Дмитрий Казаков - Русские боги

– Но были же и раньше тяжелые времена, – проговорил Игорь. – Великая Отечественная, нашествие Наполеона, Смута…

– Были, – кивнул Олег. – Да только имелись тогда у народа резервы, за счет которых он и выстоял. Во-первых, это общинность, стремление к братству. Сейчас мы ее заменили на взятый с Запада индивидуализм, а он плохо приживается на русской почве… И еще было то, что называют стремлением к воле, к свободе. Отсюда вечный конфликт между мощью государства и свободолюбием народа. Он мешал, но он же и давал силу! А теперь его нет, конфликт устранен ввиду того, что не осталось свободолюбивых. Их просто уничтожили физически.

– Сколько народу гибло в этих бесконечных войнах, – сказал Сергей. – И в основном смелые, лучшие. Ладно бы только войны, ведь еще и казнили без счета. И кого? Тех, кто хоть немного выделялся… Другой бы народ давно вымер, а русский пока держится, но только из последних сил…

– Да ты ешь-ешь, – добавил Кузьма. – А то сидишь, точно на похоронах. А еда-то стынет.

Только тут Игорь вспомнил, что перед ним стоит тарелка с салатом, и принялся торопливо работать ложкой.

– Государство у нас прочное, тут спорить трудно. – Олег потянулся к одной из кастрюль, заглянул под крышку. – Но оно очень хрупкое, потому что косное и негибкое. Говоря умными словами – наше имитационно-правовое государство является коррупционно-бюрократическим и поэтому неспособно адекватно реагировать на изменения. Оно не может меняться так, как это требуют условия. Взятки берут все, от учителей в школах до министров в правительстве, и чиновники решают все, от того, сколько танков заказать для армии, до того, какого цвета скамейки установить в скверах города Урюпинска. Главная их забота – усидеть на месте и урвать побольше. А ведь любая нация либо реализует осмысленную программу создания будущего, либо разлагается и умирает. Есть у нас эта программа?

– Нету, – ответил Кузьма. – Но ты уж больно разошелся. Давай, кушай. Сейчас коньяку трахнем по маленькой…

Но сбить Олега с темы оказалось непросто.

– Кроме того, страна разобщена, – сказал он. – Рассыпалась после развала СССР на отдельные куски, да так и не собралась обратно. Кого больше всего ненавидят в провинции? Зажравшихся москвичей. Кого готовы убить бедные? Жирных богачей.

– Стоп! – воскликнул Сергей, встряхивая головой. – Хватит. Нам все понятно, ты нас убедил.

Кузьма налил еще по стопке коньяку, и они выпили. Игорь на этот раз отказался. Взял новую тарелку и налил в нее супа, густого, наваристого, с кружочками моркови и крупно нарезанными шампиньонами.

– С государством ясно, – сказал Кузьма, сыто крякнув. – С народом тем более. Как сказал Святой Августин в «О граде Божием» – чтобы решить, каковым является народ, следует уразуметь, что он любит. А что любит наш народ? Пьянство, безделье и телевизор. И какой смысл о нем думать? Нужно просто жить, сколько нам Всевышним отпущено, и радоваться жизни.

Олег открыл рот, собираясь что-то сказать, но неожиданно замер.

Кузьма напрягся, застыл с поднесенной ко рту ложкой. Из-за закрытой двери донесся сердитый голос:

– Всем оставаться на местах! Всем сохранять спокойствие! Это плановая проверка! Сейчас мы…

Что-то грохнуло, раздался женский визг.

– Это за нами, – спокойно сказал Олег, а Сергей, яростно оскалившись, подхватил с пола рюкзак. Дернул молнию и потащил наружу автомат. Игорь нервно сглотнул, положил ложку на стол.

– Ты совсем ополоумел? – воскликнул Кузьма. – Убери немедленно!

С неожиданным проворством он сорвался с места, бросился к двери, за которой продолжал сердито бубнить мужской голос. Щелкнула, входя в паз, щеколда, а хозяин туристической фирмы метнулся к окну. Осторожно приподнял занавеску и выглянул наружу.

– Давайте сюда, – сказал Кузьма. – На наше счастье, здание они не оцепили. Быстрее, быстрее…

Игорь взял сумку, встал со стула. Когда подошел к окошку, оно было распахнуто, виднелась грязно-желтая стена дома напротив и окно со стоявшим на нем горшком. Олег ловко перевалил через подоконник, исчез из виду, за ним последовал Сергей.

– Давай, малый, – пропыхтел Кузьма, хлопнув Игоря по плечу. – Бегите. Соль-то дорого достается…

Игорь выпрыгнул наружу, побежал за Олегом. Выпучила глаза появившаяся в окне старушенция, а они уже свернули за угол. Проскочили через сырую полутемную арку, где из-под ног с мяуканьем бросился кот, и оказались на узкой и довольно пустынной улице.

На противоположной ее стороне виднелась громада недостроенного торгового центра.

– Идем быстро, но не бежим, – сказал Олег, обернувшись. – Лучше бы еще свернуть куда-нибудь в кафе, скрыться с глаз…

Накатил рев мотора, взвизгнули тормоза. Рядом остановился черный «Хаммер», похожий на снабженный колесами сейф. Распахнулась передняя дверца, изнутри донесся мощный голос:

– Залезайте, бесовы дети! Быстрее!

– Давай! – Олег толкнул Игоря в плечо. – Мы на заднюю!

Игорь торопливо забрался внутрь, ощутил запах одеколона и освежителя воздуха. Захлопнул дверцу, и мгновением позже автомобиль рванул с места. На повороте немного притормозил, а потом повернул влево. Арка, откуда они выскочили, скрылась за зданием торгового центра.

– Вот так-то лучше, – пророкотал водитель, когда машина остановилась на светофоре.

Только в этот момент Игорь смог его рассмотреть.

Сидевший за рулем был высок и широкоплеч. Блестела выбритая наголо голова, топорщилась черная с рыжиной бороденка, злым огнем горели глаза. Одежда владельца «Хаммера» напоминала о славных девяностых – малиновый пиджак, на шее золотая цепь толщиной в мизинец.

– Чрево неба, не ожидал тебя здесь увидеть, – сказал Олег.

– Сегодня был в Китеже, – водитель нажал педаль газа, и огромная машина очень мягко двинулась вперед. Они свернули направо и покатили мимо здания Сбербанка. – Там мне рассказали про вас. И я понял, что без моей помощи тебе не обойтись. Ведь так, предок?

– Не юродствуй. Какой я тебе предок? – в голосе Олега прозвучала досада. – И чего ты в Китеже забыл?

– Грехи собирался замаливать.

– Чтобы твои замолить, нужно сто лет в пещере сидеть, – сердито проговорил Сергей, – на воде и хлебе…

Лицо водителя исказилось, губы задрожали, бешено раздулись ноздри. Он яростно просигналил, так что потрепанная «десятка» шарахнулась из-под колес «Хаммера», очень плавно вывернул на квадратную площадь со стоянкой для такси в центре.

– Не судите, и не судимы будете, как сказано в Писании! – рявкнул водитель. – И не вам, псы, меня порицать!

Пронеслись через площадь, сделали еще один поворот и оказались на узкой улочке.

– Никогда не думал, что в Китеж можно приехать на машине, – сказал Игорь.