Эрик Рассел - Избранные произведения в одном томе
- Название:Избранные произведения в одном томе
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Интернет-издание (компиляция)
- Год:2019
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Эрик Рассел - Избранные произведения в одном томе краткое содержание
И правда — трудно, наверное, найти в нашей стране любителя научной фантастики, не знакомого с именем человека, на книгах которого выросли все мы — поколение за поколением. Автора рассказов «Мы с моей тенью» и «Небо, небо», «Пробный камень» и «Мыслитель» — и множества других произведений, буквально знакомивших нас всех с «золотым веком» англоязычной фантастики? Автора тонкого, мудрого и откровенно, весело ироничного?
Перед вами — Эрик Рассел в лучшей, блестящей своей форме.
Перед вами — «Безумный мир». А вы — лично вы — уверены, что наша Земля не обратится однажды в тотальную «психушку Вселенной»?
Перед вами — «Оса». Невероятные, озорные, увлекательные похождения «космического суперагента», засланного на далекую планету…
Перед вами — «Марафон». Люди, пришельцы и роботы — в мыслимых и немыслимых сюжетных комбинациях.
Поклонники классической научной фантастики!
Не пропустите!
Содержание:
Марафон (цикл)
Безумный мир
Оса
Часовые Вселенной
Считайте его мертвым
Ближайший родственник
Зловещий барьер
Похитители разума
Рассказы и повести (сборник)
Беспокойные гробы Барбадоса (статья)
Огненный обряд (статья)
Морские чудовища (очерк)
Избранные произведения в одном томе - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Пошатываясь, он прошёл мимо нас, завернул в кабинку для оказания первой помощи и медленно, с трудом разделся. Сэм растер его с головы до ног мазью от ожогов — мы слышали, как шкипер хрипло стонал, когда Сэм особенно старался.
Жар становился невыносимым. Он заполнял все помещение, жег каждый мускул моего тела. Несколько механиков скинули ботинки и куртки. Скоро их примеру последовали и пассажиры, избавившись от большей части одежды. Мой агроном с несчастным видом сидел в плавках, горюя о своих несбывшихся планах.
Выйдя из кабинки, Мак-Нолти рухнул на койку и сказал:
— Если через четыре часа мы ещё будем целы, все обойдется.
В этот момент двигатели заглохли. Мы сразу поняли, в чем дело. Опорожнилась одна топливная цистерна, а реле, которое должно было переключить двигатели на другую, не сработало. На такой случай в машинном отделении должен был бы сидеть дежурный механик, но от жары и волнения никто об этом не подумал.
Мы не успели опомниться, как Кли Янг подскочил к двери, к которой он был ближе всех. Он исчез, прежде чем мы сообразили, что произошло. Через двадцать секунд двигатели снова заревели.
У самого моего уха свистнула переговорная трубка — последние два дня радиофоны не действовали из-за солнечных помех. Я вынул свисток и прохрипел:
— Да?
Из рубки донесся голос Эла.
— Кто это сделал?
— Кли Янг, — сказал я. — Он все ещё там.
— Наверное… пошёл за шлемами, — догадался Эл. — Передайте ему… от меня спасибо!
— Как там у тебя? — спросил я.
— Печет, — ответил он. — Плохо… с глазами. — Он помолчал, — Наверное, выдержу… как-нибудь. Пристегнитесь… когда я свистну.
— Зачем? — прохрипел я.
— Хочу… раскрутить ее. Жар равномернее распределится…
И вот я услышал, как он заткнул свой конец трубки. Я тоже всунул свисток на место и передал остальным, чтобы они пристегнулись и ждали сигнала Эла. Только марсианам можно было не беспокоиться: у них хватало первоклассных присосков, чтобы удержаться даже на метеорите.
Вернулся Кли. Эл оказался прав: он тащил шлемы для своих ребят. Температура была такая, что даже Кли ослабел и еле управлялся со своим грузом.
Марсиане обрадовались, надели шлемы, загерметизировали швы и тут же спустили в них давление до двух десятых. Они сразу повеселели. Чудно было видеть, как они надевают скафандры не для того, чтобы, как мы, хранить воздух, а чтобы от него избавиться…
Только они успели одеться и вытащить шахматную доску, как прозвучал свисток. Мы вцепились в ремни, а марсиане присосались к полу и стенам. «Маргаритка» начала медленно вращаться вокруг продольной оси. Шахматные фигуры поползли по полу, потом по стене и по потолку: солнечное притяжение, конечно, удерживало их на той стороне, которая была обращена к Солнцу. Я увидел сквозь шлем сердитое, распаренное лицо Кли, который мрачно уставился на порхавшего вокруг него черного слона. Наверное, в шлеме раздавались самые смачные марсианские выражения…
— Осталось три с половиной часа, — прохрипел Мак-Нолти.
Четыре часа, о которых говорил нам шкипер, означали два часа приближения к Солнцу и два часа удаления от него. Поэтому, когда нам осталось два часа, мы были ближе всего к этой раскаленной печи. Это был момент наибольшей опасности.
Я этого момента не помню — я потерял сознание за двадцать минут до него и пришел в себя через полтора часа после. О том, что происходило за это время, я могу только догадываться, но стараюсь об этом думать как можно меньше. Солнце, пылавшее жаром свирепо, как глаз разъяренного тигра; корона, протянувшая свои языки к крохотному кораблю с полумертвыми существами, и в самом носу корабля, за совершенно бесполезными кварцевыми стеклами, одинокий Эл глядит и глядит на приближающийся ад…
Я, шатаясь, поднялся и тут же свалился, как мешок тряпья. Корабль больше не вращался, а несся вперёд, как обычно, и упал я просто от слабости. Чувствовал я себя препаршиво.
Марсиане уже пришли в себя — я знал, что они очнутся первыми. Один из них поставил меня на ноги и держал, пока я не начал хоть чуть-чуть владеть своими конечностями. Я заметил, что другой марсианин распростерся поверх лежавших без сознания Мак-Нолти и трех пассажиров. Он закрывал их своим телом от жара. И довольно успешно, потому что они очнулись вслед за ним.
С трудом добравшись до переговорной трубки, я вытащил затычку и дунул. Но сил у меня было так мало, что свистка не получилось. Только зря потратил воздух, а мне его и так не хватало. Целых три минуты я стоял, цепляясь за трубку, потом собрался с силами, еле расправил грудь и дунул изо всех сил. На другом конце послышался свисток. Но Эл не отвечал.
Я свистнул ещё несколько раз, но ответа не было. От частого дыхания у меня закружилась голова, и я опять свалился. В корабле жара была ещё страшная; я чувствовал, что высох, как мумия, которая миллион лет пролежала в пустыне.
Дверь открылась, и Кли Янг медленно, с трудом выполз наружу. На нем все ещё был шлем. Через пять минут он вернулся и сказал через диафрагму шлема:
— Не добрался до носовой рубки. Трап на полпути горячее печки, и воздуха там нет.
Я вопросительно уставился на него, и он объяснил:
— Автоматические двери задраены. В носовой рубке вакуум.
Это означало, что сдали иллюминаторы. Иначе воздух не мог выйти из рубки. Запасные стекла у нас были, и вставить иллюминаторы ничего не стоило. Но пока что мы летели вперёд — может быть, правильным курсом, а может быть, и нет — с пустой, лишенной воздуха рубкой, в которой царила только зловещая тишина.
Мы сидели и понемногу приходили в себя. Последним очнулся пострадавший механик. Сэм всё-таки выходил его. И только тогда Мак-Нолти заорал:
— Четыре часа прошли! Мы прорвались!
Слабыми голосами мы крикнули «ура!». Ей-ей, в каюте от этой новости сразу стало градусов на десять прохладнее! Радость придала нам силы — не прошло и минуты, как мы не чувствовали и следов слабости и рвались в бой. Но только ещё четыре часа спустя бригада механиков в скафандрах пронесла в крохотный лазарет Сэма тяжелое тело из рубки.
— Как дела, Эл? — спросил я.
Он, наверное, услышал, потому что шевельнул пальцами правой руки и, прежде чем дверь за ними закрылась, издал скрежещущий, хриплый звук. Потом два механика прошли в его каюту, принесли огромный кожаный мешок и снова заперлись в лазарете, оставив нас с марсианами снаружи. Кли Янг шатался взад и вперёд по коридору, как будто не знал, что делать со своими щупальцами.
Час спустя из лазарета вышел Сэм, и мы бросились к нему.
— Как Эл?
— Слеп как крот, — сказал он, покачав головой — И лишился голоса. Ему пришлось ужасно тяжело.
Так вот почему он не отвечал, когда я его вызывал к трубке!.. Я посмотрел Сэму прямо в глаза.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: