Дмитрий Казаков - Русские боги

– Стоять! – рявкнул Олег, и это прозвучало как приказ.

Остановились все, и тот из охранников, что собрался врезать Игорю, и остальные, ринувшиеся было скопом на Олега. Замер даже усатый Федор, на лице которого осталась злорадная гримаса.

Стало слышно, как постанывает упавший.

– Мы уходим сами, – сказал Олег, поглаживая левой рукой разбитые костяшки правой. – Кто сунется, получит так же.

– Валите, уроды, – сказал голубоглазый. – И больше здесь не появляйтесь. Эй, помогите Борику, что ли…

Двое камуфляжников бросились поднимать третьего, проход оказался свободен.

Олег и Игорь пошли обратно. Всю дорогу до выхода с книжного рынка Игорь чувствовал на себе любопытные взгляды продавцов. Поглаживал себя по подбородку, куда пришелся удар. Морщился от боли и трогал языком нижние резцы, что вроде бы начали пошатываться.

Десну около них неприятно саднило.

– Почему этот Федор нас так встретил? – спросил он, когда они оказались на тротуаре.

– Он боится, и причин тут две, – ответил Олег. – Во-первых, торговля книгами только для отвода глаз. Профессиональный революционер, подпольщик не может заниматься лишь ей. Наверняка балуется контрабандой, возит что-то из России. Во-вторых, существование его куда призрачнее, чем у большинства сородичей. В него верят только здесь, на Слобожанской Украине, в Харькове, Донецке. А в России давно забыли…

Игорь покачал головой.

– Но помогать тебе он отказался. Поищем другого информатора?

– Нет, это слишком долго. Чрево неба, всегда хочется тешить себя иллюзией, что ты все еще человек и не можешь ничего особенного. Но сегодня нам придется прибегнуть к кое-каким умениям, что появляются только после смерти… Сейчас вернемся в гостиницу и будем понемногу готовиться.

Они не пошли обратно, как ожидал Игорь, а двинулись в другую сторону. Прошли автозаправку и одиночный двухэтажный дом. Прямо за ним свернули направо, к лестнице и фонтану в виде каскада.

Поднявшись вдоль него, оказались в парке, на разбегающихся аллеях, среди многочисленных кафешек, аттракционов и лавочек. Тут было полно народу: мамы с колясками, группы студенток, прогуливающиеся пенсионеры.

Через парк мимо того ресторана, где завтракали, вышли к площади, на которой стояла гостиница.

Когда поднялись в номер, Игорь первым делом отправился в туалет – посмотреть в зеркало. Обнаружил на подбородке небольшую ссадину. Когда прополоскал рот, то вода, выплюнутая в раковину, оказалась розовой.

– Ты становишься драчуном, – сказал Игорь собственному отражению и пригладил волосы.

Синяк, полученный в Нижнем Новгороде, еще не сошел, хотя стал немного более расплывчатым и пожелтел.

Вернувшись в комнату, обнаружил, что Олег сидит на кровати и возится со своим пистолетом. Блестели аккуратно разложенные на носовом платке детали, стояла бутылка с машинным маслом. Телевизор был включен, по экрану носились футболисты, слышался рев трибун.

– Кто играет? – спросил Игорь.

Футболом он интересовался мало, особенно за ним никогда не следил. Хватало баскетбольного ЦСКА, сборной и «Чикаго Буллз», величайшего клуба всех времен и народов…

– Повтор вчерашнего матча Испания – Россия, – сказал Олег, внимательно разглядывая какую-то гнутую железяку.

– По-моему, наши продуют, – сказал Игорь, усаживаясь на кровать. – Слушай, ты говорил про Царьград сегодня… так что, похода на него не было? Как там у Пушкина – это, твой щит на вратах Цареграда…

– Поход был, да только лишь для того, чтобы заключить договор. И щит на воротах – знак не победы, а того, что город берется под защиту.

– Вот как. – Игорь задумчиво почесал в затылке. – А что еще неправда в придумках наших историков?

– Много всего. Например, Аскольд и Дир – это один человек. «Дир» по-готски – «зверь», прозвище.

– По-готски?

– Да, а что тебя удивляет? Готы жили в Крыму до тринадцатого века. Именно они и убили Игоря, а вовсе не мифические «древляне»… Готы-тервинги, лесовики, если переводить на русский. Приказ о казни отдал конунг из рода Амалов, отсюда в летописи появился князь Мал.

– Но… хм… – Игорь хотел сказать «не может быть», а потом подумал – почему не может? Чем эта версия выглядит менее правдоподобно, чем бредовое поведение Игоря, вопреки обычаям и здравому смыслу отправившегося повторно собирать дань? – А ведь, похоже, нечего возразить…

В телевизоре заорал комментатор – испанцы забили гол.

– Там много еще всего, – сказал Олег. – Раннюю историю сочиняют «по Нестору», а он писал через века, когда многое забылось. Отсюда у нас и Киевская Русь размером с половину Европы, и Святослав одновременно в Болгарии и на Волге. Подумай сам, зачем князю, чьи владения тянутся до устья Оки и до Ильменя, воевать на Дунае? Зато есть смысл делать это тому, кто хочет восстановить единую державу русов на Черном море. И тут главными врагами его оказываются византийцы…

Лежавший на тумбочке сотовый загудел, вибрируя, донеслись первые такты «Дубинушки».

– Да, – сказал Олег, приложив телефон к уху. – Нет, я не в Москве. Когда буду – еще не знаю…

Игорь подсел к телевизору поближе, потянулся к пульту.

Разговор Олега затянулся, а когда закончился, Игорю не захотелось больше задавать вопросы. Он неожиданно для себя увлекся игрой и досмотрел ее до конца, до четвертого гола испанцев, забитого из офсайда.

Потом они посмотрели второй матч вчерашнего дня, Греция – Швеция, сходили в ресторан гостиницы пообедать. Вернувшись в номер, Игорь, чтобы убить время, взялся за мемуары Гудериана.

Чтение оказалось занимательным, он увлекся и невольно вздрогнул, когда Олег заговорил.

– А ну-ка, позвоним нашим гулякам, – сказал он. – Без их помощи мне сегодня не обойтись.

Сергей взял трубку далеко не сразу, и голос у него, это расслышал даже Игорь, был очень недовольный.

– Чего тебе? – спросил он. – Мы тут… заняты.

– Освобождайтесь, – велел Олег. – Через час чтобы были в гостинице. Пойдем по грани…

И тут он добавил еще какую-то фразу, которой Игорь не понял, хотя она была сказана вроде бы на русском.

– Ладно, будем, – мрачно ответил Сергей и повесил трубку.

Через час раздался стук в дверь. Вошел Иван, раскрасневшийся, с блестящими глазами и помадой на щеке. За ним ввалился чуть пошатывающийся Сергей, и по номеру растекся аромат дамских сигарет.

– Опять пили? – спросил Олег.

Вопрос был риторическим.

– Немного согрешили, – кивнул Иван. – Ибо сказано в Писании – дайте сикеру погибающему и вино огорченному душой. Ибо чаша в руке господа, вино кипит в ней…

– Там много чего сказано, – сказал Олег, вставая. – Федор меня прогнал, так что придется немного поработать. Идите, умывайтесь, приводите себя в порядок. Через двадцать минут вы оба нужны мне в боевой готовности. Поняли?