Александр Шахматов - Правовое регулирование содействия граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность
- Название:Правовое регулирование содействия граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент Юридический центр
- Год:2005
- Город:Санкт-Петербург
- ISBN:5-94201-442-4
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Александр Шахматов - Правовое регулирование содействия граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность краткое содержание
В приложениях даны тексты редких документов из истории оперативно-розыскной деятельности и сыска, а также текст действующего Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности» от 12 августа 1995 г.
Для всех интересующихся вопросами правового регулирования оперативно-розыскной деятельности и историей ее развития.
Правовое регулирование содействия граждан органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Губные грамоты стали основой созданной в дальнейшем Уставной книги Разбойного приказа, заменившей эти грамоты. Первая Уставная книга Разбойного приказа датирована 1556 г., вторая – 1617 г. Последнее ее издание было дополнено документами 1635–1648 гг. В дальнейшем содержание статей Уставной книги вошло в гл. XXI Соборного уложения 1649 г. «О разбойных и о татинных делах» [79] См.: Власов В. И., Тонгаров Н. Ф, История розыскного процесса в России (законодательство и практика). Домодедово, 1997. С. 21; Полубинский В. И. Уголовный и политический сыск по Соборному уложению // История органов внутренних дел России. Вып. 2. М., 1999. С. 78.
.
Были созданы и местные (земские) органы самоуправления – земские избы, возглавляемые старостами. При этих избах состояли земские дьяки.
Уголовно-процессуальные и полицейские функции органов земского управления определялись Уставными земскими грамотами [80] См., например, Уставную земскую грамоту волостей Малой Пенежки, Выйской и Суры Поганой Двинского уезда от 25 февраля 1552 г. // Российское законодательство X–XX веков. Т. 2. Законодательство периода образования и укрепления Русского централизованного государства. М., 1985. С. 227–234.
.
При этом в рассматриваемый период использование содействия населения в розыске преступников сводилось к обыску и доносу.
Соответствующие положения русского права получили развитие и были нормативно закреплены в Соборном уложении 1649 г. [81] См.: Соборное уложение 1649 года // Российское законодательство X–XX веков. Т. 3. Акты Земских соборов. М., 1985. С. 83—257.
Так, ст. 12–17 гл. 2 Соборного уложения определяли порядок «извета» (доноса) и его проверки, а также меру наказания за ложный донос. Статьи 18 и 19 этой же главы требовали доносить о заговорах и других «злых умыслах» (политических преступлениях – преступлениях против государя и государства), предусматривая наказание для сокрывших такие преступления смертную казнь.
В связи с этим следует отметить, что доносительство постепенно становилось все более распространенным, однако не являлось результатом целенаправленной деятельности государственных органов по использованию специальных лиц, оказывающих им содействие в выявлении и раскрытии преступлений путем добывания и передачи информации о причастных к этим преступлениям.
Соборное уложение закрепило процесс выделения политических дел из общего потока уголовных преступлений и инициировало создание соответствующих государственных органов, осуществляющих розыск политических и уголовных преступников.
В этих условиях в 1650 г. был учрежден Приказ тайных дел, к которому перешли от Боярской думы полномочия по расследованию преступлений, о которых сообщалось как «слово и дело государево». Таким образом было положено начало выделению органов политического сыска в самостоятельные специализированные государственные структуры.
Развитие этих органов и органов уголовного сыска приведет в последующий период к определенным различиям в использовании ими негласных непроцессуальных методов работы по выявлению и раскрытию преступлений, причем органы политического сыска будут опережать другие органы в работе по привлечению населения к негласному сотрудничеству и созданию ведомственной нормативной базы, регламентирующей работу, которую в дальнейшем назовут агентурной.
Но в XV–XVII вв. фактически агентурной работы еще не было, ибо не было агентов как таковых, и именно обыск (опрос) стал официально признанной основной формой использования органами государства содействия населения в борьбе с преступностью. В связи с этим предусматривались определенные гарантии как от оговора невиновных, так и от сокрытия сведений о лихих людях. Например, в ст. 7 Губной Белозерской грамоты устанавливалось наказание – битье кнутом для опрашиваемых (обыскиваемых), которые назвали при опросе добрым человеком подозреваемого, чья вина затем была доказана.
Кроме того, государство вводит систему стимулов для лиц, оказывающих содействие в выявлении преступлений.
Например, Именным указом с боярским приговором от 11 июля 1681 г. предусматривалась такая форма сотрудничества, как сообщение об утайке контрабандных товаров. В соответствии с этим Указом четвертая часть скрываемых товаров отдавалась тому, кто сообщал об утайке [82] Об этом см.: Кислинский Ю. Г, Контрабанда: история и современность. М., 1996. С. 26.
.
Анализ имеющихся нормативных документов Русского государства периода X–XVII вв., на наш взгляд, показывает, что характер и формы содействия населения розыску преступников в указанный исторический период, во-первых, были неразрывно связаны с уголовным процессом и его формами, во-вторых, исходили из складывающегося на определенном историческом этапе понимания истины и, в-третьих, как уже отмечалось, обусловливались наличием соответствующих государственных органов, наделенных конкретными полномочиями по использованию содействия населения в целом и отдельных лиц.
В связи с этим представляется необходимым отметить, что все существовавшие в истории человечества суды и государственные органы, в задачу которых входило выявление и раскрытие преступлений, всегда провозглашали целью своей деятельности установление истины, правды и, как следствие, установление виновных и их последующее справедливое наказание. Однако реальные условия и гарантии, обеспечивающие установление истины в каждом конкретном случае, нашли отражение в российском праве лишь на рубеже XVII–XIX вв. До этого в российском доказательственном праве существовала система формальных доказательств, при которой исследовалось не само преступление, а доказательства, полученные по делу. Отсюда устанавливаемая истина была «истиной формальной» [83] Термин «формальная истина» используется в правоведении, хотя фактически то, что в данном случае именуется «истиной», таковой не является.
, т. е. соответствовавшей лишь внешним, формальным обстоятельствам, а не самой действительности.
Древнерусский судебный процесс представлял собой типичный обвинительный процесс, ибо основным принципом этого процесса являлась формула – без обвинителя нет и суда. Система доказательств в обвинительном процессе, носившем состязательный характер, была крайне примитивной, так как помимо признания обвиняемого в ней главную роль играли такие доказательства, как присяга, поединок, суд божий (ордалии). Так, победивший в поединке – «поле» – выигрывал дело, поскольку считалось, что бог помогает правому [84] История отечественного государства и права: Учебник. Ч. 1 / Под ред. О. И. Чистякова. М., 1992. С. 56.
. Другим видом суда божьего были испытания железом и водою [85] Пресняков А. Е, Княжое право в древней Руси. Лекции по русской истории. Киевская Русь. М., 1993. С. 442.
. Например, в Русской Правде указывалось, что если обвиняемый «не ожжется», значит он не виновен.
Интервал:
Закладка: