Кирико Кири - За пределом [Author.today]

Это был словно набор для вызывания то ли отвращения, то ли ужаса, то ли возбуждения, а может и всё сразу. Это был набор фотографий из ада. Чем больше я смотрел, тем сильнее у меня расширялись глаза, а снимки метались в руке, сменяя один другой, как в фильмах ужасов, когда ты пытаешься просмотреть всё как можно быстрее.

На одном из них я замер. Замер, потому что фотография и то, что было на ней изображено, пробили меня до самого дальнего нейрона.

— Эй, Тара, ты чо застыл… ты чо такой бледный, словно сейчас кони двинешь? — Малу внимательно смотрел на меня, но вместо ответа я лишь протянул ему фотографии. Он их молча взял, внимательно смотря на меня, после чего его взгляд опустился на фотографию.

И теперь уже он застыл. Смотрел на эту фотографию очень долго, после чего сменил на другую. А потом на следующую, всё быстрее и быстрее, как будто тасуя их. Он выглядел как загипнотизированный или помешанный.

— Готово! — радостный голос Алекса заставил нас вздрогнуть. — Старое дерьмо, никак не хотело запускаться.

Нас осветило сероватым светом, словно пропущенным через пыльное окно. Там, на диске, сразу появилось помещение с кроватью посередине и девушкой, привязанной к ней.

— О, порнушка с его участием, — усмехнулся Алекс, улыбаясь. — И девка приятная. Вот, кажись, и компромат.

Я отобрал фотографии из рук Малу и быстро нашёл подходящую, только на ней девушка была ещё одетой, улыбающейся и просто жизнерадостной. На видео же она была голой, бледной и до смерти напуганной.

Фотографии выглядели как сделанные маньяком снимки своей будущей жертвы.

Но очень скоро улыбка стала сползать с лица Алекса. Мы смотрели на видео как заворожённые. На нём было несколько сцен с участием как хозяина дома, так и девушки, видимо, снятые не за раз, а за несколько.

— Что за… — голос Алекса едва заметно подрагивал. — Что за хуйня…

Он озвучил все наши мысли.

А видео продолжалось. На такое смотришь и всё больше начинаешь верить в бога или наоборот, всё больше становишься атеистом, раз он дал такому произойти. Меня тянуло в сторону атеизма.

Наконец мне удалось найти в себе хоть какие-то силы сдвинуться с места. Медленно, словно на ватных ногах, я подошёл и вырубил этот оживший кошмар.

— Думаю, что с нас достаточно, — пробормотал я, потерев слегка влажные глаза. Боюсь, что ближайшую ночь меня будут мучать или кошмары, или эротика. Но скорее всего и то, и другое разом.

Кажется, мы все стали приходить в себя. Это был скорее всего эффект неожиданности, ведь никто никак не ожидал встретить нечто подобное здесь. Такое…

Я старался взять себя в руки. Просто с подобным я никогда ещё не сталкивался. Но если посмотреть на это холодным непроницаемым взглядом, то ничего особенного в этом и не было. Просто жестокость и насилие. Уверен, что это не единственный персонаж, который этим увлекается.

— Что это было. Это ведь постановка? — слегка дрожащим голосом спросил Алекс.

— Это снафф-фильм с эрогуро с хозяином этого дома в роли режиссёра и актёра, — ответил я и глубоко вздохнул, приводя себя в чувства. — Скорее всего на других дисках подобное, только с другими жертвами.

Я взял оставшиеся конверты и быстро просмотрел их. Практически на всех было одно и то же, только сменялись главные лица. Но в сумме я насчитал шесть человек. Предположу, что на видео тоже шесть человек.

— Это какой-то пиздец, — выдохнул Малу. — Нет, это просто пиздец. Я всякое говно повидал, но чтоб такое… И просто это же не обычные изнасилования, это… это…

А потом он неожиданно с ненавистью пинком ноги перевернул стол. Выхватил пистолет и несколько раз выстрелил в экран телевизора. Глухие хлопки, сдобренные металлическим лязгом, разлетелись по комнате.

— Сука… это… это же надо так… — пробормотал он. — Что за пиздец… что с этими людьми не так… это просто… ЭТО ПРОСТО ЖОПА!

Он схватил какую-то вазу и швырнул её в стену. После чего опрокинул небольшой комод. Схватил стул и бросил в стеклянный шкаф напротив. Зазвенело стекло, посыпались бутылки и бокалы вместе с полками.

— БЛЯТЬ! ТВОЮ ЖЕ МАТЬ!

А потом его взгляд упал на служанку.

Я понял, что он хочет сделать ещё до того, как Малу начал её избивать. Но я хотел было помешать ему, но в последний момент Алекс положил мне руку на плечо и покачал головой.

Малу буквально подлетел к ней, сдёрнул повязку с наушниками и вдавил пистолет ей в лицо.

— Ты, сука, знала, что делает твой босс?! Отвечай!

— Ч-что? — вот тут её хладнокровие и пропало, стоило ей увидеть его вне себя от ярости.

— Не ври, блядь! — он наотмашь ударил её пистолетом по щеке. А потом ещё раз. И ещё. — Ты знала?!

— Знала что? — всхлипнула служанка. Из её перепуганных глаз текли слёзы.

— Ты тупая мразь! — он принялся её пинать ногами. Женщина не сопротивлялась, не кричала, понимая, что сделает лишь хуже. Лишь прикрывалась от ударов, сыплющихся на неё, мыча и всхлипывая, когда ей прилетало особенно сильно.

— Он убьёт её, — тихо сказал я.

— Не убьёт. Без необходимости.

— А это необходимо?

— Он просто чуть-чуть расстроен, — попытался оправдать его Алекс, после чего вздохнул и позвал его. — Надо валить, скоро хозяин может вернуться!

Может голос Алекса на него подействовал, а может он сам уже собирался заканчивать, но Малу перестал её пинать. Схватил за волосы, подтащил к своему лицу и прошипел:

— Ты, тупая соска, знала, что делает твой босс?

— Я лишь убираюсь… — заплакала она, за что получила рукоятью в лоб. Потекла кровь.

— Слушай внимательно, сука, — он запихнул ей ствол в рот так, что я отсюда послышал скрежет зубов о металл, — расскажешь что-нибудь о произошедшем, и твои внуки станут моими детьми, ты поняла меня? Я знаю, где ты живёшь, и знаю, что у тебя есть дети, так что когда раскроешь пасть, сразу представляй меня. Можешь жаловаться в полицию, но до твоей дочери я доберусь первым, я всё понятно объяснил?

— У-угу…

Напоследок он ещё раз стукнул её пистолетом по лицу, чем вызвал ответный всхлип и тихий плач. Я до последнего думал, что он её убьёт.

— Пиздец… — вздохнул он. — Али, забери свой телефон с наушниками. Тара, смотри, всё ли подобрали, и уходим.

— Чо с ней? — кивнул Алекс на женщину, что сейчас старалась быть тише воды, ниже травы.

— Забей. Она будет молчать, ведь мы поняли друг друга, не так ли? — громче, чем начал, закончил он. Она не ответила, продолжив всхлипывать.

Когда мы спускались по лестнице, Малу выхватил пистолет и выпустил остатки магазина в труп охранника, пока затвор не перешёл в крайнее заднее положение. Тот лишь безразлично вздрагивал от каждого попадания.

— Суки… — пробормотал он. — Грёбанные суки… пиздец…

Теперь я лучше понимал Малу. Он был просто неуравновешенным психом, готовым взорваться в любую минуту. Он был отморозком и простым бандитом, который мог убить кого угодно без зазрения совести. И он был человеком, которому не были чужды обычные людские чувства. Малу выходил каким-то подавленным, словно на тех фото он увидел своего родственника.