Дженни Рэндлз - Бури времени

Ложное представление наших предшественников о том, что земля является центром божественной вселенной, было основано на их ограниченной способности вести наблюдения, поскольку они были буквально прикованы к поверхности нашей планеты, окруженной необъятной вселенной с разбросанными по ней крохотными объектами. Как только мы смогли усилить способность нашего восприятия с помощью телескопов и других приборов, мы смогли увидеть то, что существует в реальности, и воспользоваться наблюдением для того, чтобы создать новую теорию.

В период между 1660 и 1900 годами были сделаны огромные шаги вперед. Ньютон, благодаря великолепному проблеску интуиции (мысленный опыт, проведенный после того, как он увидел падающее с дерева яблоко), понял, что все во вселенной тоже падает под воздействием силы притяжения — большие объекты притягивают меньшие, точно так же, как земля притягивает яблоко, Основываясь на этом, он смог с помощью математических расчетов показать, как луна притягивается к земле, а земля — к солнцу, которое имеет большую массу. И, поскольку они движутся и речь идет о гигантских расстояниях, Земля не падает на Солнце, но все планеты в течение миллионов лет танцуют, сцепившись друг с другом в «гравитационном вальсе».

Несмотря на этот прогресс, продолжал господствовать принцип: «наблюдение — выдвижение гипотезы — доказательство», и представление о роли времени не подвергалось пересмотру. Ньютон считал, что одной из основ вселенной является то, что все вещи, подобно реке, текут в будущее. Ни в его законах движения, ни в последующем более глубоком представлении о времени не было ничего, что ставило бы под сомнение эту «аксиому». И действительно, некоторые его законы просто не смогли бы без него работать.

Одним из этих законов является концепция термодинамики. Наблюдение показывает нам, что если горячий предмет находится рядом с холодным предметом, он будет отдавать свое тепло. Именно поэтому мы можем «обжечься», если прикоснемся к горячей печке или к холодному морозильнику. Неважно, в каком направлении идет быстрая передача энергии (от печки к нам или от нас к морозильнику), в любом случае воздействие осуществляется на нежную ткань нашего тела. Эти будет легко понять, как только вы осознаете, что тепло — это энергия, а все, имеющее много энергии, стремится к равновесию с тем, что имеет меньше энергии — подобно богатому филантропу, предпочитающему делиться своими богатствами с бедными.

Когда уровень наших знаний повысился, мы узнали, что все энергетические вещи со временем теряют свою энергию, «подпитывая» менее мощные энергетические системы. Параллельно с потерей мощности наблюдается более выраженная тенденция к хаосу. Это улица с односторонним движением, Заряженный энергией робот может забраться в посудную лавку и громить ее, пока у него не сядут батарейки. Однако невозможно ожидать от робота с севшими батарейками, чтобы он аккумулировал энергию из ниоткуда и восстановил первоначальный порядок, вернув всю посуду обратно па полки в целости и сохранности.

Это равновесие энергии и ее однонаправленный прогресс называется энтропией и определяет реальность. Время — основополагающая категория, и оно, согласно нашему восприятию и представлению, движется только в одном направлении. Вещи живут, изнашиваются и умирают. Та энергия, которую они теряют, может каким-нибудь другим образом привести к возникновению новой жизни (так, например, плоть становится удобрением, порождающим новые растения), однако в общей схеме вещей, рождение, жизнь и смерть вселенной, как будто доказывают свою реальность.

Однако в начале двадцатого столетия появился шанс прозрения.

Две революции, произошедшие в двадцатом веке, разрушили две тысячи лет заблуждений о том, что нам известны о жизни все основные истины. Первой такой революцией стала теория относительности, и снова для ее создания понадобился гениальный ум и «мысленный эксперимент». Немецкий физик Альберт Эйнштейн, работая конторским служащим в Швейцарии в начале двадцатого века, выработал концепцию, которой суждено было потрясти мир, Ему удалось это сделать в процессе размышлений о том, что можно было бы увидеть, если погнаться за лучом света на очень высокой скорости.

Представьте, что вы мчитесь наперегонки с разогнавшимся поездом по дороге, которая идет параллельно железнодорожным путям. Если ваша машина не движется, а поезд проносится мимо со скоростью 125 миль в час, то он покажется вам промелькнувшим пятном. Однако когда вы начинаете его догонять, его скорость относительно вашего автомобиля уменьшается. Когда вы увеличиваете скорость до 100 миль в час, он все еще будет удаляться от вас, но уже значительно медленнее. Если ваша машина (и правила дорожного движения] позволят вам увеличить скорость до 125 миль в час, то вы будете двигаться с той же скоростью, что и поезд. Что же произойдет в этом случае. Похоже, что относительно вас поезд вообще перестанет двигаться. Если вы откроете окно, и то же самое сделает в своем купе пассажир поезда, то вы сможете совершенно отчетливо видеть друг друга и даже поговорить. И в то же время, человек, стоящий в этот момент на обочине, практически ничего не может разглядеть среди пятен света и хаоса звуков, которые летят мимо него на огромной скорости. Такова, в очень упрощенном виде, разумеется, относительность. Эйнштейн пошел дальше подобных повседневных моментов и обратил внимание на те скорости, которые могут развивать только электромагнитные поля, такие, как свет, который движется со скоростью более десяти миллионов миль в минуту. Сравните эту величину с двумя милями, которые покрывают за минуту автомобиль и поезд из приведенного выше примера. Однако затем Эйнштейн понял, что па таких поразительно высоких скоростях поезд вовсе не покажется неподвижным, и доказал это, используя преобразования Лоренца.

Собственно говоря, вы не можете остановить луч солнца. Если бы могли, то сразу начали бы происходить невероятные вещи: остановив свет, вы практически остановили бы время, поскольку наше восприятие полностью зависит от той информации, которую получают наши органы чувств. Поэтому если информация не может достичь нас из-за того, что свет кажется неподвижным, с нашей точки зрения не происходит никаких новых событий.

Эйнштейн понимал, что это полный абсурд. Поэтому он сначала предположил, а потом и доказал, что скорость света всегда будет постоянной, независимо от того, где вы находитесь, Свет не может быть неподвижным. Не может быть неподвижным и любое излучающее электромагнитное поле. По сути дела, оно никогда не замедляется — оно постоянно продолжает двигаться на огромной скорости. К сожалению, как только Эйнштейн выдвинулсвое предположение и начал выявлять исходящие из этого выводы, фактически не устранив невероятность того, что можно остановить время, если двигаться на очень большой скорости, он обнаружил, что вызвал к жизни множество новых невероятных выводов. И в самом деле, возможно, предпочтительнее была бы первоначальная альтернатива!