Игорь Кон - Мальчик – отец мужчины

6. Не пытайтесь формировать сына по собственному образу и подобию. Это не удалось даже Господу Богу, любимое творение которого часто выглядит злой карикатурой на Его замысел. Для родителя, не страдающего манией величия, гораздо более важная задача – помочь мальчику стать самим собой.

7. Не заставляйте мальчика реализовывать ваши несбывшиеся мечты и иллюзии. Вы не знаете, какие черти сторожат тропинку, с которой вы когда-то свернули, и существует ли она вообще. Единственное, что в вашей власти, – помочь мальчику выбрать оптимальный для него вариант развития, но право выбора принадлежит ему.

8. Не пытайтесь изображать из себя строгого отца или ласковую мать, если эти черты вам несвойственны. Во-первых, обмануть ребенка невозможно. Во-вторых, на него влияет не абстрактная «полоролевая модель», а индивидуальные свойства родителя, его нравственный пример и то, как он к сыну относится.

9. Не верьте психологам, утверждающим, что в неполных семьях вырастают неполноценные мальчики. Это утверждение фактически неверно, но действует как самореализующийся прогноз. «Неполные семьи» – не те, в которых нет отца или матери, а те, где недостает родительской любви. Материнская семья имеет свои дополнительные проблемы и трудности, но она лучше, чем семья с отцом-алкоголиком или где родители живут как кошка с собакой.

10. Не пытайтесь заменить сыну общество сверстников, избегайте конфронтации с мальчишеской средой, даже если она вам не нравится. Единственное, что вы можете и должны сделать, – это смягчить связанные с нею неизбежные травмы и трудности. Против «плохих товарищей» лучше всего помогает доверительная атмосфера в семье. А стопроцентную гарантию от всех неприятностей, если верить старой рекламе, дает только страховой полис.

11. Не злоупотребляйте запретами и, по возможности, избегайте противоборства с мальчиком. Если на вашей стороне сила, то на его стороне – время. Краткосрочный выигрыш может легко обернуться долгосрочным поражением. А если вы сломаете его волю, в проигрыше окажутся обе стороны.

12. Никогда не применяйте телесных наказаний. Тот, кто бьет ребенка, демонстрирует не силу, а слабость. Иллюзорный педагогический эффект полностью перекрывается долгосрочным отчуждением и неприязнью.

13. Не пытайтесь навязать сыну определенный род занятий и профессию. К тому времени, когда он будет делать свой ответственный выбор, ваши предпочтения могут морально и социально устареть. Единственный путь – с раннего детства обогащать интересы ребенка, чтобы у него был как можно более широкий выбор вариантов и возможностей.

14. Не слишком уповайте на опыт предков. Мы плохо знаем реальную историю повседневности, нормативные предписания и педагогические практики друг с другом никогда и нигде не совпадали. Кроме того, сильно изменились условия жизни, а некоторые методы воспитания, которые раньше считались полезными (та же порка), сегодня неприемлемы и неэффективны.

Если у вас не мальчик, а девочка, вы без особого труда сможете перефразировать эти простые правила применительно к ней.

Судя по данным истории и антропологии, значительную часть своего детства мальчики проводят без девочек, в своей собственной среде, и даже там, где такое общение присутствует, главной референтной группой для них являются другие мальчики. Гомосоциальность – универсальная тенденция человеческого развития, причем гендерная сегрегация осуществляется не только и не столько родителями и воспитателями, сколько самими детьми, независимо от предписаний взрослых и даже вопреки им. Ее эволюционно-биологические предпосылки хорошо описаны теорией Дэвида Гири, а психологические – теорией Элинор Маккоби о двух культурах детства (см. гл. 2).

Вот как выглядят эти процессы по данным психологии развития (Maccoby, 1998; Ruble, Martin and Berenbaum, 2006).

До двух лет гендерные предпочтения у детей еще не особенно заметны, хотя уже 14-месячные дети легче общаются с сиблингами своего пола. Явное игровое предпочтение сверстников своего пола появляется на третьем году жизни, сначала у девочек, потом у мальчиков. К 5 годам эти предпочтения уже определенно установлены: дети, особенно мальчики, определенно предпочитают играть с детьми своего пола и активно сопротивляются усилиям родителей и воспитателей, заставляющих их играть с детьми противоположного пола. Это проявляется не только в специфически девчоночьих («дочки-матери») и мальчишеских («казаки-разбойники»), но и в гендерно-нейтральных играх.

С возрастом гендерная сегрегация усиливается. По данным лонгитюдного исследования Элинор Маккоби и Кэрол Джеклин (Maccoby, Jacklin, 1987) у 4,5-летних детей однополые игры встречаются втрое чаще разнополых, а в 6,5 лет их соотношение выглядит как 11:1. Между 8-ю и 11-ю годами мальчики и девочки почти все время играют отдельно друг от друга, причем начиная с 4 лет эту сегрегацию инициируют и поддерживают прежде всего мальчики, осуждая и высмеивая тех детей, которые эти границы нарушают.

Эти тенденции являются кросскультурными. Сравнение социального поведения детей 10 разных культур Африки, Индии, Филиппин, Мексики и США, показало, что 3-6-летние дети проводят с детьми своего пола две трети, а 6-10-летние – три четверти игрового времени (Whiting, Edwards, 1988). Таковы же результаты сравнения общения детей в США, Швейцарии и Эфиопии (Omark et al., 1973). В российском детском саду 91 % детских избирательных контактов приходится на детей своего пола и только 9 % – противоположного; однополыми были 75 % всех игровых объединений и 91 % устойчивых детских групп (Репина, 1984). Маленькие мальчики чаще смотрят на мальчиков, чем на девочек, и наоборот (Слободская, Плюснин, 1987).

Группы девочек и мальчиков не только играют по отдельности, но могут враждовать друг с другом. Места проведения их игр и развлечений часто дифференцированы, выделяются особые «девчоночьи» и «мальчишечьи» места, внешне никак не обозначенные, но оберегаемые от посторонних и избегаемые ими. При объединении мальчиков и девочек для общей игры часто выбирается нейтральное место между двумя территориями (Осорина, 1999).

Психологическая интерпретация игровой сегрегации мальчиков и девочек неоднозначна. Одни авторы считают, что дети инстинктивно стремятся к подобию – мальчики тянутся к мальчикам, а девочки к девочкам. Другие психологи, включая Маккоби, видят причину в том, что детские игровые стили изначально различны. Мальчики предпочитают силовую возню и грубое соперничество, в которых девочки неизбежно чувствуют себя ущемленными, а девчачьи игры, в свою очередь, кажутся мальчикам слишком вялыми и пассивными. Это побуждает детей предпочитать игровых партнеров собственного пола, и эти предпочтения закрепляются жесткими гендерными стереотипами.