Роберт - 33 стратегии войны

В октябре 1796 года барон Иосиф д'Альвинци получил срочное задание освободить Верону от французов. Для выполнения задания барону было выделено почти пятьдесят тысяч солдат. Опытный командир и мудрый стратег, д'Альвинци детально ознакомился с тем, как Наполеон вел Итальянскую кампанию, и исполнился невольного уважения к своему противнику. Чтобы справиться с этим молодым генералом, австрийцам нужно было стать более гибкими, подвижными, и д'Альвинци нашел решение: он разделил свою армию на две колонны, оставив одну под своим командованием, а другую поручив генералу Паулю Давидовичу (сербу по происхождению). Колонны должны были порознь двигаться на юг и сойтись у Вероны. В то же время д'Альвинци собирался инсценировать некие военные действия, основной целью которых было ввести Наполеона в заблуждение и заставить его поверить, что армия Давидовича совсем невелика (на самом деле в нее входило 18 тысяч человек) и что этих сил едва хватит, чтобы защищать австрийские коммуникационные линии. Если Наполеон поверит и недооценит силы противника, сербский генерал встретит незначительное сопротивление и без особого труда доберется до Вероны. План д'Альвинци состоял в том, чтобы взять Наполеона в клещи между двумя армиями.

Австрийцы вошли в Северную Италию в начале ноября. К радости д'Альвинци, Наполеон, казалось, попался на хитрость: он выслал навстречу Давидовичу сравнительно небольшой отряд, тот принял бой, результатом которого стало первое поражение французов в Италии, а сам Давидович беспрепятственно продолжил свой путь на Верону. Тем временем д'Альвинци подошел к Вероне и был готов обрушиться на город с востока.

Изучая карты, д'Альвинци радовался: его план срабатывал! Теперь, если Наполеон выставит против Давидовича более мощные силы, пытаясь его остановить, это ослабит Верону и, соответственно, облегчит ему, д'Альвинци, задачу по захвату города. Если же француз попытается задержать продвижение австрийцев с востока, то откроет Верону для Давидовича. А если же он решит отозвать войска, охраняющие Мантую, то выпустит на волю двадцать тысяч австрийских солдат, которые нападут с юга. Д'Альвинци было известно к тому же, что солдаты Наполеона страдают от голода и невероятной усталости. Они сражались шесть месяцев без передышки и нуждались в отдыхе. Никому, даже такому таланту, как этот молодой генерал, не выбраться из такой западни.

Спустя несколько дней д'Альвинци подошел к деревне Кальдьеро. Здесь, на самых подступах к Вероне, их встретили французские отряды, но стычка окончилась победой австрийцев. После серии удач Наполеон потерпел два поражения подряд; маятник качнулся в другую сторону.

Готовясь к решающему нападению на Верону, д'Альвинци получил обескураживающие известия: против всех ожиданий, Наполеон все же разделил свою армию, располагавшуюся в Вероне, но, вместо того чтобы двинуть отряды на Давидовича или д'Альвинци, он выступил с довольно многочисленным войском куда-то на юго-восток. На другой день его армия появилась у городка Арколе. Теперь, если бы французы пересекли реку, подошли к Арколе и продвинулись на десяток миль севернее, то уперлись бы прямо в линии коммуникаций д'Альвинци — и отрезали австрийцу путь к отступлению, а затем добрались бы до его провиантских складов в Вилла-Нова. Это был очень тревожный знак; д'Альвинци был вынужден отказаться от мысли о немедленной атаке Вероны и отдал приказ спешно двигаться на восток.

Он прибыл как раз вовремя и едва успел остановить французов, прежде чем они успели перебраться через реку и напасть на Вилла-Нова. В течение нескольких дней австрийская и французская армия вели ожесточенное сражение за мост через реку у Арколе. Наполеон, рискуя жизнью, лично возглавил несколько атак. Часть французских войск, блокировавших Мантую, были переброшены на север, к Арколе, но армия д'Альвинци подоспела наперехват, так что ситуация зашла в тупик.

На третий день битвы солдаты д'Альвинци — его армия понесла немалые потери в результате бесконечных французских атак — готовились к очередному бою за мост, когда с южного фланга до них вдруг донеслись звонкие звуки горнов. Французам как-то удалось форсировать реку ниже по течению, и теперь они направлялись к австрийскому флангу у Арколе. Звуки труб сменились криками и свистом пуль. Внезапное появление французов окончательно добило вымотанных трехдневным сражением австрийцев. Не пытаясь даже оценить численность французских войск, они обратились в паническое бегство. Французы хлынули через мост. Д'Альвинци как-то удалось собрать своих людей и увести их восточнее, в безопасное место. Однако битва была проиграна окончательно, и участь Мантуи решена.

Каким-то непостижимым образом Наполеону удалось обратить неизбежное поражение в победу. Битва при Арколе способствовала рождению легенд о его непобедимости.

ТОЛКОВАНИЕ

Наполеон не был волшебником, и поражение, нанесенное им австрийцам в Италии, выглядит обманчиво простым. Поскольку на него с двух сторон надвигались две армии, он рассудил, что д'Альвинци представляет более серьезную опасность. Бой за Кальдьеро вселил в австрийцев надежду — они были уверены, что Верону удастся отбить в лобовом столкновении. Наполеон же принял совершенно неожиданное для них решение — вместо того чтобы принять открытый бой, он разделил свою армию и двинул большую ее часть в обход, чем поставил под угрозу австрийские линии коммуникаций, складское хозяйство и отрезал интендантам путь к отступлению. Если бы д'Альвинци, пренебрегая этой угрозой, двинулся на Верону, он еще дальше отошел бы от основной базы, подвергнув своих людей серьезной опасности. Но и оставшись на месте, он мог оказаться зажатым между двумя французскими армиями. В данном случае Наполеоном руководил точный расчет: он понимал, что д'Альвинци обязательно отступит — слишком реальной была угроза, — а как только это произошло, он перехватил инициативу. При Арколе, почувствовав, что неприятель устал, Наполеон приказал небольшому отряду переправиться через реку, производя при этом как можно больше шума — звуки трубы, крики, стрельба. Атакующая сила была незначительной, но сам факт неожиданного появления противника вызвал растерянность и панику австрийцев. Уловка сработала.

Этот маневр — manoeuvre sur les derrieres, как называл его Наполеон, — стал впоследствии одним из его излюбленных стратегических приемов. Успех его базировался на двух истинах. Первое: командующие стремятся помещать свои армии в сильную фронтальную позицию, вне зависимости от того, готовятся ли они атаковать или обороняться. Наполеон частенько играл на этой их тенденции обращаться лицом к схватке — он проводил ложный маневр, делая вид, что идет в лобовую атаку; в пылу сражения трудно было заметить, что в бою участвует лишь половина его армии, а тем временем другая половина, незаметно подкравшись, атаковала с фланга. Второе: солдатам армии, подвергающейся внезапному нападению с фланга, трудно сохранить присутствие духа; к тому же приходится развернуться, чтобы встретиться с опасностью лицом к лицу. Сам момент разворачивания вносит еще большую неразбериху и смятение. Даже в том случае, если эта армия занимала более выгодную позицию, как у д'Альвинци в Вероне, в столь опасный момент она могла утратить сплоченность и уравновешенность.