Майкл Бешлосс - Измена в Кремле. Протоколы тайных соглашений Горбачева c американцами
- Название:Измена в Кремле. Протоколы тайных соглашений Горбачева c американцами
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Array Литагент «Алгоритм»
- Год:2012
- Город:Москва
- ISBN:978-5-4438-0017-2
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Майкл Бешлосс - Измена в Кремле. Протоколы тайных соглашений Горбачева c американцами краткое содержание
Майкл Бешлосс – американский историк и политолог, автор нескольких книг о советско-американских отношениях, о внешней политике США.
В своей книге С. Тэлботт и М. Бешлосс рассказали о том, как администрация президента Буша упорно и целенаправленно готовила развал Советского Союза, не стесняясь при этом в применении любых средств. В книге приводятся секретные послания и телефонные разговоры между Бушем и Горбачевым, Бейкером и Шеварднадзе, стенограммы закрытых заседаний в Кремле, Белом доме, Пентагоне, ЦРУ и КГБ.
Измена в Кремле. Протоколы тайных соглашений Горбачева c американцами - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– На смену Горбачеву,– предупреждал Гейтс,– может прийти не второй Горбачев, а второй Сталин.
По убеждению Гейтса, существовала также и другая вероятность: «этот Горбачев может переродиться в иного Горбачева, который придется нам по душе куда меньше». Если бы в Советском Союзе произошла своя тяньаньмэньская бойня, насколько иначе повел бы себя Горбачев по сравнению с Дэн Сяопином?
Гейтс настаивал на необходимости «устойчивой» политики в отношении Москвы, способной выдержать переход от реформ к репрессиям, который, по его мнению, был обусловлен тысячелетней историей России. Когда Горбачев только пришел к власти – в 1985 году,– он сумел обратить в свою пользу уже приобретенную им популярность на Западе. Но, напомнил Гейтс президенту, с тех пор многое изменилось.
Теперь, сказал он, тот факт, что Горбачев является международной суперзвездой, вредит ему в глазах его же народа. Народ жалуется, что от этого ни одежды, ни жилья, ни еды не прибавилось. В Москве уже поговаривают, что будущей зимой Кремлю придется ввести карточки свыше чем на двадцать наименований основных продуктов питания. Массовый голод и хаос могут сыграть на руку сторонникам жесткой линии для нанесения ответного удара по Горбачеву. Соединенные Штаты, предостерегал Гейтс, должны быть к этому готовы.
Вернувшись из Парижа, Бейкер сказал президенту: «Безусловно, у Горбачева больше проблем, чем мы с тобой пожелали бы нашему злейшему врагу. Многое говорит за то, что он потерпит поражение, хотя наверняка не предугадаешь. Однако вовсе не обязательно, что его крах будет означать крах реформ. Невозможно загнать джинна в бутылку».
Как бы там ни было, правительство США не должно «сидеть сложа руки, словно выжидая, когда парню придет конец».
Буш проводил августовские каникулы с семьей в Кеннебанкпорте, где его навестил друг семьи Томас Уотсон-младший, бывший председатель совета директоров корпорации ИБМ и посол Джимми Картера в Москве. Уотсон убеждал президента проводить более активную политику в отношении Горбачева: Соединенные Штаты должны воздать ему должное за то, что он уже сделал, и помочь «спасти перестройку от многочисленных врагов».
Президент признался Уотсону, что стоит на распутье. Он пытается, с одной стороны, нащупать какой-то путь, чтобы «поддержать реформу» и «помочь Горбачеву ее протолкнуть». С другой стороны, материальная помощь Соединенных Штатов в поддержку Горбачева может отправиться в карман советских военных или послужить поводом для сторонников жесткой линии отказаться от экономических реформ.
«Правда, было бы здорово, если бы Советская империя распалась?»
В пятницу, 18 августа 1989 года, через двадцать дней после частной беседы Бейкера с Шеварднадзе, ближайший советник Горбачева Александр Яковлев выступал на пресс-конференции по вопросу о трех Прибалтийских республиках. Яковлев «безоговорочно» осудил пакт, заключенный между Гитлером и Сталиным в 1939 году, приведший к аннексии Латвии, Литвы и Эстонии Советским Союзом.
Через четыре дня после заявления Яковлева парламент Литвы объявил советскую аннексию «противозаконной». Чувствуя послабление со стороны Кремля, Прибалтийские республики решили поднажать и побыстрее добиться возможно большей независимости. Организации, выступающие за отделение, заявляли о «праве» прибалтов не зависеть от Москвы. Миллион людей составил цепь в четыре сотни миль длиной, которая связала три прибалтийские столицы – Таллинн, Ригу и Вильнюс. Прибалтика и Кремль вступили на путь конфронтации.
Перед Бушем и Бейкером возникла дилемма – как строить теперь политику США. В течение пятидесяти лет Соединенные Штаты отказывались официально признать государства Балтики частью Советского Союза. Эмигранты-антикоммунисты из трех республик имели миссии в Вашингтоне и Нью-Йорке. Американские официальные лица избегали посещать Прибалтику, так как для подобных поездок требовалось разрешение Москвы.
Такова была общественная позиция Америки, однако частные мнения были иными. Американские официальные лица от президента и ниже опасались, как бы этот неожиданный всплеск сепаратизма не привел к разгулу насилия, а возможно, даже и к гражданской войне, в результате чего Советский Союз может расколоться на части и ядерное оружие окажется под контролем неизвестно кого.
Буш, Бейкер и Скоукрофт – все надеялись, что руководители Прибалтики не станут слишком уж нажимать на Горбачева, требуя независимости, по крайней мере сейчас. «Вовсе не в интересах Соединенных Штатов поощрять развал Советского Союза»,– сказал Скоукрофт в частной беседе. Произнеси он подобные слова публично, американские правые сняли бы с него скальп, обвинив его в одобрении советской оккупации Прибалтики.
Тем временем в Польше выбранный Ярузельским премьер-министр-коммунист не сумел сформировать правительство. Тогда Ярузельский обратился к известному активисту «Солидарности» Тадеушу Мазовецкому с предложением создать коалиционное правительство. Коммунисты – сторонники жесткой линии – заартачились, и только 22 августа, после звонка Горбачева, руководитель польской компартии Мечислав Раковский согласился не препятствовать переходу власти к первому с 1940 годов правительству в Восточной Европе, возглавляемому некоммунистом.
Вернувшись в Вашингтон после отдыха в Вайоминге, Бейкер даже присвистнул, узнав о том, что произошло, пока он отсутствовал. «Горбачев явно оседлал тигра, но такое впечатление, что он еще и пришпоривает его»,– заметил Бейкер…
Во вторник, 12 сентября, Борис Ельцин подъехал на своем лимузине к Западному крылу Белого дома с получасовым опозданием. Группа наиболее активных членов съезда народных депутатов впервые приехала в Соединенные Штаты на восемь дней и должна была выступать в Нью-Йорке, Балтиморе, Вашингтоне, Чикаго, Филадельфии, Миннеаполисе, Индианаполисе, Сан-Франциско и Лос-Анджелесе.
Финансировали эту поездку калифорнийский институт Эсален и советский фонд по изучению и лечению СПИДа. Ельцин получал за свои выступления по двадцать пять тысяч долларов.
Буш не очень стремился принимать Ельцина. Буш считал Ельцина – при его репутации человека пьющего, несдержанного и неуместно вспыльчивого – чем-то вроде незакрепленной пушки на скользкой, покачивающейся палубе советской политики. Что если он устроит на этой встрече спектакль, который потом поставит в ложное положение и Буша и Горбачева?
Роберт Гейтс, никак не разделявший то, что он называл «горбоцентризмом» в политике США, попросил президента все-таки встретиться с Ельциным. Фриц Эрмарт, председатель Национального совета по разведке, поддержал это предложение. Эрмарт не считал, что Горбачев долго продержится в политике; к тому же на него произвело впечатление возвращение Ельцина на политическую арену. Он сказал Кондолизе Райс, что Ельцин, возможно, эксцентричен и самоуверен, но он выказывает большее мужество,– куда большее, чем Горбачев, выступая по тем же позициям, какие должны поддерживать и Соединенные Штаты.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: