Сергей Якимов - Сатанинский дар

– Надо оставить машину так, чтоб она не бросалась в глаза, – сказал Андрей, осматриваясь вокруг.

На улицу выходило множество ворот, но дворы за многими из них были слишком открытыми, да и большинство ворот наверняка закрыты, а ему не хотелось особо шуметь, открывая их с помощью какого-нибудь инструмента или даже пистолета.

Они покинули машину и, не теряя друг друга из виду, обошли противоположные стороны улиц. Ольга первой нашла открытые ворота, за которыми находилась площадка для автомобиля, прикрытая от солнца и посторонних глаз природным колпаком из вьющихся растений.

Оставив там машину, они двинулись к дому Стёпы Судакова.

Остановившись у нужного забора, заглянули во двор. Ничего особенного, естественно, не заметили: самый обычный двор частного дома в небольшом городке. Разве что сам дом, притаившийся за листвой садовых деревьев, показался маленьким угрюмым средневековым замком, грозивший неведомыми опасностями всякому решившемуся посягнуть на его тайны.

Андрей помог девушке перебраться через забор, перелез сам, и, пройдя шагов двадцать, они остановились в той точке двора, откуда дом хорошо просматривался. Несколько минут внимательно наблюдали за окнами: не дернется ли там занавеска, не мелькнет ли чей-то силуэт. Оба прекрасно понимали, что это предосторожность явно излишняя. Даже если Стёпа в доме, он может узнать об их приближение, не подходя к окну.

Но, скорее всего, дом пуст.

Как и в прошлый раз, старая дверь и хиленький замок черного входа не выдержали первого же удара ноги Андрея, но при этом возник шум, который, наверное, был слышен во всем городе.

Андрей быстро миновал узкий коридор и, остановившись на пороге кухни, сделал Ольге знак. Оба обратились в слух, однако дом, как и весь город-призрак, хранил тишину.

– Пусто, – констатировал Андрей, – но вывод этот может быть ошибочным!..

– С чего начнем? – спросила Ольга, осматривая кухню.

– Давай со второго этажа.

Полчаса они просто осматривали комнаты: каждый предмет, каждый сантиметр стены, пола и потолка. Андрей даже простучал их в поисках какого-нибудь тайника. Осмотрели окна и двери… Но они понятия не имели, что нужно искать! Их поиски строились на чистой теории, на предположении, что где-то здесь есть предмет, с помощью которого Стёпа Последний поддерживает этот несуществующий мир. А, возможно, никакого предмета и не нет! Или он находится вовсе не в доме!..

От этих мыслей веяло ледяным дыханием отчаянья, и Андрей всеми силами гнал их прочь.

Подойдя к письменному столу, он вытащил нижний ящик и уже собирался вывалить его содержимое на стол, но Ольга остановила его:

– Подожди! А если Стёпа появляется тут? Его не спугнут признаки обыска?

Оставшись стоять с ящиком в руках, Андрей принялся рассуждать вслух:

– Думаю, он знает, что мы обязательно побываем у него в гостях. Я даже не удивлюсь, если мы сейчас найдем какую-нибудь записочку от него. Что-то вроде: «Привет, робинзоны! В нижнем ящике стола – деньги. Но зачем они вам здесь? А вот содержимым холодильника можете поживиться!».

И с этими словами Андрей опрокинул ящик на стол.

В глаза сразу же бросились лежавшие на дне и, естественно, оказавшиеся сверху плотные пачки долларов. Правда, их было всего лишь две, хотя во время обыска лейтенант нашел три, но менее толстые. Пересчитав купюры в одной, Андрей хмыкнул:

– Пять тысяч. В другой наверняка столько же. В том мире Стёпа тысячу заплатил Кочерге и Болту, а потом сразу же разложил оставшиеся в три пачки по три тысячи. Какая любовь к порядку! Или к пересчету денег! Раньше ему этого явно не хватало!

Не обнаружив в ящике ничего интересного и, на всякий случай, осмотрев его дно, Андрей вывалил на пол содержимое второго. Карандаши, пачка чистых тетрадных листов, вырванная, наверное, из старых школьных тетрадей, в которых осталось много пустого места. После школы и института Андрей сам поступил точно также, и остатки этих чистых листов до сих пор лежали у него в столе. Школьный учебник по географии, который Стёпа случайно или умышленно забыл сдать, пара астрологических календариков с рисунками Бориса Валенджо, пара смятых фантиков от шоколадных конфет, инструкция по эксплуатации телевизора, совершенно пустой блокнот.

Пока Ольга осматривала книжные полки шкафа, Андрей отодвинул диван, но кроме пыли и еще одного фантика, ничего не обнаружил. Тогда он отодвинул стол, чтоб добраться до прикрытой шторой стены за ним и сделал это слишком резким движением. Со стороны это смотрелось, как отчаянный рывок потерявшегоь надежду найти что-либо человека. Оторвавшись от книжных полок, Ольга посмотрела на него.

– Я просто подумал, что стол намного тяжелее! – оправдался он, хотя сам точно не знал, действительно ли дернул стол так сильно, не рассчитав силы, или потому, что начали сдавать нервы.

На стене за шторой Андрей ничего не обнаружил.

Вскоре он присоединился к Ольге в осмотре полок. Он даже включил телевизор, чтоб убедиться, что тот функционирует и делает это нормально. Телевизор работал, но кроме «снега» ничего не показывал. Андрей прошелся по программам, даже с некоторой надеждой ожидая, что экран оживет и на нем появится улыбающаяся веснушчатая физиономия всемогущего Стёпы, который скажет: «Так и знал, что вы будете рыться в моих вещах! Но я довольно милосерден и не буду вас за это наказывать. Даже наоборот, буду каждый раз наводить в доме порядок, чтоб вы могли порыться еще!».

Продолжая переключать каналы, Андрей даже заулыбался собственным мыслям и понял, что выглядит со стороны подозрительно, когда Ольга, в очередной раз прервав осмотр, посмотрела на своего щелкающего каналы и довольно улыбающегося при этом спутника.

– Я еще в норме! – усмехнулся он, выключая телевизор.

– А я нет! – сказала та очень тихо, постукивая при этом ребром книги по полке. Было видно, что она с трудом сдерживается от того, чтоб куда-нибудь не запустить эту книгу, да еще со всего размаху.

И Андрей прекрасно понимал девушку.

– Брось её!

– Кого? – не поняла та.

– Брось книгу! На пол, в стену, в окно!.. На некоторых японских фирмах стоит чучело начальника, которое можно попинать, чтоб выбросить отрицательную энергию…

– Жаль, здесь нет чучела Стёпы! – грустно улыбнулась Ольга и вернула книгу на полку. – Давай сделаем перерыв! Я не могу здесь больше оставаться!

Она хотела объяснить, но Андрей тут же согласно кивнул и, взяв её за руку, вывел из комнаты. Ольга была благодарна ему за это. Ей не хотелось признаваться ему в своей слабости, в том, что нервы её сдали, а сила воли давно стоит на коленях перед давящими снаружи обстоятельствами. Точнее сказать, признаваться не ему, а самой себе.