История Авиации 2004 06

И вот сегодня с замиранием сердца жду разрешения на самостоятельный полёт на «Шмеле»…

— Дай ему возможность прочувствовать машину на рулении и пробежках с поднятой передней ногой. И пусть сделает несколько подлётов над полосой, — указывая на меня говорит Ковалёв Волкову. И затем обращается ко мне:

— Машина одноместная, так что провозных дать не можем, а особенности управления есть. Поэтому вы должны суметь прочувствовать аппарат во время подлётов.

Начинаю пробежки по полосе. Затем подлёты. Машина на скорости 65–70 км/ч легко уходит в воздух. Задерживаю её на высоте метр-полтора, скорость растёт. Уменьшаю обороты и стараюсь зафиксировать высоту над полосой. Оказалось, что это не просто. На больших углах атаки и малой скорости «Шмель» неустойчив, а чуть увеличишь обороты — рвётся уити повыше. Прижимаю аппарат к полосе, которая некстати уже заканчивается, убираю обороты и изо всех сил стараюсь приземлиться помягче — ведь могут и не выпустить.

Эх, где мои 17 лет?!..

Вскоре мне дают команду зарулить и выключить двигатель.

— Всё более-менее, — неопределённо комментирует мои попытки укрощения «Шмеля» Юра Волков. — Чтобы не отвлекаться, первый полёт выполняйте с закрылками по взлётном положении.

— Взлёт разрешаю! — добавляет руководитель полётов Ковалёв.

Да, это было как встреча с молодостью или первой любовью!

Никогда после своих первых полётов в Брянском аэроклубе в июне 57-го я не испытывал от них такого острого пронзительного ощущения! И оно снова вернулось ко мне. Мне казалось, что моя птица счастья снова вернулась ко мне.

И так мой самолётик занял высоту круга. Сорокасильный миниатюрный японский двигатель от снегохода легко держал летательный аппарат в небе, которое было буквально вокруг меня. Надо признать, что полёт у земли в открытой кабине не менее интересен, чем на высоте 10000 м. В конце концов, что увидишь с этой бездной выси? А сейчас передо мной открывались просторы, а внизу прямо подо мной я отчётливо видел молодых доярок, которые, не догадываясь о моём возрасте, смеялись и призывно жестикулировали…

Все мои друзья и близкие знакомые, узнав о моих полётах на «Шмеле» были очень рады. Только одна знакомая дипломатичено заметила:

— Ты выглядишь, как не молодой саксаул.

В переводе с языка Эзопа это означало: дурак ты старый.

Я не обиделся на неё, а пообещал покатать на двухместном аппарате, когда появится такая возможность. Есть надежда, что она согласится, и тогда посмотрим, кто будет смеяться последним…

Ну, а мне по прежнему до сих пор снятся полёты, а иногда, когда позволяет время, мне удаётся снова и снова подниматься в небо, заложником которого я стал в далёкие 50-е…

САМОЛЁТЫ СТРАНЫ СОВЕТОВ

Игорь ПРИХОДЧЕНКО Автор выражает признательность за помощь в подготовке данной публикации В.Марковскому, С.Морозу и И.Рекову.

По установившимся к началу 60-х годов представлениям, радиоэлектронная борьба (РЭБ) включала в себя разведку радиоизлучений в широком диапазоне частот, несущих семантическую (содержательную и смысловую) информацию, разведку радиотехнических средств и систем во всем диапазоне работы этих средств, радиоэлектронное противодействие и подавления функционирования таких средств и систем, вплоть до их физического уничтожения радиоуправляемым оружием. Аппаратуру РЭБ, как средство обеспечения ведения боевых действий, в последующие годы получили практически все типы отечественных боевых самолетов, как фронтовой, так и дальней авиации. Куда меньше известно о том, что и военнотранспортная авиация не осталась в стороне от «электронной войны», будучи оснащенной целым рядом систем постановки помех и изрядным количеством специализированных самолетов РЭБ.

Одной из основных задач ВТА по сценарию современной войны назначалась высадка воздушных десантов. В ходе выполнения десантных операций транспортникам предстояло преодолевать рубежи вражеской ПВО, для чего предусматривался целый набор мер — от тактического построения и содействия своей ударной авиации до «технических» средств борьбы. Для защиты военно-транспортых самолетов и их боевых порядков от поражения зенитными ракетами и истребителями, а также для противодействия обзорным РЛС обнаружения транспортные машины решено было оснастить средствами активных и пассивных помех, что должно было повысить выживаемость самолетов в условиях современной обычной или ядерной войны. Из ЗРК основными противниками считались американские комплексы «Найк-Геркулес» и «Хок». Первый был принят на вооружение в 1958 г. как замена ЗРК «Найк-Аякс» и первоначально разрабатывался стационарным, всепогодным, автоматическим, противосамолетным. Он предназначался для противовоздушной обороны отдельных объектов на территории США. Позднее комплекс прошел модернизацию, что позволило за счет придания подвижности боевым средствам применять его и для ПВО войск. В отличие от своего предшественника ЗРК «Найк-Геркулес» имел увеличенную дальность стрельбы (160 вместо 40 км) и досягаемость по высоте (30 вместо 25 км), что было достигнуто путем применения новой управляемой ракеты и более мощных радиолокационных станций. ЗРК «Хок» мог поражать цели на дальностях 30 км и высотах от 300 м до 14 км.

Первым Ан-12, получившим средства активного радиолокационного противодействия, стал самолет Ан-12Б-И. В 1964 г. в этот вариант были доработаны семь самолетов, сохранивших возможность перевозки десантников и грузов. Они комплектовались станциями прямошумовых помех семейства СПС-5 «Фасоль», созданных в московском ЦНИИ-108 под руководством А.А.Зиничсва и Е.М.Климкина. Станция не была автоматической. При пролете заранее выбранных участков маршрута ее включал штурман с пульта в своей кабине. Четыре сменных передатчика разных литеров отличались параметрами генерируемого излучения и устанавливались в зависимости от задания на полет. «Фасоль» использовались для создания заградительных прямошумовых помех PJIC дальнего обнаружения и наведения в диапазоне метровых волн (СПС-5 — 1,2–2,1 м, СПС-5М — 2,6–3,1 м), маскируя самолет на экранах РЛС засветкой в одном или нескольких секторах обзора. Сравнительно простая «Фасоль» имела и ряд недостатков — ручной режим работы, недостаточно эффективное использование мощности станции (РЛС кругового обзора подавлялись только тогда, когда диаграмма направленности ее антенны была направлена в сторону передатчика помех). К тому же требовалась заранее знать частоты РЛС, подлежащих подавлению. Поэтому с максимальной эффективностью «Фасоль» могла применяться только в известной радиолокационной обстановке при наличии наземных РЛС противника, частоты которых соответствовали диапазону установленных станций. Как анекдот по этому поводу рассказывали, что тогдашний министр радиопромышленности В.Д.Калмыков, прекрасно знавший о невысоком уровне первых разработок ЦНИИ-108, высказывался в их адрес откровенно иронически: «Единственное, что они могут делать, — это создавать помехи работе нашего министерства». Между тем появлявшиеся на вооружении противника системы ПВО использовали новые, куда более изощренные технологии с моноимпульсным и квазинеирерывным излучением, где обычный прямой «шум» помех был малоэффективен.