С. Сказкин - Настольная книга атеиста

К странствующим сюжетам относятся в легендах о Христе мифы о непорочном его зачатии (благовещении) (Лк., 1) и вознесении (Лк., 24, и Деян., 1).

Мифы Ближнего Востока, греко–римской, индуистской и буддийской религий пестрят таинственными зачатиями богов и героев и восхождениями богов на небеса. Это все наивные мечты древних людей об общении с могучими «небожителями». Ведь если пути между небом и землей уже проложены, можно надеяться, что они откроются и для других.

Второй очень типичной для Библии категорией чудес являются чудеса естественные, как их иногда называют. Здесь чуда, по существу, не было, а было естественное явление, поразившее в свое время воображение людей, к тому же людей малопросвещенных. Полные изумления рассказы о нем затем обрастали преувеличениями, попадали в песни, где гиперболизировались, приобретали форму абсолютно сверхъестественных явлений. Покажем этот вид «чудес» на нескольких примерах.

Как установлено наукой, в целом евреи никогда не были в Египте и никогда из него не «исходили». Легенды об исходе и странствованиях по пустыням, по–видимому, влились в народную память из рассказов небольшой группы евреев, которые вместе с кочевыми племенами, известными под общим названием гиксо–сы («владыки чужеземных стран»), пришли в Египет; во время изгнания гиксосов попали к египтянам в плен, а затем бежали. С этими воспоминаниями связаны рассказы о ряде «чудес». Египет, лежащий вдоль Нила, среди пустынь, зависит от реки и пустыни. Здесь бывают различные стихийные беды: дует хамсин — ветер, несущий пыль пустыни, когда днем становится темно и «тьма» эта скрипит на зубах; бывают нашествия паразитов, саранчи, градобои, бывают эпидемии и эпизоотии, бывает зацветание воды, которая становится похожей на кровь и непригодной для питья. Ее приходится фильтровать землей, вырывая ямки вдоль берега недалеко от воды. Рассказывая об угнетениях и своих бедах в Египте, беглые евреи добавляли: «Ну и египтян зато бог или боги не миловали» — и рассказывали, каких только бед на Египет не обрушивается. Переходя из уст в уста, эти рассказы оформлялись в связную легенду о систематических «казнях», которые посылал на угнетателей бог (см. Исх., 7–10). Случай фабрикации чуда из нечуда находим в книге Иисуса Навина (10). Евреи, дети пустынь и степей, плохи были в осаде городов, не хватало навыков и техники. И вот, на их счастье, цари пяти ханаанских городов–царств вступили в коалицию и решили дать евреям сражение. Это степняков устраивало. Им надо было разбить и уничтожить врага в полевых условиях, чтобы обескровленные города затем попали в их руки без большого сопротивления. Но битвы тогда прекращались ночью. И вот евреи страстно мечтали, чтобы им хватило времени Для полной победы. И времени на уничтожение живой силы противника хватило. Отсюда пошли легенды, что бог удовлетворил мольбы и остановил солнце в его дневном движении.

И еще момент. Пытаясь скрыться из долины в горы и спастись от истребления, побежденные карабкались на склоны, вызывая на себя камнепады и осыпи — явление в горах частое и естественное. Это неожиданное содействие природы победителям превратилось в легендах в каменный дождь: якобы бог с неба бросал в отступавших глыбы.

Нечто очень своеобразное получается с чудом воскресения Христа. Ученым сегодня ясно, что христиане, создавая миф о Христе, заимствовали распространенные на Востоке (и в частности, в Египте) культы ежегодно умирающих и воскресающих богов зеленой природы, например Осириса. В мистериях таких культов знатные и старейшие разыгрывали обряд погребения, «гроб» оплакивали плакальщицы, в урочный час определенного дня жрецы объявляли, что бог воскрес и являлся им как живой. В Новом завете рассказы о погребении, воскресении и вознесении содержатся у всех четырех евангелистов и в Деяниях апостолов.

Из этих текстов мы узнаем, что хоронили Христа знатные люди, что его оплакивали три Марии (имя не только от Мариам, т. е. «госпожа моря» арамейское, но и от Мары — «горькой», еврейского корня, — так нередко звали на Востоке плакальщиц) , что произошло воскресение на заре в воскресенье и Христос затем явился засвидетельствовать о своем оживлении апостолам–ученикам. Перед нами выступает превращенная в величайшее чудо христианства канва ритуала мистерий Осириса и других умирающих и воскресающих богов.

Любопытные сведения дает нам и анализ библейских пророчеств. Следует отметить, что в древности в качестве «пророчества» и «откровений свыше» часто рассматривали сновидения с выявлявшимися в них чаяниями, страхами или суевериями людей. Когда люди не знали еще многого, грань между сном и явью представлялась им несущественной. Сны воспринимали как наблюдения или сведения души, полученные во время ее отлучек «на тот свет», в период сна тела. Эти сны толковали, из них делали выводы.

Так, например, Авраам собирался переменить место жительства. Бог являлся ему во сне и указывал, куда идти (Быт., 12). Авраам болеет душою о бездетности. И бог во сне якобы утешает его: «Потерпи, будет у тебя еще потомство» (Быт., 15).

Особенно отчетливо это выражается в книгах Пророков. О снах–откровениях будущего говорит и Новый завет: «откровение» во сне Иосифу не гнать согрешившую Марию из дома (Мф., 1:20); сон волхвов–не заезжать к Ироду (Мф., 2:12); сон Иосифа — бежать в Египет (Мф., 2:13).

Рядом с суеверным отношением к снам, галлюцинациями и самовнушениями, которые рассматривались как пророчества, есть в Библии и пророчества реалистического порядка. Это пророчества о завоеваниях, нашествиях, оккупациях, военных бедах. «Отцом» этих пророчеств являлся, конечно, не бог, а здравый смысл человеческий и реалистическая оценка складывавшейся политической ситуации.

В древнем мире Палестина была поистине «пупом земли», великим мировым перекрестком.

Любая из великих держав, воюя с другой, прокладывала свои военные дороги через этот палестинский перекресток. Здесь всегда или воевали, или ожидали войны, с тревогой поглядывая, кто из соседей наливается силой, возносится на гребне очередного исторического «девятого вала».

Удивительно ли, что, когда в VIII в. до н. э. весь Восток трепетал в ожидании ассирийского нашествия, эти предчувствия–пророчества пронизывали книги пророка Исайи, а когда в VII — VI вв. до н. э. гегемония перешла к Нововавилонскому царству Навуходоносора, современник его — пророк Иеремия стал подготовлять население и правительство к надвигающимся событиям (см. книгу Иеремии) . Предваряя Иеремию, начало усиления Вавилонии отметил томительными тревогами за будущее своей родины Аввакум, а закат насильников–ассирийцев с мстительной поспешностью возвестил Наум.