Эрих Нойманн - Великая Мать

Женское, дающее укрытие и защиту, объемлет жизнь семьи и группы в символе дома. Этот аспект появляется в так называемых домовых урнах, сосудах, созданных в форме домов. 54 И до наших дней женский тип сосуда, поначалу пещеры, позднее дома (смысл в том, чтобы быть внутри или находиться в укрытии, под защитой, согретым в доме), несет с собой связь с изначальной вмещенностью в матку.

Рис. 22. Женский торс

Рельеф в святилище, Истрия (Югославия), ок. 700-300 вв. до н.э.

В своей функции зачатия и рождения Женское, конечно, по большей части не подходит для пластического изображения. Мирские изображения родов не принадлежат к настоящему контексту, за исключением уникального истрийского рельефа, на котором Женское показано питающим, защищающим и рождающим одновременно. 55 ( Рис. 22 )

( Илл. 50 ) Безусловно сакральна статуя рожающей мексиканской богини; однако, на ее позитивный элементарный тип наложен и ее ужасный аспект - ведь ясно, что она носит кожу жертвы.

( Илл. 48 ) В фигурах Баубо из Приены живот женщины как тип представлен не сосудом; скорее, живот богини представляет нуминозный символ плодородия. Поскольку фронтальная позиция богини во всех ее женских особенностях проникнута нуминозным, исходящим от нее как очарование добром и злом, эта ограниченность зоной живота или матки выражает нечеловеческий ужасающий аспект, радикальную автономию живота против всех «высших центров» сердца, груди и головы, придавая ему священный статус. Здесь снова акцент делается на нуминозную силу порождающего принципа, а не на сексуальную привлекательность.

Рис. 23 Цилиндрические печати

Ур, Вавилония

Воцарившиеся обнаженные женские фигуры микенских культов, 56 из которых фигура из Дельф 57 ( Илл. 55а ) представляет собой позднее ответвление, находятся в группе, простирающейся от Ура 58 и Лагаша 59 в Вавилонии; от Крита 60 и Египта до Индии, 61 имея точные соответствия в Центральной Америке со всем ее совершенно независимым развитием.

Хотя у нас нет точной информации о фигуре из Икстлана де Рио, она, безусловно, изображает богиню. 62 ( Илл. 53 ) Само-выставление рожающей женщины или богини, раздвигание ног, чтобы показать генитальную область, представляет собой ритуальный акт, что доказано в широко известной сцене, когда Баубо раздевается перед горюющей Деметрой, а также ритуальным раздеванием Хатхор. 63

Маленькая фигурка Исиды с раздвинутыми ногами, сидящей на свинье 64 и держащей мистическую лестницу в руках, ( Рис. 25 ) характерен для настоящего контекста. Свинья - это символ Архетипического Женского, и она появляется везде как жертвенное животное Богини Земли; она приносилась в жертву Деметре в Тесмофории, 65 и с той же целью использовалась в Риме. Пикард группирует нашу эллинистическую терракоту с другими, на которых обнаженная Исида сидит в той же позе на перевернутой корзине, «корзине мистерий», а Деметра сидит на урне Лователли (в Александрии) или сакркофаге из Торре-Нове. 66

Рис. 24 Цилиндрическая печать

Лагаш, Вавилония

Изображение щенящейся суки на древней греческой печати в форме скарабея ( Илл. 51 ) было истолковано ее владельцем как «териоформическое изображение Гекаты-Артемиды». 67 Он показал, что позу, в которой выставлены гениталии, принимают многие животные, такие как собака, кошка или лошадь, рожая своих детенышей, и что это характерное нуминозное изображение, которое иначе было бы невозможно понять. Но «с точки зрения наиболее очевидной особенности, общей для всех этих изображений», - наконец заключает он, - «выставление генитальной области, истолкованное как символизация плодородия, наиболее вероятно, чем любое другое». Здесь, как и в большинстве работ, охарактеризованных как «изображения родов», беременное лоно бросается в глаза своим отсутствием; таким образом, выставление генитальной области и преувеличенные соски определенно ведут к их наиболее общей интерпретации как животной богини, символизируюзей плодородие.

Рис. 25 Исида, сидящая на свинье

Терракота

( Илл. 54 ) В случае обнаженной богини на сирийских цилиндрических печатях, которая наследует обнаженным богиням евфратской культуры, 68 обнажение генитальной области имеет безусловное сакральное значение. Тогда как на двух из этих цилиндров ( Илл. 54d, g ) богиня поднимает низ одеяния, демонстрируя свою обнаженность, на третьем ( Илл. 54e ) она отбрасывает назад свое одеяние, чтобы обнажить себя. На четвертом ( Илл. 54b ) она так не делает, «но мантия, опадающая на одну ногу, совершенно не прикрывая наготу, служит только для того, чтобы ее подчеркнуть». 69

Особую важность, однако, имеет печать, ( Илл. 54g ) показывающая верующего между обнаженной богиней и сидящей божественной фигурой, держащей в руке сосуд. То, что мужской бог с сосудом - это бог луны, предполагается и приношением зайца, который является архетипическим лунным символом, 70 и знаком полумесяца и сферы, соответствующей ему. Тогда как круг с полумесяцем обычно считается указывающим на связь между солнцем и неполной луной, скорее, он указывает на полную луну, т.е. лунный символ полноты. Звезда, с другой стороны, принадлежит обнаженной богине, рядом с которой находится рыба, символ богини плодородия, 71 богини воды и морей. (Мы несколько раз упомянули архетипический характер лунного оплодотворяющего значения для Женского. 72 )

Сосуд, который на печати держит божественная фигура, соответствует микенскому золотому сосуду; 73 и сосуд, и поза держащего его соответствуют держащему сосуд мужскому богу на кабирском фрагменте из Фив, появившемся на тысячу лет позже. ( Илл. 159c )

Сцена на цилиндрической печати, вероятно, изображает оплодотворение Великой Богини мужским лунным богом, понятое как соединение луны и Венеры; это событие происходит в области Архетипического Женского, материнского божества грифов, правящего здесь. Это подтверждает интерпретацию мистерий Кабиров, начатую Кереньи; 74 таким образом, эти мистерии оказываются продолжением гораздо более древних матриархальных мистерий Великой Матери, истолкованных в патриархальных терминах.