы еще материальные предпосылки. СА – бедны, нацисты – бедны, вся организация – бедна. Откуда придут сапоги, форма, флаги, словом, все снаряжение, которое необходимо для сегодняшнего политического строя, если нет денег? Их должны дать те, кто ими владеет, чтобы в конце концов не потерять того, чем они владеют». Вот таким образом Гесс и установил нужный для партии союз нацистов с промышленниками.

Стараниями Гесса в 1930 году во имя «престижа партии» в Мюнхене был построен Коричневый дом, ставший прообразом будущих партийных зданий в Берлине. Многогранность партийной деятельности Гесса отмечал и Б. Хаттон: «Гесс поддерживал тесные связи с Гитлером и партией, писал многочисленные партийные пропагандистские брошюры, совещался с Гитлером о политике партии и помогал планировать мероприятия, направленные на увеличение нацистских рядов. В 1932 году с Гитлером порвал Грегор Штрассер, и будущий фюрер сразу же сформировал центральный комитет, который должен был помочь ему сокрушить всю оппозицию. Во главе этого комитета был поставлен Гесс, который с тех пор стал руководить политическим развитием партии на всей территории Германии». Постепенно этот неутомимый, вездесущий и надежный помощник Гитлера стал, по словам Г. Кноппа, «лицом партии: фанатичным, верующим и фатальным образом вызывающим доверие».