Евгений Бабарыкин - Новая работа

Ну что ж, полчаса выиграю. Прошел в спальню и пошарил на полке с бельем. Посмотрел на тоненькую стопку пятитысячных, покачал головой: «Негусто». Достал из внутреннего кармана куртки бумажник, вытащил еще более тонкую стопку долларов, сложил все вместе.

Сколько раз себе говорил, живи проще. Теперь нужно куда-нибудь, где рубли в ходу, – это раз, подальше от Москвы – это два.

Раздался звонок мобильного, который Антон не успел выключить. Посмотрел на дисплей: «Номер засекречен». Ого!

– Да, алло!

– Антон, это Иван Андреевич. Оставайся на месте, пожалуйста, давай поговорим, мы можем…

Антон не дослушал и сбросил звонок.

Телефон зазвонил снова. И опять «Номер засекречен».

– Антон…

– Да пошли вы все!

Антон выключил телефон. Что-то тут было не так… Возникло ощущение, что у Переверзева изменился голос.

Антон подумал, что в любом случае задерживаться не стоит, и переместился.

Горячий сухой воздух наполнил легкие. Вдали, тая в горячей дымке, поднимал к небу пики минаретов сказочный город. «Надеюсь, идти не очень далеко». Антон снял куртку, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и побрел по пыльной дороге к городу.

Антон сразу влюбился в Самарканд. Этот город никуда не спешил. Жил в своем медленном и плавном ритме, тягучем, как само время. Глядя на дома, минареты, площади и базары, было очень легко представить себе их и сто, и тысячу лет назад.

Но квартиру Антон себе снял в обычной девятиэтажке, недалеко от центра. Цена была такая, что Антону даже торговаться стало стыдно.

По совету хозяйки, он в первый же день посмотрел дворцовый ансамбль Эль-Регистан. Но на большее его не хватило.

Антон вернулся в квартиру, нагруженный фруктами. Не купить совесть не позволила, так красиво смотрелись они на базаре.

Антон помыл груши, виноград и дыню, разломал руками хлеб, похожий на лаваш, и принялся за еду. Да, продавец не обманул, вкуснее фруктов он не ел. Вот что значит экологически чистый продукт…

Наслаждаясь фруктами, Антон задумался. Как жить дальше? Переезжать с места на место? Денег осталось немного, и где их взять в ближайшее время, неизвестно. В Москве наверняка все, что можно, под контролем. К дяде Сереже не сунешься, зачем доставлять ему лишние неприятности? Идти воровать, как Витька, – воспитание не позволяет. Пойти сдаться этому козлу, Ивану Андреевичу? А с чем идти? Кулона у него нет, а стать подопытной свинкой, да по собственной воле, – дураков нет. Уже и зеленым человечкам был бы рад…

Кстати, о зеленых человечках. Надо было коробочку у Витьки забрать. И чего я ее сразу не рассмотрел как следует? Может, там обратный адрес владельца на внутренней стороне крышки? Ну, или сам владелец на дне спрятался… Ма-а-ленький такой…

А вот прямо сейчас и схожу, и заберу… Антон прикинул и так и эдак. А что, риск, конечно, есть, но он не так велик, если все сделать быстро. Антон начал вспоминать географию, гадая, какая разница по времени между Москвой и Узбекистаном. Так ничего и не вспомнив, подумал, что небольшая, часа два-три, от силы.

Завел будильник и поставил его на четыре утра. Когда-то слышал, что это время считается «мертвым». Подумал и перевел стрелку на семь.

Утром Антон встал, умылся, оделся, на всякий случай, в свитер и куртку и переместился в квартиру Виктора.

В квартире было темно, только светились цифры электронных часов – пять двадцать. Темно, правда, было недолго. Включился свет, завизжала, завывая, сирена. Антон помнил, где искать. На его счастье, коробочка была там же, где он ее и видел в последний раз – на полке, всунутая между двух книг.

Схватил коробочку, повернулся на шум и увидел Виктора, лежавшего на диване и только что нацепившего очки. Виктор молча смотрел на Антона, не делая попыток чем-то ему помешать.

– Это мое, – зачем-то предупредил Антон. – Пока!

Нет, Витька, конечно, скотина, но все равно жалко его. У него что, в квартире теперь круглосуточная засада? Сигнализаций понаставили, уроды…

Ну да ладно. Война войной, а обед по распорядку. О, восемь утра уже. Вчера на базаре его в чайхану зазывали. Вот и схожу позавтракать, решил он.

Антон вернулся через час, сияя, как масляный блин. Узбекистан ему определенно нравился. Какой чай, какие сладости! Язык проглотить можно! Это вам не «Риттер-спорт», это вам Восток! Тут взгляд Антона упал на зеркало, висевшее в прихожей. Н-да, Антон Владимирович, на диету пора садиться, безделье на тебя плохо влияет.

Расстроившись, Антон решил заняться делом.

Взял и начал крутить в руках коробочку, рассматривая ее со всех сторон. Была она обыкновенная, просто коробка для хранения кулонов, и все. Даже без замка. Ни на крышке, ни где-нибудь еще не было никаких знаков. Антон попытался вытащить пальцами подложку, фиксировавшую кулоны. Ничего не вышло. Тогда он сходил на кухню, взял нож и попробовал ее поддеть. Но она была такая твердая и так точно подогнана, что ничего не вышло. В отчаянии Антон перевернул коробочку и потряс ею. Подложка выпала, а вместе с ней – сложенный вчетверо листок бумаги. Убедившись, что больше в коробочке ничего нет, взял записку.

«По электронной почте со мной, Антон, свяжитесь как можно быстрее. Иван Андреевич». Даты не было.

Что это, шутка? Ему делать нечего? Ага, прям сейчас и свяжусь.

Антон решил, что электронку будет теперь проверять каждый день. Вдруг у дяди Сережи новости какие-нибудь появятся.

Собрался и пошел искать, откуда можно войти в Интернет. Нашел у автовокзала. Очень понравилось, что даже интернет-кафе имело ярко выраженный восточный колорит.

Антон открыл ящик. Так, спам, спам, спам. Вот, от Витьки опять, от Ивана Андреевича и опять от Ивана Андреевича… Это как? Ладно, почитаем…

«Антон, тебе лучше согласиться на условия, предложенные Иваном Андреевичем». Это ты, Вить, соглашайся, тебе все равно деваться некуда…

«Антон Владимирович, скрываться бесконечно не получится. Подумайте о последствиях вашего поведения. С уважением, И.А. Переверзев». Ага, уже угрозы пошли.

«Если Антон немедленно не проявится, вычитаться будут хронопункты. Иван Андреевич».

А это что за бред? У Переверзева крыша поехала? Антон вернулся к первому письму от Переверзева. Ага, мэйловский адрес, все как положено. Открыл второе письмо. Опаньки! А обратного адреса нет! Просто пустая строка. А это возможно? В смысле, то, что возможно, вот оно, перед глазами. Вот только как это сделали? Откуда вообще взялось это письмо?

Антон вспомнил о письме от Ивана Андреевича, которое он удалил. Открыл корзину с двести двадцать тремя удаленными письмами (иногда хорошо быть неряхой!) и нашел нужное. Так и есть, тоже пустая строка. Вот так-так! Получается этот второй Иван Андреевич, обозначим его ИА, это не первый Иван Андреевич? Тьфу ты, логик хренов…