Сергей Панченко - Сеть

- Воруй, на нас и так уже столько всего повесили, что булки не сильно усугубят нашу вину. - Полина посмотрела усиленным зрением через щель в жалюзи на улицу.

Ничего примечательного. Люди спешили по своим делам. От дыхания их шел пар. Чувствовалось приближение зимы. Напротив их окон, на той стороне улицы, лоточница расставляла коробки с фруктами. Она здоровалась со всеми проходящими мимо нее. Значит, местная. С ней тоже здоровались, разговаривали. Внизу, то и дело хлопали дверью с колокольчиком. Наверное, это были утренние посетители ароматного кафе с собственной пекарней.

Генри умылся, оделся и готов был идти за булочками.

- Ты уже придумала, как я расплачусь? - Спросил он.

- Придумала, они принимают заказы. Возьмешь на имя Геральда Шнимбершпахера.

- Человек с таким именем не станет есть булочки, он завтракает младенцами.

- Первое, которое попалось.

- Я подозреваю тебя в неразборчивости.

- А я подозреваю, что ты зануда шотландское.

- Ага, еще и в нацизме.

- Умрешь голодным Несси.

- Ладно, пусть так, я пошел, подстрахуй.

- Держи руку на терминале.

- Хорошо, босс.

Генри ушел. Его шаги застучали по ступеням. Полина посмотрела в щель жалюзи, насколько позволил угол обзора. Вроде, ничего подозрительного. Генри хлопнул входной дверью и почти сразу зазвенел колокольчик кафе. Полина еще раз попыталась заметить подозрительную активность. Вот прошел мужчина мимо лоточницы. Она не поздоровалась с ним, и он не обратил на нее внимания. Приезжий. Полина проводила его взглядом. Мужчина ушел из поля зрения, не запятнав себя ничем примечательным. Внизу, под самым окном мелькнул еще один человек. Полина не успела его разглядеть. С ним лоточница тоже не поздоровалась. Женщина проводила его взглядом, так делают, когда человек чем-то заинтересовал. Зазвенел колокольчик. Открылась дверь. По лестнице застучали шаги.

Генри зашел в комнату с сильной одышкой.

- Знаешь, за месяц я сильно отвык от нормальной гравитации. Еле поднялся на второй этаж.

- Как там обстановка?

- Тихо, провинциально. Ничего подозрительного не заметил.

- Хорошо. Показывай, что купил.

По дому распространился густой аромат выпечки. В корзинке лежали сдобные завитушки, залитые сахаром, румяные булочки с начинкой, и в отдельной коробочке пончики, залитые сахарно-сливочной смесью.

- Нам, девочкам, такое нельзя. - Полина еле сдерживала слюни. - Какой сегодня день?

- Пятница, вроде. - Неуверенно сказал Генри. Его взгляд стал расстроенным.

- Кроме пятниц. В пятницу можно все.

Схватила из коробочки пончик, зачерпнула им сливок и откусила больше половины. Закатила блаженно глаза. Генри понял, что его хотели провести, тоже схватил пончик и принялся есть. Полина приготовила кофе, и они доели всё, что было в корзинке. Завтрак стал завершением отпуска, в который их отправила Мориц.

Полина и Генри, натурально изображая влюбленных, перешли на противоположную сторону улицы. Лоточница, уставшая от однообразия, разглядывала их без стеснения. Полина поздоровалась, Генри подхватил.

- Откуда вы? Сразу видно не наши.

- Мексика. - Ответила Полина. - Буэнос диас.

- Аааа, понятно. Я так и подумала. Какой загар осенью. Мы тут бледные, как утопленники.

- Красиво у вас, город и природа, воздух свежий. - Добавил Генри.

- Да, местечко у нас красивое. Короли французские любили у нас отдыхать, даа.

- Мы пройдемся немного, посмотрим. - Полина мягко дала знать, что им пора.

- Конечно, идите, фрукты не предлагаю вам, у вас у самих, в Мексике их полно.

- До свидания.

- Всего хорошего, отдыхайте.

- Спасибо.

Когда Полина и Генри отошли на достаточное расстояние от лоточницы, Полина не удержалась.

- Глазастая тетка, все подметила.

- Может быть, спросить ее, не заметила ли она кого-нибудь подозрительного? - Предложил Генри.

- Нет, ты что, так мы сами станем подозрительными. Я сама буду прислушиваться, приглядываться. Ты номер квартиры Алексы помнишь.

- Двадцать один.

Они подошли к дому в три этажа. Дом был относительно современным, но выполнен в старинном стиле. Каменный фасад, на самом деле казался каменным. Арочные окна походили на старинные, рамы в них были установлены из настоящего дерева. Крыльцо было о трех каменных ступеньках, огороженное коваными перилами. Архитектору хорошо удалось передать стиль давнишней эпохи.

Полина заблаговременно отключила камеру перед входом, сенсор на ручке двери и открыла замок. Внутри подъезда все было современно. Светлая отделка и пластик. Квартира Мориц находилась на втором этаже. Полина последовательно отключала всю активность в доме, чтобы не оставлять следов своего пребывания. Замок квартиры «двадцать один» щелкнул. Дверь открылась.

Квартира Мориц была маленькой. По меркам дома Полины, она вся была размером с их кухню. Но в ней было очень уютно. Маленький раскладывающийся диванчик, накрытый рыжим пледом с квадратным рисунком, рядом журнальный столик, на котором лежала толстая книга, в центре которой еще торчала закладка. На одной стене висела репродукция картины с осенним горным пейзажем, на другой фотографии Алексы, сделанные в разном возрасте. В том числе и на вручении диплома в полицейской академии.

Генри вычислил розетку, о которой говорила Мориц. Вынул ее. Там оказался свернутый лист бумаги, написанный от руки:

«Если вы читаете эти строки, и не можете со мной связаться, значит, моя миссия потерпела крах. Поэтому, будьте предельно осторожны. Ситуация складывается ужасно. Я не могу преодолеть инерцию сознания своего начальства, никто не видит очевидного. Я поняла одно, у Сети нет хозяина, которого могло обеспокоить ее текущее состояние. Люди, как винтики, выполняют только часть работы для функционирования Сети, поэтому не видят картины в целом. Я пыталась донести до Ягло и Сулима очевидное, но вызывала у них только зевоту. Им скучно в это верить. Начальство и подавно, отворачивается от моих доводов. Чувствую, что все придется провернуть одной. Филиппос наглеет. Я вижу, как посторонние люди спокойно проникают в здание Интерпола, а мы, одно из самых защищенных мест в мире, ничего не можем противопоставить. Эти люди ищут вас, особенно тебя, Полина. А вчера, я почувствовала, что за мной следят. Я оторвалась от хвоста, воспользовавшись своими возможностями. Пока это срабатывает. Я решаюсь на последний шанс - добыть настоящего свидетеля, который сможет рассказать о Филиппосе и его проделках. Для этого отправляюсь на Ликидос. Боюсь, что права на ошибку у меня нет. В противном случае, хуже будет не только мне, но и вам. Но выбора у меня нет. Для вас я сделала все, что смогла. В моем офисе лежат документы, которые указывают на то, что вы действовали под моим принуждением и не несете ответственности. Ягло в курсе, обращайтесь к нему, он защитит вас. Удачи нам! До встречи!»