Альберт Крылов - Психология

С возрастом описанные типы акцентуаций характера, естественно, претерпевают определенные изменения. При благоприятных условиях, при грамотном корректирующем психолого-педагогическом воздействии большая часть девиаций характера, свойственных подросткам, выравнивается, компенсируется интеллектуальными и волевыми усилиями. Личность, оставаясь носителем индивидуальных отличий во многих аспектах психической деятельности, становится достаточно адаптированным элементом социума.

В других случаях аномалии характера, выраженные в его акцентуации, могут углубляться, получать дальнейшее развитие.

До достижения подростком возраста 16–18 лет большинство исследователей не рекомендуют даже при выраженных аномалиях характера ставить диагноз психопатии, имея в виду потенциальную возможность коррекции поведения. В дальнейшем, в частности в связи с призывом в армию, встает вопрос об освидетельствовании состояния здоровья, в том числе нервно-психического. При этом в отношении лиц с отклонениями в поведении ставится и решается вопрос – достигают ли эти отклонения в своей совокупности степени болезненного состояния? Иными словами: имеем ли мы дело с акцентуацией как вариантом нормы или психопатией как болезненным состоянием?

Следует подчеркнуть, что диагностика психопатии является сложной и весьма ответственной задачей. Постановка этого диагноза влечет за собой ряд ограничений прав и обязанностей личности (негодность к военной службе в мирное время, ограничения в правах на управление транспортными средствами и др.). Диагноз психопатии может быть установлен только при стационарном обследовании в медицинском учреждении. Основные критерии отграничения психопатий от вариантов нормы, акцентуаций и других форм поведенческих расстройств предложены П. Б. Ганнушкиным. Они остаются до настоящего времени наиболее надежными и при одновременной взвешенной ориентации как на нозоцентрический, так и на нормоцентрический подход к проблеме психической нормы и патологии могут предостеречь от ошибок в диагностике. Первый критерий предполагает оценку степени распространенности, т. е. всеобщности, по П. Б. Ганнушкину, – тотальности психических изменений у данной личности. Иными словами, речь идет не об изменении отдельных сфер (или функций) психики, а о том, что измененной, аномальной является вся личность с ее подструктурами и механизмами реагирования.

Второй критерий подчеркивает относительную стабильность всех основных личностно-характерологических особенностей, отсутствие таких изменений в их выраженности, которые свойственны болезни как текущему процессу. Психопатия не является болезнью, так как ей не свойственна присущая болезни динамика процесса, но по глубине нарушений психики психопатия является болезненным состоянием.

Основным является третий критерий отграничения психопатии от вариантов нормы. Условием его констатации является наличие признаков социальной дезадаптации личности. Проявления этой дезадаптации могут носить различную конкретную форму в зависимости от вида психопатии и особенностей среды обитания. Часто это выражается в постоянной конфликтности, невозможности «встроиться» в определенную производственную или бытовую микросреду.

Типология, или классификация психопатий и акцентуаций, во многом сходна, так как в том и другом случаях речь идет о каких-то чрезмерно выраженных (по сравнению с некоторой «среднестатистической нормой») особенностях (или чертах) характера, во многом определяющих поведение личности. Такими особенностями, вносящими при их чрезмерном развитии дисгармоничность в структуру личности и характера, могут быть, например, вспыльчивость, эмоциональная несдержанность, замкнутость и т. д. Однако, если при психопатии эти особенности достигают степени болезненного состояния, являются причиной социальной дезадаптации, то при акцентуации они выражены в меньшей степени и затрудняют адаптацию только в отдельных ситуациях.

Это наблюдается тогда, когда обстановка предъявляет к человеку повышенные требования, обращенные к какой-то определенной черте характера, которая уязвима, особо чувствительна именно к этой обстановке («ахиллесова пята» акцентуированной личности). Например, если человек с чрезмерной замкнутостью, интровертностью попадает в ситуацию, где необходимо интенсивное и неформальное общение, или, наоборот, крайне тяжелым испытанием для гипертимной личности с повышенной склонностью к общению и активной деятельности будет ситуация одиночества, сенсорной депривации.

Одним из вариантов устойчивых характерологических изменений является так называемое невротическое развитие личности. В отличие от вышеописанных психопатических изменений и акцентуаций личности, являющихся по существу результатом неправильного, искаженного процесса ее формирования, невротическое развитие представляет собой результат деформации личности, прошедшей этап нормального развития, вступившей в жизнь без отчетливых признаков дисгармоничности. Эта деформация наступает вследствие продолжительного воздействия неблагоприятных психологических факторов. Имея в виду определенное сходство проявлений невротического развития с психопатическими нарушениями, его иногда определяют как «нажитую психопатию». В литературе по «малой психиатрии» используется также термин «патохарактерологическое развитие».

Процесс становления этой разновидности устойчивого пограничного состояния можно представить в виде постепенного закрепления на поведенческом уровне тех форм личностно-характерологических реакций, которые свойственны соответствующему типу невроза. Доминирующие в симптоматике невроза вегетативные нарушения – потливость, тахикардия, нарушения сна и др., а также чрезвычайная эмоциональная лабильность, раздражительность при этом несколько сглаживаются, уходят на задний план.

Постепенно закрепляются проявления неустойчивого настроения, чаще с признаками депрессии, повышенная утомляемость, стремление вызвать к себе сочувствие, капризность, эгоизм, чрезмерная пунктуальность в выполнении различных рекомендаций по улучшению состояния здоровья.

Выделяют отдельные формы невротического развития личности. При истерическом невротическом развитии в анамнезе, как правило, отмечаются отдельные черты истероидности, склонность к прямолинейности в суждениях, проявления эгоцентризма. Однако в целом указанные особенности не являются определяющими в поведении и не дают оснований относить их к признакам истероидной психопатии или даже акцентуации. Причины и механизмы развития невротических расстройств у этих лиц на начальных этапах также не отличаются какой-либо специфичностью. Закреплению невротической симптоматики, ее переходу как бы в хроническую или рецидивирующую форму течения и далее в невротическое развитие личности способствуют различные ослабляющие фактор-неблагоприятные психологические ситуации в семье, на работе, соматическое неблагополучие, хронические интоксикации и др. На фоне свойственных неврозу астенодепрессивных проявлений (ухудшение настроения, утомляемость, неприятные и болевые ощущения в области сердца и др.) появляются вспышки раздражения с отчетливым стремлением привлечь к себе внимание, рассказать окружающим о своих страданиях и неудачах, вызвать сочувствие. Такие вспышки появляются чаще в присутствии лиц, имеющих отношение к переживаемой психотравмирующей ситуации. По прошествии подобной реакции, нередко сопровождающейся слезами, рыданием, отмечается некоторое субъективное облегчение. К содержанию и форме истерических реакций такого рода сохраняется критическое отношение, может выражаться искреннее сожаление по этому поводу, однако возможность сдерживать развитие таких реакций усилием воли резко снижена или вообще отсутствует.