Кромт - Слияние [СИ]

Противник заваливается — без головы долго не проживёт даже ящерица, а я поднимаюсь, глядя в сторону сражения и отменяю метку разряда с носа трупа. Рептилоиды напирают, получают ранение, отходят назад регенерировать, пуская вперёд тех, у кого здоровье больше. Умная тактика. Ко мне спешат уже пять воинов и я понимаю, что не выживу. Ну, хоть напоследок заберу тех, кого смогу.

Снова стреляю из пистолета. В этот раз быстрее. По четыре пули на цель. Сую ПМ в карман и подбираю меч убитого противника. Тяжеловат, но лучше так, чем орудовать лишь кинжалом.

Первого противника подлавливаю разрядом в момент нанесения удара. Успел в последний момент — ещё бы чуть чуть и меч вошёл бы мне в грудь. Его ноги без защиты — рублю по выставленной вперёд опорной, кинжалом пытаясь отвести клинок в сторону. Маневр вполне удаётся, он заваливается, я прохожу мимо, нанося удар в живот замершему жабоголовому и пригибаясь от его меча. Третьего удалось ударить разрядом после того, как его меч воткнулся мне в левое плечо. Небольшая задержка, во время применения способности, привела к ране. Нужно было молнией бить. Наверное.

Из мгновенно онемевшей руки выпал кинжал. Рубанул противника, отсекая протянутую конечность и поспешил пригнуться — второй снова рубанул воздух. Левую руку саднит, распрямляясь отмахиваюсь от безрукого, рассекаю ему живот и получаю щитом по больной руке от второго. Больно! Падаю. Отмечаю, что на ногах остаётся только жабоголовый. Его хп составляет 168/400 и постепенно снижается. Безрукий — 320/460, а самый первый 250/400.

Пинаю под колено третьего и уклоняясь от второго, переворачиваюсь на живот, опираясь на руки пытаюсь встать. Удар по левой ноге и снова лечу в жижу. Боль возникает теперь в правой ноге, переворачиваюсь на спину. Пинок левой по ноге безрукому и он падает на меня вместо того, чтобы пнуть. Пусть падает. Немного помогу — выставлю кинжал в район груди и сгибаю правую ногу.

Правым коленом попадаю в пах, а кинжал входит в грудную клетку ящера. Тяжелый зараза! Рухнул мне на грудь, разом выбив воздух из лёгких. Рукой со щитом он блокирует мою правую, левой не могу пошевелить, не выпустив кинжал. Обрубком руки он начинает бить по лицу, а я могу лишь расшатывать кинжал в его боку. Из-за обилия крови и грязи на лице — не могу видеть что происходит.

В какой-то момент понял, что он больше не наносит удары. И я не мертв. Даже с закрытыми глазами вижу своё состояние — 73/470.

— Живой, — слышу голос Лены, — только подлечить немного нужно.

— Всыпать бы тебе по первое число, — а это уже Олег ругается, — сказано же было сидеть спокойно и не вмешиваться. Но нет, героем себя возомнил! Хорошо хоть не сдох.

Открывать глаза было тяжело. Только после того, как с меня убрали труп, немного промыл глаза, разлепил их и пополз в сторону более-менее чистой воды. Нужно было умыться. Оружие оставил там, где и лежал — никуда не денется, а если и денется — трупов много, подберу более подходящее.

— Да он пьян! — восклицает Андрей. — Даже встать не может. И где только набраться успел?

Плечо исцелила Лена, а ноги болят. Сильно. Как бы перелома не было.

— Не может такого быть, — защищает меня паладин, — ты не видишь ему просто плохо и ноги обе ранены. Видишь как кровь течёт!

Плохо. Видно тот жабоголовый успел и вторую ногу покоцать.

— Вить, где ты? — снова Олег.

— Здесь, — слышится издалека его голос.

— Тащи сюда свой щит, будем проводить экзекуцию в профилактических целях.

— Как только начнёшь, так сразу и кончишься, — вмешиваюсь в разговор, наконец-то добравшись до края дороги.

— Сам еле ползёт, а угрозами сыплет, — острит Олег, — молчал бы лучше.

— Да я промолчу, — отвечаю, перед тем как начать умываться более-менее чистой водой, — только молнии пофиг на наши разговоры.

— Всё, прекращайте балаган, — вмешивается Лиля, — Андрей, Иван, помогите собрать стрелы. Олег организуй лагерь, я пошла в дозор. Ещё одну битву мы не переживём.

— Дожились, — вздыхает Олег, — командира отряда начинают строить. Скоро по струнке на цыпочках перед вами ходить заставите.

Смыв с лица грязь и кровь, подполз к дереву, растущему в метре от меня и сел, прислонившись к его стволу спиной. Хотелось смеяться, но не было сил. Весь отряд перемазан в грязи и крови, чуть живые. Больше половины хп только у Андрея. Обе мои ноги разрублены до кости и кровоточат. Нужно бы перетянуть ремнём чуть выше раны, но сил нет. Последние ушли на борьбу с ящером.

— Ладно, герой, не убивайся, — говорит Олег, приближаясь ко мне. — Вовремя ты вмешался и отвлёк часть внимания. Ты уж извини меня. Характер такой. Не люблю, когда делают не то, что прошу. Мир? — протягивает он руку.

Смотрю на его куртку, со множеством разрезов ткани, на грязное лицо, волосы, торчащие во все стороны. Не слабо ему досталось.

— Мир, — отвечаю и жму руку.

— Вот и отлично. Как только Лена поставит тебя на ноги, двинемся дальше. Найдём место для лагеря и приведём себя в порядок. Кто мог подумать, что нам предстоит сражаться с целым войском?

Этой ночью удалось спокойно пройти по мосту. В этой части ощущались не только запахи еды, но и других возрождённых. Собрав группу из низших и старательно обходя опасную еду, выглядящую так же как и собратья, обследуем доступное пространство, в поисках нового места для схрона.

Выходим на открытое пространство. Кажется, раньше такое место называлось поле. Да. Мы покинули город. Нашли место, где канализационный люк ведёт за пределы стены. Впереди чувствуется еда. Не такая, что находится в городе. Нет. Из такой еды можно вырастить новых стражей, а их панцири служат отличным материалом для защиты жизненно важных частей тела собратьев.

Многие вещи кажутся привычными и при изучении или мимолётном взгляде в памяти возникают они — воспоминания. Вот и сейчас, в памяти возник образ панциря, называемого латным доспехом. Значит еда носит латный доспех. За такой едой можно охотится, её не пускают в город.

Мысленный посыл и отряд стражей на четвереньках устремляется к лагерю. Идут бесшумно. Это хорошо. Окружаем лагерь, а теперь этот. Как его. А, вот! Сюрприз! Соратник, воскресший одним из первых в тот же день, что и я, готовится к атаке, подготавливает своё заклинание и через несколько минут еда начинает падать от усталости. Снова приходит воспоминание. Соратник в платье женщина. Значит и я тоже. Она хорошо умеет насылать усталость. Теперь время для воинов. Стражи нападают первыми, бесшумно подкрадываясь и сворачивая головы… противников? Странное слово. Следом нападают воины и остальные возрождённые. Проходит совсем немного времени, лагерь противников вымирает.

Мне несут положенные трофеи — сладкие, сочные мозги в упаковке. Приходится откладывать свой атрибут власти — клюку, для добычи столь ценной и желанной еды. Но нужно позаботиться и о других. Приказываю разделить пищу как можно мельче и разложить в пакеты — так она дольше не исчезает. Нам нужно успеть вернуться в город до того, как еда. Нет. Люди! Начнут… патрулировать свою территорию.