Михаил Литвак - Статьи

- А как же то, что развод родителей часто бывает очень сильной психологической травмой для детей?

- Это бывает, если дети уже невротизированы. Значит, их тоже лечить надо. Конечно, желательно было бы, чтобы одна семья, и дети общие. Если брак счастливый, то детям это в радость. А какое счастье детям, когда они видят, что родители все время в ссоре, в напряженных отношениях?

- Детям от развода тоже будет лучше?

- Лучше. Но я знаю случаи, когда родители начинают детей на свою сторону тянуть и настраивать, и дети попадают вообще в жуткое положение. Для ребенка и папа, и мама одинаково нужны. И они, бедные, мечутся. Собаки и то в такой ситуации заболевают. У Павлова были опыты - он научил собак различать круг от эллипса, а потом стал эллипс по форме приближать к кругу. И когда они стали одинаковы, у собак был нервный срыв. Так вот, дети в таких же условиях находятся. И многие родители, чаще мамы, настраивают детей против отцов. Вот случай из практики. Жена сделала так, что ребенок был настроен против своего отца. а отец - это очень хороший человек. Большая зарплата, помогал прилично ребенку, но с ними не знался. Я этого мужчину консультировал - не волнуйтесь, сын все равно ваш будет, он же поймет, что к чему. Сын вырос, ему уже было 18 лет, поступил в институт в Москву и нуждался в деньгах. Он узнал адрес отца и написал ему письмо. Отец поехал в командировку и с сыном встретился. Был так рад, что сын - его копия. Они поговорили, и сын все понял. Так он потом вообще не хотел с матерью общаться за то, что она его отца лишила. И только отец настоял - не твое дело судить мать.

Как лечат любовью.

- Один из ваших тренингов называется «Лечение любовью». Что и как там лечат?

- Люди часто страдают из-за того, что их в детстве не любили. Не любили с точки зрения этого определения, что любовь - это активная заинтересованность в жизни и развитии объекта любви. Кстати, я никогда не спрашиваю, любят ли ребенка родители. Я спрашиваю, что он умеет делать. И если ребенок ничего не умеет делать, значит, его не любили, раз он не развился. И потом, конечно, ему плохо живется. Ко мне, разумеется, приходят люди неблагополучные, но среди них не было ни одного случая, чтобы мать любила ребенка. Вообще, любовь к ребенку - это чистая декларация. Люди при помощи детей решают какие-то свои проблемы. Типичный пример: ребенка подбросили, и он смеется на руках, довольный. Но он смеется не потому, что подбросили, а потому что поймали. Представляете, семидесятисантиметровую крошку мы подбрасываем на два метра. У вас какой рост.

- Метр семьдесят восемь.

- Ну вот если подбросить вас на три ваших роста - 5,5 метров, как вы себя будете чувствовать? Вот ребенок и хохочет от радости, что поймали. Родителям наплевать на интересы детей. Им лишь бы высосать из них психологические соки. Человеку на работе не везет, и он удовлетворяет чувство собственной значительности: «Я тебя кормлю, а ты мне отвечаешь черной неблагодарностью». А не было бы ребенка, где бы он чувствовал себя значительным человеком? По сути дела, сплошное фарисейство, а любви нет. Я не хочу обвинять многих родителей, они сами не знают, что творят. Но когда они с нашей помощью начинаются перестраиваться, они начинают любить. Умение любить заложено у нас в генах. Но если оно не развито или вышиблено.

- Так в чем же заключается лечение любовью?

- Ребенку нужны не мама с папой, а нужны материнская и отцовская любовь. И работая со мной, человек эту любовь получает. Материнская любовь - она за просто так. «Я тебя такого не люблю» - вот типичная фраза многих мам. И ребенок начинает себя корежить в угоду родителям. Когда человек понимает. Что таким, какой он есть. Его любить невозможно, он начинает что-то из себя корчить. Если человек об имидже слишком заботится, значит, его мать не любила просто так. А полюбить его можно только в том случае, если он одет как-то особенно или матом ругается. Я вам расскажу сейчас одну вещь. Беслан помните?

- Помню.

- Одно издательство тогда решило выпустить брошюру и обратилось ко мне, чтобы я написал статью о том, как уберечь детей от маньяков. Я написал, что их нужно воспитывать в любви. Без любви ребенок жить не может, и если он в семье ее не имеет, тогда его легко сманить, а если его в семье любят, то его никто не сманит.

- То есть если ребенок видит, что в семье заботятся о его развитии, он будет сразу отличать все, что с этим не связано?

- Да, конечно. Потом, кстати сказать, они именно эти куски и повылезали. Знаете, без общих фраз статью не напишешь. Так они эти общие фразы и оставили. Про нужно, должен, а я рассказываю, как это делать. И все это они как раз упустили.

- Что происходит на тренинге?

- Человек как раз добирает любовь. Отцовская и материнская любовь имеют варианты: инфантильная и зрелая. И каждая играет определенную роль в развитии ребенка. Не получил инфантильной материнской любви - будет из себя что-то корчить. Не получил зрелой материнской любви - зрелая любовь, когда мама отпускает ребенка от себя - человек теряет автономию. Не получил инфантильной отцовской - делай, как я - человек не приобретает никаких навыков. Не получил зрелой отцовской - делай как хочешь, я тебе доверяю - человек теряет свой творческий потенциал. На тренинге один ко мне подходит, он всегда разрешение у отца просил. Я говорю, давай буду тебе отцом. Он: «Папа, разреши мне сделать то-то то-то». Я спрашиваю, хорошее дело? - Хорошее. - А если не разрешу, ты что, разве не будешь делать? Вот его и пробило.

- Вы заменяете фигуру матери и отца и эту любовь додаете?

- Да, то, что они недополучили, додаю. В этом суть тренинга «Лечение любовью». Кстати, его разработал мой сын Литвак Игорь Михайлович. И в этом мое счастье, что я у своих детей учусь. Дети вообще не должны слушаться родителей. Это у животных дети должны слушаться родителей, потому что раз они выжили, то они кругом правы. А если у людей дети слушались бы родителей, тогда мы бы в пещере жили. Прогресс связан именно с тем, что дети родителей не слушаются. Здесь два варианта есть. Или мой сын глупее меня, и тогда он погибнет. И слава тебе Господи. Зачем, чтобы недоделанные люди жили? Или он умнее меня. Мои же гены, но я по старости уже не могу все уловить так, как он улавливает. Поэтому я своим детям всегда уступаю. «Делай, как хочешь». У меня с сыновьями были расхождения, но в большинстве случаев оказывались правы они. И даже в тех случаях, когда я оказывался прав, я правильно делал, потому что они приобретали свой опыт, а не с моих слов. И еще вот почему надо всегда уступать детям. Потому что потом они будут говорить: «Вот ты не разрешил, а было бы все совсем иначе». А так ты разрешил.