Лариса Ренар - Элексир Любви

— Когда мужчина мечется между двумя и не может сделать выбор, то у него закрадывается мысль, что если все рассказать жене, то женщины сами между собой разберутся. Обычная мужская трусость — тем более что в этот период он жену больше воспринимает как маму, которой хочется пожаловаться и поплакаться, и он ждет, что жена его успокоит и все само собой устроится. И высшее искусство женщины — не впадать в истерику но этому поводу, а использовать полученную информацию для победы. Если в период встреч с мужчиной, вы собирали информацию о нем, то сейчас настало время для сбора информации о Ней. Недаром раньше все великие женщины имели разветвленную шпионскую сеть.

— Но я же не могу нанять шпионов следить за Николаем! Это будет глупо , — возразила Аннушка.

— Да, — согласилась тетушка. — Это будет глупо, но первое, что ты можешь сделать, — внимательно слушать и фиксировать нее его замечания. Обычно в период острой влюбленности мужчина начинает делать замечания жене, что она не так одевается, не тем занимается, не тем увлекается. Постоянно сравнивая ее с любовницей, он находит в жене только недостатки, смотря на нее сквозь кривое зеркало. Постарайся не обижаться, слушая его придирки.

— Легко сказать, боюсь, как только он начнет что-то говорить, я тут же впаду в истерику, — покачала головой Аннушка, — или, наоборот, надаю ему пощечин.

— Чтобы этого не случилось, сделай технику «Обуздание эмоций».

— Это как?

— Быстро идешь в ванную или в другую комнату, кладешь одну руку себе на живот, другую — на грудь и делаешь вдох в течение двух секунд, надувая живот и поднимая грудь. Задерживаешь дыхание на четыре секунды. Затем делаешь долгий выдох в течение шести секунд. Повторяешь два-три раза и с милой улыбкой возвращаешься назад. — Тетушка тут же продемонстрировала, как все правильно сделать, и продолжила: — Еще ты можешь сходить к нему на работу и познакомиться с какой-нибудь пожилой дамой наивно посочувствовать ей, как много прибавилось работы и что всем служащим приходится в последнее время задерживаться допоздна. Уверяю, не пройдет и нескольких дней, как она станет искать встречи с тобой, чтобы доложить все подробности о сопернице. Если же такого не случится, то остается последний способ — начать расспрашивать его самого. Мужчины — интересные создания, когда они влюблены, они готовы всему миру рассказывать о своей любви, и в первую очередь им хочется поделиться с собственной женой, как с самым близким человеком.

— Но это же ужасно!

— Ужасно, если ты включаешься эмоционально. А если ты только слушаешь информацию, стараясь услышать как можно больше деталей, чувствуя себя разведчиком, то тогда все воспринимается по-другому.

— И что же мне это дает?

— Информацию. Дорогая, самое главное оружие в любой борьбе — информация! Недаром разведчики ценились во все времена. А у тебя война за будущее твоей семьи, за твоего ребенка. И эта война редко бывает молниеносной, обычно она затяжная. Неизвестный враг всегда кажется страшнее, чем он есть на самом деле. Поэтому слушай и расспрашивай сама.

2006

Самый великий талант женщины — умение слушать! Утром позвонила Карина, спеша поделиться вечерним разговором с Антоном. Ларочка, спасибо, что вчера провела со мной беседу. Все прошло просто блестяще.

Рассказывай. — И я затаила дыхание.

Антон вернулся непривычно рано. Видно, его наша встреча напугала. Я уже накрыла стол и зажгла свечи, как всегда в последнее время. И напекла булочек с корицей. Помнишь, ты говорила, что корица и ваниль — афродизиаки, наполняют дом запахами уюта и комфорта, пробуждая в то же время сексуальное желание.

— Помню, было такое, — согласилась я.

— В общем, я постаралась задействовать все каналы восприятия. И мягко улыбаясь, села напротив Антона, — начала свой рассказ Карина. — « И что случилось с Дашей, что ей так срочно понадобился мудрый совет?» — словно ненароком спросила я, внутренне опасаясь, что сейчас Антон наконец-то скажет, что уходит из семьи. А он мне отвечает: «Ее любимый разрывается между женой и ней и не знает, что делать. Беда в том, что он любит обеих», — стал рассказывать Антон дальше, следя за моей реакцией. «Действительно, бедный, — посочувствовала я. — Очень часто такие ситуации хуже всего сказываются на мужчинах. Мне рассказывали об одном человеке, которого никак не могли поделить его жена и любовница, и одна не отпускала, и вторая не отступала. И кончилось все очень плачевно для мужчины». — « И чем же кончилось?» — заинтересовался Антон. «Представляешь, они трепали ему нервы два года, и в результате он умер от разрыва сердца, причем вскрытие показало, что его сердце действительно было разорвано на две половинки. Так что я просто боюсь за твоего друга. Даже если они вменяемые дамы, не каждый готов после сорока начинать все сначала — ремонт, покупку мебели, вставания, детские болезни. Взваливать на себя массу новых обязательств, вместо того что бы наслаждаться покоем и устроенной жизни. И потом, никогда не знаешь, как будет себя вести новая жена, эта уже прогнозируема и привычна. Нужно спасать парня. И чем же Даша оказалась лучше его жены?» — осторожно начала я выпытывать.

— Штирлиц мог бы тебе позавидовать, — восхитилась я.

— Да, я тоже так подумала, — согласилась Карина и продолжила свой рассказ: — Антон задумался и ответил: «Знаешь, у него жена очень любит диктовать свои условия, а это сразу вызывает отторжение. И в последнее время она считала, что он никуда не денется — от нее, от детей, и возникло такое ощущение, что он превратился в идеального мужа — смесь банкомата с фаллоимитатором». — «Неужели? И почему же он так решил?» — «Когда он возвращался домой, жена всегда встречала упреками и проблемами, а Даша — всегда в полупрозрачном пеньюаре, на каблучках, с улыбкой на губах и восхищением в глазах». — «Но, когда она родит ребенка, ей трудно будет в прозрачном пеньюаре порхать с подгузниками, — заметила я. — И чем же она еще так хороша, ч т о он готов все бросить ради нее?» — «Она такая беспомощная, приехала в Москву — у нее ни денег, ни связей, ни знакомых. Родители развелись давно, и мама сейчас — на инвалидности ». — «Это она такую трогательную историю рассказала твоему другу?» — «Она».

— И что ты на это ему сказала? — я поражалась самообладанию Карины.

Я посочувствовала, — продолжала Карина пересказывать свой рассказ с Антоном. — Что-то вроде: «Бедная девочка! Конечно, в ее ситуации нужно находить лоха, который денег уже заработал, доить его по полной программе — пусть купит квартирку, и оплачивает все счета в обмен на молодой задор и тело.

Умненькая, хоть и молоденькая. Правильно делает, что хочет его женить. Как говорится: товар — деньги — товар. Забеременела, только, и он не денется никуда».