Гейл Шихи - Возрастные кризисы

«Я не думаю, что мы можем сейчас иметь детей», — говорила Серена.

«Я тоже так считаю», — отвечал Джеб.

«Все. Закончим на этом».

«Я сказал ей, что в свободное время готов помогать в работе по дому. Но если дело дойдет до детей, я не хочу тратить на это время».

«Мне повезло, по крайней мере, в том, что Джеб не требовал родить ребенка, если я этого не хотела».

После тридцати ей наверняка захочется родить. Этот вопрос будет интересовать ее значительно больше, так как в дело вступит ее собственное таинственное и непредсказуемое внутреннее "я".

Отвечая на вопрос, кто из партнеров получит преимущество в развитии карьеры, если у них появится ребенок, Джеб пытается освободиться от своих иллюзий.

«Это мы еще не решили. Честно говоря, мы так и не нашли золотой середины», — признался он, когда жены не было рядом.

На примере семьи Картер мы ясно видим, как происходят взлеты и падения. Предыдущий этап прошел у них довольно гладко. Они смогут сохранить равновесие и в будущем, если признают, что каждый из них имеет периоды внутреннего беспокойства, что не свидетельствует об их недостатках.

Серена, которая более четко представляла, как сде.ыть карьеру, теперь с трудом продвигается к профессиональному признанию. Она уже обрела эмоциональную стабильность, столь необходимую для того, чтобы сделать следующий шаг.

Решение вопросов, которые предлагаются нам в переходный период, не избавит нас от необходимости выбора на следующем этапе. Отрицая существование кризиса развития, мы отказываемся и от самого личностного роста, от возможности скачка, которая нам предоставляется в переходный период. Выполняя же определенную работу по решению задач развития при прохождении перехода, мы получаем предпосылку для следующего этапа развития.

Только преодолев переход к тридцатилетнему возрасту, семья Картер почувствует проявление других, фантомных сил, необъяснимых страстей и страхов, которые были неведомы им до сих пор. Сейчас Джеб должен понять: все не будет идти так прекрасно само собой, они с Сереной не могут развиваться одновременно. Если он это поймет, у них будет реальный шанс стать единственно верной супружеской парой.

Когда романтический брак заменил брак по расчету, появилось предположение, что люди женятся по любви. Это совершенно не так.

Любой брачный союз может перерасти во взаимную любовь по мере того, как партнеры изучают друг друга. Но первые брачные союзы — это дань долгу двадцатилетнего возраста. До недавних пор лишь некоторые мужчины этого возраста не были женаты. Мои выводы основаны на анализе ста пятнадцати интервью. Когда я спросила, почему они женились, ответы мужчин, создавших семью в двадцать лет (теперь им от тридцати до пятидесяти пяти), были очень последовательными.

«Мне казалось это важным. У меня не было глубокого желания жениться, но я думал, что должен это сделать. Дорис приняла мое объяснение», — сообщил писатель. В настоящее время он достиг среднего возраста и разведен.

Адвокат, который также автоматически принял решение жениться, чувствовал себя неловко, расставаясь со своими романтическими иллюзиями: «За полгода до окончания юридического факультета или через полгода после окончания все мои друзья женились. Я не думаю, что каждый встретил свою девушку случайно. Наверное, это просто произошло в нужное время. Как и у нас с Дженни».

Каждый мужчина считал, что это был долг по отношению к его религии, классу, поступая так, они следовали определенным традициям.

«Только женившись, вы могли войти в верхний слой среднего класса в Куперстоуне».

«Если вы выросли на востоке страны, окончили католическую школу и относились к среднему классу, вы должны были жениться и иметь детей».

«Для юноши из еврейской семьи родом из Филадельфии, принадлежавшего к среднему классу, жениться была делом естественным».

К женитьбе молодых мужчин побуждали также стремление к безопасности, потребность заполнить некоторый вакуум в самом себе, необходимость уехать из дома, желание приобрести престиж и практичность.

Снова и снова как от мужчин, так и от женщин можно услышать: «Я хотел, чтобы кто-то позаботился обо мне». Это желание, очевидно, осталось в нас с детства. Те из нас, кто вырос в американском доме среднего класса, где ребенок постоянно находится в центре внимания, не страдали от недостатка заботы. Уход из дома, учеба в школе, служба в армии, болезнь, переезд в незнакомое место, разрушение брака ваших родителей у вас на глазах — все это сопровождается усилением чувства одиночества и ощущением потери безопасности. У вас возникает желание вернуть обратно чувство абсолютной безопасности, которое вы ощущали дома.

Но наши проблемы, связанные с зависимостью, значительно сильнее, чем указанные выше. За последнюю четверть века чувство зависимости стало систематической болезнью в Америке. Все классы населения разделяли мнение о том, что человек имеет право на пожизненную заботу. Начиная с получения стипендии от фондов для продолжения образования, льготных займов на покупку дома и т. д., о человеке заботятся различные фонды, корпорации, чиновники (как часть многочисленной армии государственных служащих), система социального обеспечения — до тех пор, пока не придет время воспользоваться преимуществами социальной защищенности и получить пенсию.

Брачный союз воспринимается как своеобразный «островок безопасности» в нашем бурном мире. Так считают не только женщины, но и мужчины. Поэтому Джеб «невидимыми цепями» прикован к Серене. Он наделил ее волшебными качествами, которых не хватало его родителям. Он не может представить себе какую-либо неудачу, которую они с Сереной не смогли бы преодолеть, пока она будет находиться с ним рядом. Но если Серены не будет…

«Думаешь, вы переживете любые возможные трудности'» — спросила я в конце нашей беседы.

«Я думаю, да», — ответил он. Пока мы говорили, Серена готовила обед.

«Что, если бы тебя не приняли на юридический факультет?» «Я бы свернул профессору шею», — смеется Джеб. «Предположим, тебя ограбили или на Серену напали». «Если бы у нас совершили кражу со взломом, я бы воспользовался своим страховым полисом и не беспокоился об этом. Если мы останемся без денег, эта задача в конце концов решится сама собой. Ну а что касается нападения на Серену, — он потрогал свои мокасины. — Я думаю, было бы лучше, если бы это случилось со мной».

«А если бы умер твой отец?»

«Я продолжу вашу мысль, — Джеб насупился. (Задавая этот вопрос, я внедрилась в его чувство безопасности.) — Если бы умерла Серена… Это единственное, к чему я не готов. Я не готов жить без нее», — он застыл на некоторое время, углубившись в размышления.