Вячеслав Густов - Радуга

-Камень! Камень тот у тебя ещё?

Сэнд тоже хлопнул себя по лбу, пошарил по карманам. Зомби неуверенно взял камень, вопросительно глянул на людей.

-А!Ы!О!

Люди поняли.

-Благодарит! Работает, камешек-то!!!

Разлив на троих остатки, подняли тост:

-За людей. Чтобы оставались людьми всегда.

Гуталин сидел, привалившись к забору, и сосредоточенно набивал магазин. Антон-тоха расположился рядом, многозначительно рассматривая окрестности через прицел снайперской винтовки. Внезапно дёрнулся, уронил винтовку, протёр глаз правой рукой, тут же кинулся ловить оружие.

-Что, бабу, что ль увидел?

Гуталин повернул голову в сторону тохиного взгляда, и уронил челюсть. По тропинке, не касаясь высокой травы босыми ногами, шла женщина с длинными распущенными волосами. Её глаза.… Да какие глаза, она же голая!!! Обнажённая Женщина Его Мечты шествовала, гордо подняв голову, и вперив насмешливый взгляд нереально синих глаз ему прямо в душу. Подошла молча, протянула руку, как для приветствия. Сумасшедшей радугой сверкнул прицел тохиной СВДшки в его трясущихся руках! Женщина отдёрнула руку, в зелёных (только что были синими?) глазах мелькнуло непонимание. Замедленно, опустилась на полусгнившее бревно рядом с Тохой.

-Эээ… Антон!

Тоха в ответном жесте вежливости протянул развёрнутую для рукопожатия ладонь, незнакомка с готовностью подалась к нему. Блеснуло стекло часов, отразилось в зрачках, помножилось на семицветье. Отпрянув, как от огня, брюнетка сделала попытку встать. Натолкнулась на невидимую стену, села. В глазах уже ясно читался страх. С чем-то смирилась, разомкнула мраморные губы.

-Мара.

-Гуталин. А Вы местная, Маруся?

Полные (и не мраморные уже, а кроваво-красные) губы раздвинулись в улыбке.

-В общем, да.

Предвосхищая последующие вопросы, быстро произнесла:

-От имени всех, болотных и лесных, мёртвых и живых, приветствую тебя, и тех, кто за тобой.

Повернувшись, повторила то же и с теми же интонациями для Гуталина.

-Клянусь небом и водой, деревьями, травой не причинять вреда ни в делах, ни в мыслях, ни в чувствах. В знак того, что не держите обиды, прошу принять кольцо! По нему узнает всякая тварь сущая, лесной закон чтящая!

С поклоном положила на землю. Не желая обижать малахольную, Антон поднял колечко. Моргнул от неожиданности: колец стало два. Пожав плечами, протянул одно Гуталину. Повернул голову – загадочная обнаженная, весело перебирая длинными белыми ногами и показывая на бегу язык уже неслась прочь по лужайке. Теперь она казалась гораздо моложе.

-Ещё увидимся, странники!!!

Недоверчиво покачав головой, Гуталин померил подарок на мизинец. Подошло. Мигнуло, сменило цвет, слилось с кожей. Тоха же, чему-то загадочно улыбаясь, поднёс своё к стволу винтовки. Не встретив сопротивления, оно прошло сквозь сталь, дерево и пластик, и, утвердившись на стволе, замерло. Тохе послышалось, что оружие благодарно вздохнуло.

В небе одобрительно пророкотал гром.

-А колбасу и батоны хреновые стали делать!

-Точно.

-Мужики, патронов под двенадцатый калибр с дробью ни у кого нет?

-Держи, а зачем тебе? Охотиться собрался?

-Пасиб. Должен буду. Пашка Чайник вчера на болоте уток видел.

Дружный здоровый смех.

-А баб голых он там не видел??? Не, не голых, а такие чтоб были.… В туфлях, вечернем платье, все дела…

-Шанель номер пять!

-Бонжур, тужур, абажур!

-Во-во, как до Монолита дойдёшь, загадай!

-Точно, и в театр местный своди!

-Не, в супермаркет, к Сидоровичу!

-Слушайте! А может, кто уже загадал??? Вот щаз – жест шомполом – выйдет вот оттуда.…Ой, мать…

Девушка, появившаяся как раз в указанном районе, выглядела.… Да, она ВЫГЛЯДЕЛА. Серебристое облегающее фигуру платье и тонкие шпильки странным образом казались уместными среди атмосферы всеобщего запустения, царившего в Лагере Новичков. Девушка сделала неуверенный шаг. Голова кружилась. Двенадцать сталкеров у костра то появлялись, то покрывались какой-то рябью.

/Самолёт горел, его падение было неуправляемым. Частный «Гольфстрим», управляемый известным олигархом, владельцем сети модельных агентств, не соблюдал никаких коридоров, поскольку олигарх был банально пьян./

Девушка мотнула головой. Голова слушалась плохо.

/Уже у самой земли лайнер прошёл через антигравитационную аномалию, это смягчило падение. Девушки из салона визжали, олигарх в пилотской кабине заливисто хохотал./

Пошатнулась. Кто-то подставил плечо.

/Приземление было мягким. Оставив горе-пилота в кабине, девушки с помощью бортпроводницы-официантки-секретарши-итдитп открыли дверь, и ринулись на свежий воздух. Потом… Потом…/

Сунули в руку банку с каким-то напитком. Посоветовали: «Глотни!». Глотнула.

/Потом появился он. Ужасный. Ужасный!!!/

Судя по рассказу девушки, появился голодный зомби. Волк молча кивнул дежурной группе – растворились в ночи. Вернулись через час. Показали ладонью по горлу – всем кирдык. Девушка у костра пила тоник, и всё не могла согреться. Деликатные сталкеры нашли свободный дом (это не заняло много времени), проверили дозиметром самый чистый угол, сбегали, и купили у Сидоровича более-менее приличный комбинезон(на её фигуру только один и был - непонятно для кого хранившийся немецкий "металлик") и несколько одеял (зачем, не сказали). Девушка (её звали Афина) завернулась в одеяла, и, дрожа, заснула. Если бы кто в эти минуты посмотрел на сталкеров, то изумился бы произошедшей с ними перемене. Не было никаких пошлых шуточек, быстро отправили гонца на блок-пост, (не бесплатно, конечно) воспользовались протянутым на всякий случай «левым» телефоном, дозвонились до того агентства, а утром прилетел вертолёт (военные в новенькой форме были отменно вежливы и предупредительны), и увёз Афину. На том бы истории и конец – но. С тех пор уже прошло немало времени, а ни один из тех сталкеров (бывших новичков) не погиб. Не Мара ли взяла над ними шефство?

А Афина, говорят, вернулась. Видели её как-то на Складах, по приметному комбинезону опознали.

Топ-модель Афина шла по растрескавшейся бетонке дороги. На душе было пусто. Уже месяц, как, лишившись руководителя, распалось агентство. Афине, единственной выжившей при очень странных обстоятельствах, в лицо ничего не говорили, но за спиной слушки ходили очень нехорошие. Она убедилась в этом, когда попробовала устроиться на работу, всюду встречая вежливый отказ, и перешёптывания за спиной. С досады, она распродала кое-что из побрякушек, купила в местном магазине «лучшее оружие для самообороны» шокер, упросила знакомого военного организовать её доставку «за карантин», запаслась шоколадками и минеральной водой, влезла в «металлик», и, вуаля – шагает по самой настоящей Зоне отчуждения, или просто Зоне, как полушутя (а может, серьёзно?) называл её нанятый за сто баксов инструктор. Когда он увидел, кто перед ним, его первым вопросом было: