Кромт - Слияние [СИ]

Это сколько они труда вложили, чтобы всё это сделать? Подъезды располагаются с внутренней стороны дома, противоположной к улице, значит двери тоже заложены.

Рядом с домами стояла различная техника, модернизированная как в некоторых апокалипсических фильмах. Например, шишигу дополнял отвал. Почти вся кабина была прикрыта металлом, как, впрочем, и кунг. Лишь несколько небольших форточек оставалось открытыми. Колёса прикрывали металлические сферы, украшенные шипами. Практически у всех машин были прикрыты кабины, ну а шипы торчали во все стороны.

Улица уходила дальше — за город и вела в сторону других населённых пунктов, но сейчас была перекрыта массивной бетонной баррикадой из блоков и железными воротами, подозрительно похожими на те, что были на железнодорожном складе. Только сейчас они были усилены швеллерами.

Здесь бойцов было очень много.

— Пройдёмте в то здание, — напоминает про себя полицейский. — Нужно знать на какой дистанции вы можете работать, чтобы разместить в более-менее комфортных условиях.

— Ограничен радиусом пределов видимости.

— Самый верхний этаж устроит? — спрашивает, жестом подзывая группу молодых парней с копьями, топорами и дубинками.

— Почему бы и нет? Устроит. А что там такого на верхнем этаже?

— Не у всех дистанция позволяет пользоваться способностями на большом расстоянии. У магов максимальный радиус пол километра, у огнестрельного оружия дальность может быть и дальше, но вот пробить при этом доспехи не получается, поэтому максимальная дистанция для поражения не дальше трёхсот метров.

— Привет командир, что случилось? — спросил один из подошедшей компании.

— Знакомьтесь, это — Максим. Ваша задача хранить его, как зеницу ока.

Я удивлённо посмотрел на Евгения Вадимовича.

— Опять пропустим заварушку. Когда качаться будем? — спрашивает снова тот же парень.

— Моли господа, чтобы вам не потребовалось участвовать в заварушке. Отправляйтесь на верхний этаж и помогайте ему. Делайте всё, что не попросит, в пределах разумного. Больше одного человека квартиру не покидать. Вышел он, вышли вы. Сначала проверили, затем пропустили. До начала атаки просто сопровождайте. Всё ясно?

— Ясно, — понурив головы, разрозненно ответил отряд.

Семь человек, из них — две девушки. У одной копьё, вторая вооружена колуном с метровой ручкой.

— Саня, — протягивает мне руку главарь отряда.

Делаю шаг назад, отвожу правую руку ещё дальше, вижу как на его лице появляется брезгливая гримаса и недовольные физиономии отряда. Шаровая поднимается вверх на пару метров и я спокойно пожимаю руку в ответ: — Максим.

Ребята по очереди представились, а девушка с колуном — Наталья, произнесла, глядя в глаза:

— Так ты маг получается. Повезло.

— Знаешь, меня никто не спрашивал. Чем одарили, тем и пользуюсь.

— Ну-ну. Не ссы, прикроем мы тебя.

Хотелось ответить, что не нуждаюсь в их услугах, но не стал. Какая разница что они подумали? Мне с ними не детей крестить, отобьём атаку и уйду.

Лифт не работал по понятным причинам, подниматься пришлось пешком. Подъезд был чист. На лестничных клетках и в пролётах первых четырёх этажей было людно. Кто курил, кто просто разговаривал. Двери некоторых квартир были открыты и в них можно было увидеть людей. Пустыми выглядели последние три этажа. Я выбрал боковую — трёхкомнатную, с двумя лоджиями, выходящими на противоположные стороны дома. Торец здания был без окон и лоджий, представляя собой сплошную стену.

Мебель в квартире частично осталась — на кухне вся, в одной комнате полки, шифоньер и кровать, в другой комнате только полки, в зале — небольшой журнальный столик, диван и стенка-шкаф, заполненный книгами, дисками с фильмами, посудой. Девушки проверили содержимое шкафов, нашли там три подушки, два одеяла и небольшой ворох одежды. Появилось сожаление о том, что я упустил время спокойно помыться. И постираться. Оставляю шаровые парить в паре метров от лоджии и возвращаюсь в комнату.

— Случаем носков мужских там нет? — спрашиваю девушек, перебирающих ворох одежды.

— Есть. Свои кончились? — с вызовом отвечает Наталья.

— Угу. Закончились. В моей кварире только битое стекло осталось.

— Вот, держи, — протягивает мне связку белых носков её напарница — Лена. — Может рубашку или футболку поискать?

— Спасибо, — отвечаю, присматриваясь к девушке, — не откажусь.

Наталья оглядывает меня с ног до головы и, задержавшись взглядом на пятнах грязи и отверстиях в спецовке.

— С кого куртёшку снял? Или просто так дали?

— Моя это, — говорить с ней совершенно не хотелось, но приходилось. — Спецовка.

— Не сходится. Штаны и ботинки чистенькие, а спецовка вся в грязных разводах.

— Да мне пофигу, что у тебя не сходится, — спокойно отвечаю, начиная закипать, — думай как хочешь.

Она в ответ лишь хмыкнула, развернулась в вышла из комнаты. Я решил осмотреть вторую лоджию, с противоположной стороны дома, заодно сменить носки на чистые, но, чуть попозже передумал. Помоюсь, постираюсь — тогда и переоденусь. Вид с этой лоджии выходил на заросшее молодыми деревцами поле, упирающееся в прозрачную стену. Но, чем дальше эта стенка была от меня, тем больше она сливалась с горизонтом. Так вот взглянешь и не скажешь, что наша локация ограничена шестиугольником. С левой стороны, вдоль этой стены, рос лагерь противников. Они устанавливали новые и новые палатки, воздвигали какое-то ограждение по периметру лагеря.

— Вот, примерь, — слышу голос Лены, вместе со звуком открывающейся двери. — Я тут ещё немного мужской одежды нашла, посмотри, может подойдёт что.

Вручив ворох одежды, она вышла с лоджии, а затем и из комнаты. Она принесла три рубашки и две футболки, но они оказались коротки. Брюки тоже не подошли. Спортивные трико оказались немного коротковаты, но в принципе, можно носить. Как сменку. Отправляю их в рюкзак и смотрю на оставшиеся части гардероба — трусы. Три штуки в упаковке, видно не дошла до них очередь. Вот их-то я и переодену!

Снимаю обувь, штаны. Начал развязывать узелки и тут дверь открывается, а в комнату вваливается Наталья. Инстинктивно прикрываю пах, взяв в руки то, что ближе оказалось — штаны.

— Тебя стучать в дверь не учили, перед тем как входить? — спрашиваю, чувствуя что краснею.

— Ах, какие мы нежные, — издевается, не спеша выйти или прикрыть дверь. — может вам ночной горшок принести?

— Дверь закрой. С той стороны.

Улыбнувшись, она прикрывает дверь и распахивает её снова через секунду.

— Я что приходила, — с её лица не сходит улыбка, — там привезли какой-то груз, просят забрать и доставить тебе.

— Вот и займись. И без стука в ближайшие пять минут не входить!