Василий Горъ - Каменный клинок

Соловей, защелкнув ремни, откинул голову на подголовник и прикрыл глаза — долгий и бессонный перелет его порядком утомил. Вернее, не сам перелет, а компания соотечественников, расположившаяся на один ряд кресел впереди. Четверо мужчин и столько же девушек всю дорогу пробухали, и в настоящий момент находились, как бы это сказать, в «приподнятом» настроении. В принципе, никаких возражений против такого способа морально облегчить полет у Соловья не было, но сидящая перед ним дамочка ерзала в своем кресле так, что отбила ему все колени. Объяснять что-либо совершенно невменяемым отдыхающим особого смысла не было, и Геннадий всю дорогу изображал стоика… …Группа, направляющаяся в их отель, оказалась небольшой, но довольно разномастной. Пожилая семейная пара, по внешнему виду которых Соловей никогда бы не предположил, что они в состоянии оплатить такой недешевый тур. Чета молодоженов в свадебном путешествии, в которой «молодая» супруга была лет эдак на десять старше своего избранника. Пара молодящихся дамочек не первой молодости, озирающих окрестности с таким видом, будто все это им наскучило еще в юности. И семья Киселевых — отец, мать и дочка, как и Кошкин, ставшая абсолютной победительницей в старшей возрастной категории. Галина Киселева, ровесница Кошака, выглядела не очень. По классификации Леньки — «крокодил на выданье».

Невысокого роста, плотная и коренастая, она даже двигалась, как мальчишка.

— Нет, ну нафига ей карате? — возмущался Кошак перед посадкой в самолет. — И так пластика, как у забора. Сними с нее платье — и можно сразу застрелиться…

— А причем тут карате? — вспомнив, как выглядела и двигалась сестра Олега Коренева, удивленно поинтересовался Геннадий. — Помнишь ребят, которые приезжали к нам в зал осенью?

— Это здоровые такие? — аж подпрыгнув на месте, затараторил Ленька. — Ну так!

Терминаторы какие-то! Мишанька говорил, что они из ГРУ. Он знает, его батя там водителем работал…

— Он гонит… — расхохотался Соловей. — Обычные ребята… Ну, не совсем обычные — увидев недоверие в глазах ученика, тут же поправился он. — Мастера по боевым искусствам… Я по сравнению с ними — лох педальный…

— Да ладно! Скажете тоже! Вы, вон, уделали толпу, которая к Ининой клеилась… А эти, наверное, просто спортсмены… — обиделся за тренера мальчишка. — Правда, здоровые очень… Как Шварц…

— Неа, они не спортсмены… и, правда, намного круче. Только я не об этом.

Девушка с ними была, помнишь?

— Угу… Еще бы… Груда… фигуристая в смысле очень… — слегка покраснел Ленька.

— Так вот, она тоже большой специалист по боевым искусствам. Кен-до занимается.

Работает двумя мечами так, что можно офигеть… И что, у нее фигура не годится?

— Фигура там — что надо… Все пацаны были в шоке… Интересно было бы посмотреть… Ну, в смысле, как она на мечах работает…

— Вентилятор представляешь? — вспомнив, как двигается Беата, усмехнулся Соловей.

— Приблизительно так же. Только немного побыстрее…

— А мечи у нее японские? Катаны? — блеснул знаниями парнишка.

— Неа. Европейские какие-то… Я в них не очень разбираюсь… — признался Геннадий. — Но катана — длинная, и двумя такими особо не поработаешь. Ну, как мне кажется. А у нее — два относительно коротких. Сантиметров по пятьдесят-шестьдесят…

— А мы будем учиться работать мечами? — восторженно глядя на учителя, выдохнул Ленька.

— Вряд ли… Нафиг вам оно надо? — пожал плечами Соловей. — Могу показать, как работать нунчаками. Палкой. Ножом или двумя… Но это только тогда, когда вы дорастете до черного пояса и докажете, что не придурки.

— В смысле, нормально сдадим экзамены? — слегка расстроился парнишка.

— Причем тут оценки? — ухмыльнулся Соломин. — Я про человеческие качества. Для того чтобы дать вам навыки работы оружием, я должен знать, что вы — личности, достойные уважения…

— Логично… — кивнул Ленька, и, увидев, что к их группе направляется бегавший куда-то гид, подхватил с пола сумку: — Усе, приплыли! Видимо, трансфер подан… …Отель «Habitation Lagrange» оказался комплексом небольших домиков в колониальном стиле, спрятавшихся в густых тропических зарослях. Ошарашено глядя на стоящее перед бассейном двухэтажное здание с парой небольших башенок по обеим сторонам крыши, Соловей судорожно пытался понять, куда это их завезли: по его ощущениям, отель должен был быть современнее!

— Все как на фотках! — Ленька, вдохнув полной грудью пьянящий аромат экзотических цветов, подпрыгнул на месте и восхищенно посмотрел на учителя: — Офигеть! Мы — у черта на рогах, на острове в Карибском море, и мне это не снится!!!

А где нас поселят?

Номер оказался не в главном здании отеля, а чуть поодаль, в так называемом Креольском павильоне. Уронив шмотки у входной двери, Соломин оглядел комнату и криво ухмыльнулся — две кровати с балдахинами, застеленные на редкость пестрыми покрывалами, выглядели не очень современно. Впрочем, наличие ванной комнаты с душем и кондиционера радовало довольно сильно.

— Ух, ты! Переодеваемся, и на море! — метнувшись к дальней от террасы кровати, завопил Кошак, и, пару раз подпрыгнув, встревоженно посмотрел на Соловья: — Или у вас другие планы? Вам тут что-то не нравится?

— Все в порядке! Переодевайся… — усмехнулся Геннадий, и, стянув с себя майку, отправился принимать душ. Но не успел: на пороге номера возник их гид, молодой смуглый парнишка с французским именем Реми, и, мило улыбаясь, на хорошем английском произнес:

— Завтра в восемь утра будьте готовы к прогулке на яхте! Небольшой сюрприз от администрации нашего отеля! Вы получите незабываемое удовольствие!

— Сколько стоит эта прогулка? — на всякий случай поинтересовался Соловей.

— Нисколько! Я же сказал — сюрприз! Ну, если честно, то она входит в стоимость тура. Мы прекрасно понимаем, что по сравнению с отелями около Порт-де-Франс наш слегка проигрывает по количеству развлечений, и поэтому мы прилагаем все усилия, чтобы всем категориям отдыхающих у нас было комфортно. Мы хотим, чтобы каждый наш клиент, отдохнув здесь один раз, возвращался снова и снова. Причем не один, а с друзьями и знакомыми…

— У вас же всего двенадцать номеров! — не удержался от колкости Соломин.

— И что? Зато сколько любви и уважения к каждому отдыхающему?! — ничуть не обиженный его замечанием, парень подмигнул восторженно открывшему рот Кошаку и добавил: — Ты в детстве мечтал быть флибустьером?

— Вопрос понял? — повернувшись к Леньке, спросил Соловей.

— Неа. Быстро слишком. Но слово «яхта» разобрал. И «завтра» — тоже… — довольно усмехнулся парнишка.

— Реми спрашивает, не мечтал ли ты в детстве стать пиратом?

— Было такое. А что?