Игорь Конычев - Северные волки

– Совсем близко. Но она тоже знает о нашем приближении и с каждым ударом сердца отдаляется… мне все труднее ощущать ее. Мы сближаемся и становимся самими собой.

– Вполне ожидаемо. – Фаргред развернул коня. – Скорее бы разобраться со всем этим, я за всю свою жизнь не проводил столько времени в этих доспехах.

– Они тебе очень идут. – Элизабет обворожительно улыбнулась. – И вот что я еще хотела спросить: ты до сих пор представляешься пятым магистром, хотя вас осталось всего трое, и Эрик, то есть Император, хотел бы…

– Будь моя воля, я бы вообще никому не говорил, что я магистр, – безрадостно бросил лорд Драуг, перебив эльфийку. – Прости, что не дал договорить, но ты знаешь, как я отношусь к этой теме. Я уже привык быть пятым и не желаю что-то менять. – Он одернул плащ.

– Как скажешь, – успокаивающе улыбнулась паладину Элизабет. – По крайней мере, твой алый плащ помогает нам избежать кучи не нужных сейчас проблем.

– Именно поэтому я и терплю неудобства. Я, знаешь ли, не очень люблю, когда на меня все пялятся и тычут пальцами, – недовольно усмехнулся Фаргред, – но на что только не пойдешь, ради блага любимой Империи и торжества Света! – Никто не обратил особого внимания на то, что голос магистра был полон сарказма. За время их долгого путешествия спутницы лорда Драуга уже успели привыкнуть к его непростому характеру. – Не будем терять времени! – произнес паладин, и его огромный жеребец первым сорвался с места.

Стоило небольшому отряду выехать за пределы проклятого леса, как лошадь под Тредом пала; сказалась непрерывная скачка с бешеной скоростью. Энвинуатаре осознанно взяла такой темп, чтобы покинуть зловещее место раньше заката. Судьба животных ее совершенно не заботила. Старый северянин с отборной руганью рухнул на пожухлую траву, кубарем покатившись по ней. Встав на четвереньки, он ошеломленно затряс головой, словно настоящий старый медведь, с которым его постоянно сравнивал Вегард.

– Все нормально? – Марк резко остановил своего коня и хотел было спрыгнуть, чтобы помочь наемнику, но тот предупреждающе вскинул руку.

– Еще бы не нормально, – недовольно заворчал он, вставая на ноги, – я ведь постоянно падаю с лошади на полном скаку, это у меня развлечение такое, ага… – Хромая и потирая ушибленную спину, он подошел к распростертому на траве, прерывисто дышавшему животному. Сразу заметив, что одна из ног лошади неестественно вывернута, Тред, тяжело сопя, опустился на одно колено и, подняв свою секиру с земли, провел ладонью по взмыленному боку. – Больно не будет, – неожиданно мягким голосом произнес северянин и, встав, сильным ударом перебил животному хребет.

– Хватит возиться! – Энвинуатаре развернула коня. – У нас есть еще свободная лошадь, оставшаяся от одного идиота! – Она указала пальцем на животное, принадлежавшее раньше Кенриту. – Кто бы мог подумать, что хотя бы после смерти этот придурок окажется полезен!

– Помолчала бы ты лучше. – Единственный взгляд Треда с ненавистью впился в жрицу. Пальцы северянина сжались на древке «Вдовьей скорби» так, что костяшки побелели.

– С удовольствием помолчу, если ты сейчас же сядешь в седло и мы продолжим путь! Я плачу тебе не за советы!

Тред еще несколько мгновений не мигая смотрел на жрицу, но потом все же поднял седельные сумки и, взвалив секиру на плечо, поспешил к Марку, который вел к нему свободную лошадь.

– Совсем баба сбрендила, с этой своей миссией, – ворчал «старый медведь», взбираясь в седло, – раньше она мне больше нравилась…

– Мне тоже, – согласился с товарищем Вегард, подъехав поближе. – Но мы скоро доберемся до крепости – если мои глаза не лгут, то вон там уже виднеются стены. – Он указал пальцем вперед, где над кромкой леса и вправду можно было различить Лесную Твердыню, темным пятном выделявшуюся на общем фоне окружающей зелени. С небольшой возвышенности, на которой находился отряд, хорошо было видно также дорогу, которая огибала проклятый лес.

– Нет повода для радости, ведь сумасшедшая бабенка не даст нам отдохнуть. – Тред заерзал в седле, умащиваясь поудобнее. – Найдет этого своего проводника и погонит дальше…

– Я, между прочим, все слышу. – Жрица недовольно взглянула на мужчин.

– Ну и что? – равнодушно пожал плечами одноглазый наемник. – Можно подумать – я вру или боюсь высказать свои мысли!

– Сейчас доедем до дороги и там отдохнем. – Энвинуатаре предпочла сменить тему. – Не хочу проделать остаток пути пешком. – Она искоса взглянула на мертвую лошадь.

– Животным нужен нормальный отдых, а не короткая передышка, – попробовал возразить жрице Марк. – Они могу не выдержать…

– Мне плевать! – жестко отрезала Энвинуатаре. – Главное, чтобы они дотянули до крепости! – Прежде чем паладин успел открыть рот, девушка продолжила: – Разговор окончен; все за мной! – Она ударила пятками в бока своего коня и понеслась вперед.

– Совсем спятила девка; жаль, симпатичная ведь… – сокрушенно сказал Тред. – С таким характером ее ни один мужик терпеть не станет. – Он многозначительно взглянул на Вегарда. – Ведь правда же?

– Не станет, – согласился с другом берсерк и, потрепав своего коня за ухом, поскакал следом за жрицей.

– Дорога-дорога-леса-дорога-дорога-дорога в лесах… – недовольно продолжил бурчать Тред, догоняя берсерка. – Если я когда-нибудь захочу сложить песнь о наших странствиях или описать их для потомков, то получится какая-то непонятная карта, а не рассказ!

– Ты все равно не умеешь писать, – улыбнулся Вегард, – и тем более – слагать песни. Если мне не изменяет память, то в последний раз, когда ты занимался чем-то подобным, то зарифмовал такие слова, как – убить, разбить, разрубить, зарубить, расчленить и много пить. Я ничего не напутал?

– Ну да… – согласился старый наемник, пытаясь изобразить на суровом лице смущенную улыбку. – А вдруг какой-нибудь бард или этот, как его, мине… мене… менесе…

– Менестрель, – подсказал товарищу берсерк.

– Точно! – обрадовался Тред. – Если вот этот самый… или еще какой писака захочет рассказать всем о приключениях обычных наемников, ему же придется только и делать, что описывать их скитания!

– Что это ты так озаботился этим? – рассмеялся Вегард. – Раньше тебя не беспокоили чужие проблемы.

– Как-то не очень приятно осознавать, что полжизни мотаешься в седле, – скривился Тред, плюнув на землю. Ветер подхватил плевок северянина, и сзади послышалось недовольное восклицание паладина. – Так вот, – как ни в чем не бывало продолжил наемник, – таскаться по дорогам и так скучно, да еще какой-нибудь бездарный зануда добавит еще больше скуки и уныния!

– Да с чего ты вообще взял, что кто-то захочет писать про твою жизнь? – не выдержал Вегард. – И если все-таки кто-то возьмется, то почему он сразу бездарный, да еще и зануда?