Кертис Джоблинг - Тень Ястреба

Обернувшись вокруг, он увидел на северной стороне две фигуры. Эти люди были метрах в тридцати впереди, и в лунном свете Трент сразу узнал одного из них – это был Сорин. Вторым оказался один из пленников – наручников на нем уже не было. Потом произошло нечто странное. Сорин сунул в руку пленника свой короткий меч, а затем сильно толкнул пленника в спину, и тот покатился вниз с крутого обрыва, поднимая клубы пыли, в траву.

– Стой! – крикнул Трент, скатываясь по склону вниз, но когда он добрался до Сорина, пленник уже скрылся из виду.

– Что ты делаешь? Это твоих рук дело, Сорин? Их бежало трое!

– Все в порядке, деревенщина, – ответил Сорин и подмигнул Тренту. У ног Сорина лежало три пары наручников. – Да, это я освободил их.

Трент ударил капитана со сломанным носом по лицу, и они сцепились друг с другом.

– Отвяжись от меня, идиот! – крикнул Сорин, колотя Трента по голове, пока тот пытался прижать его к земле.

– Предатель! – взвыл Трент, продолжая бороться со старшим по званию. Он не слышал слов капитана, в его мозгу билась лишь одна мысль о том, что Сорин – предатель. Такой же предатель, как Дрю.

Сорин достал кулаком челюсть Трента и повалил его на каменистую землю. Трент продолжал трепыхаться, и тогда Сорин ударил его головой о камни – раз, другой, а затем спихнул вниз с обрыва.

Трент пытался сфокусировать свое зрение – звезды над его головой кружили в хороводе. Поднял руку, потрогал появившуюся над глазом царапину – кончики пальцев потемнели от крови.

– Ты назвал меня предателем, Ферран? – откуда-то сверху рассмеялся Сорин. – Нет, я выполнял приказ. Лорд Розовый Глаз велел, чтобы я выбрал троих и отпустил их здесь. Дичь.

– Дичь? – недоуменно переспросил Трент, осторожно трогая рану на лбу.

– Нашему красноглазому лорду необходимо охотиться, Ферран. Для этого я и вывел тех троих из лагеря. Красноглазый может потерять контроль над собой, когда в нем закипает кровь.

Трент перевернулся на живот и принялся карабкаться вверх по склону – рыхлая земля посыпалась на него сверху. Он искал точку опоры для ног, но не находил ее. Донесшийся из лугов крик заставил его остановиться и обернуться.

– Ты дал им мечи? – крикнул Трент, глядя на Сорина расширившимися от ужаса глазами.

– Красноглазый любит, чтобы все было по-настоящему, дичь должна сопротивляться, – откликнулся Сорин с вершины холма. – Надеюсь, ты захватил с собой папин меч, Ферран. Удачи! – С этими словами Сорин исчез.

– Сорин! – закричал Трент. Попусту, конечно.

Трент оглянулся, отчаянно ища место, где можно подняться наверх. Слева был крутой сыпучий склон, по которому Тренту было не взобраться, справа на ветру качались высокие, густые, в рост человека травы. Скрепя сердце Трент вытащил из ножен Вольфсхед и пошел вдоль края холма на север, то и дело посматривая вверх в поисках пути, по которому можно было бы выбраться отсюда.

Сорин превосходно сумел воспользоваться удобным случаем. Он сбросил Трента с неприступного обрыва и оставил одного ждать, пока придет лорд-кот и разорвет его на куски. Коварный приятель этот Сорин.

– Бренн, помоги мне…

Донесшийся откуда-то неподалеку из травы крик был булькающим, это кричал человек. «Не твоя это забота», – подумал Трент и хотел двинуться дальше, но услышал вновь:

– Зверь. Бренн всемогущий, Зверь…

Трент стиснул зубы, стараясь не слушать. Ему нужно думать о том, как спасти собственную шкуру, – спасибо тебе, Сорин! Трент медленно зашагал вперед, но крики раненого человека впивались в него, словно иглы. «Иди, Трент. Не останавливайся. Нельзя останавливаться. Это кричит предатель. Предатель должен умереть. Он получил то, чего заслуживал».

Но с каждым новым криком Трента все сильнее начинала мучить совесть. Он не имеет права оставить умирать никого. Никого – именно так учил его Мак Ферран, когда они так счастливо жили на Холодном берегу.

Трент сердито выругался, стер рукавом кровь с виска, повернулся и шагнул в высокую траву. Срезая траву мечом, он двинулся в том направлении, откуда доносились крики раненого, умирающего человека.

Отойдя от края склона шагов на тридцать, Трент нашел его лежащим в траве. Человек лежал, раскинув руки в стороны, на пятачке, усыпанном сломанными стеблями травы – так, словно приготовил себе гнездышко на ночь. В правой руке человек все еще держал короткий меч, который дал ему Сорин, и даже слегка приподнял его, когда Трент подошел ближе. Правда, оторвать голову от земли человек не мог, только глядел на Трента, пытаясь что-то сказать дрожащими губами.

Рот человека был в крови, на горле зияла ужасная рваная рана. Трента затошнило, съеденный вечером ужин подкатил к горлу. Трент отвернулся, постарался удержать его в себе, но это удалось ему лишь отчасти.

– Прошу… – тихо прошептал раненый за его спиной. – Убей… меня…

Трент повернулся, на его лице было написано сострадание и ужас. Он поднял клинок Вольфсхеда, но не смог опустить его, чтобы избавить раненого от мучений. В ту же секунду трава справа от Трента расступилась, и из темноты выпрыгнула белая фигура – в лунном свете блеснула звериная шерсть. Трент не успел толком сгруппироваться – от удара его меч отлетел в сторону, и оба – человек и Зверь – покатились по траве.

Белая голова лорда-кота была огромной, широкой, как грудь Трента, с огромными и острыми, как ножи, клыками. Челюсти Зверя схватили Трента за плечо, лапы прижали его к земле, не давая вырваться. Трент успел упереться локтем снизу в челюсть Зверя, не давая ему схватить себя за голову. Зубы Зверя впились в стальной напульсник на запястье Трента и сжались, грозя перекусить руку. Трент закричал, красные глаза Кота вспыхнули дьявольским огнем – Фрост был одержим охотой, жаждой убийства.

Стальной напульсник прогнулся, заскрипел, готовый треснуть пополам. Трент ткнул пальцами свободной руки лорда-кота в глаза.

Зарычав, Фрост выпустил Трента, отшвырнул его в сторону и отскочил в траву. С вершины холма донеслись крики солдат – бастийцы и гвардейцы Льва пытались рассмотреть, что происходит в траве. Трент перекатился, пытаясь прикрыть собой умирающего человека, но Зверь не возвращался. Умирающий захрипел, глаза его потускнели – это был конец.

Трент принялся шарить в траве, отыскивая свой меч. Из темноты донеслось низкое рычание, Зверь снова был где-то рядом. Понял ли Фрост, что столкнулся с Трентом? Узнал ли он его? Рука Трента нащупала холодную сталь, пальцы скользнули по ней, отыскали рукоять. Сжав Вольфсхед в руке, Трент начал пробиваться сквозь траву навстречу доносящимся с холма голосам.

Он выбрался из травы и рухнул на каменистый край откоса. Наверху голосили бастийцы и лиссийцы, призывали его взбираться наверх, пошевеливаться. Трент вложил меч в ножны и вновь начал подъем, цепляясь за землю руками и ногами, то и дело соскальзывая вниз. Рычание приблизилось, товарищи криками подбадривали Трента, с нездоровым любопытством наблюдая за приближающимся к нему Зверем.