Константин Бородин - Летопись Велигаста

Свид оказался весьма молчаливым спутником, скупым на слова. Всю дорогу он лишь изредка бросал короткие фразы, поясняя дальнейшую дорогу. Ехал он впереди всей группы, мрачный и сосредоточенный и, по-видимому, погруженный в свои мысли. Ни о себе, ни о своем прошлом он не рассказал ни слова, несмотря на все попытки Бренко его разговорить. Так, в молчании, они проехали весь оставшийся путь.

Наконец, на пятый день пути путники приблизились к холмам окружающих город. Дорога вывела их из леса к краю спуска. С вершины холмов их взору открылся большой город, расположенный на берегу обширного морского залива. Солнце стояло уже низко над морем на западе, заливая город золотистым вечерним светом. Крыши домов в городе и деревья, зелень которых контрастировала с темным фоном крыш, приняли пурпурный оттенок, и, казалось, плавали в сгущающейся вечерней дымке. Солнечный свет блестел на поверхности моря.

От центральных ворот до северной стороны города пролегла широкая, как река, улица, аккуратно замощенная белым тесаным известняком. Всадники приблизились к городу. Впереди ехал Бренко, за ним следовали Свид и чудины. Отряд под стук копыт миновал городские ворота и въехал в город. Запах моря и свежевыловленной рыбы, казалось, пропитал воздух в Асогосте. В этом городе все было подчинено морю, и сердцем его, несомненно, являлось множество причалов, доков и складов, протянувшихся вдоль береговой линии, имевшей форму вытянутой дуги. Пульс жизни города задавал непрекращающийся ни на минуту отход и приход грузовых, торговых и рыболовецких судов. Вокруг порта выстроились скромные жилища докеров, рыбаков и других людей, живущих морем, среди которых затерялись припортовые кабачки. Именно туда и направились путники. Большой порт был наполнен множеством кораблей, в его доках безостановочно шла погрузка-разгрузка грузов. Весь порт города был наполнен самым разным людом — и торговым, и военным, поэтому на вновь прибывших никто не обратил никакого внимания.

Спутники остановились в неприметной портовой таверне. Зала была полна мореходами, зашедших сюда скоротать свой досуг за кружкой пенного меда или эля и оживленно обсуждающих последние новости:

— Совсем жизни на морях не стало! Лейв шел с грузом вина и тканей из Карсбро — едва ноги унес от пиратов, пытавшихся перехватить его у самого Асогоста. А вот Эдмер уже вторую неделю как должен прийти — и все еще его нет. Никак был застигнут каперами на своем пути.

— С Порубежья совсем уж нехорошие слуги идут — будто бы соглядатаи моров появились в пределах южных границ. Если появились шпионы — жди нападений на южные уделы.

— А что же сейчас происходит в Южном пределе? Кто знает? — поинтересовался плотный моряк в кожаном плаще.

— Контрабандисты Братства с Нейскорских островов сообщали, что торговля с ними практически полностью прекратилась, и на всем Пределе хозяйствуют моры. И только контрабандистам иногда удается по ночам и в туман преодолевать дозоры моров и вести торговлю на отдаленных берегах. Жители приморских берегов рассказывают странные вещи: будто бы моры вихрем пронеслись по всему Южному пределу и ни княжеские ратники, ни его дружина никакого сопротивления не оказали. Немногочисленные посадники собрали несколько тысяч воинов, но в битве при Рудоскеле они были разбиты. Еще несколько городов отказалось покориться морам, но были взяты и сожжены дотла. Один из последних не покорившихся врагу городов Нордобор держался уже целую неделю. Однажды на него сошло темное облако, и когда оно исчезло — никого в живых в городе не осталось. И только сам князь с дружиной теперь на службе у моров.

— Предатель! Предатель! — воскликнуло несколько моряков, сидевших за столом и внимательно слушавших рассказчика.

— Вовсе нет, — спокойно сказал кто-то из угла.

Все обернулись на голос. То был старый моряк, жилистый и коренастый, одетый в просмоленную холщовую куртку. Тот неспешно пил что-то из кружки, и, казалось, он не был настроен давать каких-либо пояснений.

— Что нет? — воскликнул нетерпеливо один из моряков.

— Я и есть один из тех самых контрабандистов Братства, которые, по вашим словам, обо всем знают, — спокойно ответил старик. — Мы действительно иногда посещаем Южный берег и знаем нечто большее, чем это известно жителям Северного предела. Князь не попал в плен и не переходил на службу к морам. Скрываясь в лесах, он сумел сплотить вокруг себя немногих уцелевших сторонников и сейчас ждет своего часа, когда он сможет освободить свои земли.

Бренко внимательно вслушивался в разговоры моряков и все больше убеждался в том, как трудно будет им добраться до Велигаста. Он подошел к хозяину кабачка и спросил его, не знает ли он кого-нибудь из местных шкиперов или капитанов судов, ходящих в Северном море. Хозяин в ответ равнодушно ткнул пальцем в человека, сидящего особняком у окна. Бренко подсел к нему и завел речь издалека — о плаваниях и торговле, о погоде в это время года и, наконец, задал ему вопрос о Велигасте. Моряк, услышав последний вопрос, побледнел, и даже отшатнулся назад, чуть не уронив табурет:

— Нет, это плыть в пасть льву. Каперы перегородили весь архипелаг, и войти туда почти невозможно.

— Но есть ли кто-нибудь, кто пошел бы в плавание в Велигаст? — спросил Бренко.

— Может быть, контрабандисты взялись бы за это дело, — ответил шкипер. — Но их здесь нет.

— Я заплачу золотую монету, если ты укажешь, где мне их найти.

— Твоих денег мне не надо. А найти их просто. Иногда они бывают в Немецком дворе, где ведут свои дела и заключают сделки. Может, найдется и кто из отчаянных вольных шкиперов, кто рискнет прорваться в Велигаст. Я дам тебе совет — найди на дворе старшину дворов Жилу. Быть может, он сможет помочь тебе найти нужного шкипера.

Бренко поблагодарил его и пошел с Останом в Немецкие дворы. Во дворах полным ходом кипела работа, привозились и вывозились товары, между торговцами заключались сделки. Когда Бренко спросил про старшину, его сразу провели к нему. Старшина был у себя один.

— Что хотели бы узнать гости? — улыбаясь, спросил старшина, выходя из-за стола навстречу гостям.

Бренко на минуту замялся, но все же прямо спросил старшину о пути на Велигаст.

Улыбка пропала с лица старшины. Взглянув на дверь, чтобы убедиться в том, что она закрыта, и их никто не слышит, он спросил:

— А зачем понадобилось гостям плыть в Велигаст? И есть ли у вас княжеский знак?

Бренко растерялся — он ничего не слышал о знаке.

— Я ничего о нем не слышал, — признался он. — И его у меня его нет.

— Я не могу дать вам корабль без приказа князя или его знака, — ответил старшина. — Более того, вас без него не пропустит морская охрана Велигаста.