Сергей Тармашев - Наследие

Домой Дэйв вернулся не в лучшем расположении духа. Сюзи восприняла известия стоически, заявив, что до тех пор, пока они вместе, ей ничего не страшно. Чтобы разрядить обстановку, она перевела разговор на шутку, и они весело смеялись в тот момент, когда телевизионное вещание прервал экстренный выпуск новостей.

– Внимание! Мы прерываем трансляцию для экстренного сообщения! – заявил диктор, и изображение тут же сменилось на вид огромного ночного пожара, полыхающего над развалинами прибрежного города. Съемка велась сразу с нескольких камер, со спутника и с поверхности земли с большого расстояния. Ночная темнота, разрываемая факелами пожаров и вспышками взрывов, не давала возможности как следует разглядеть происходящее, но в небе над руинами города смутно угадывалось огромное пылевое облако грибовидной формы.

– Двадцать минут назад, в двадцать три часа по Лондонскому времени, Великобритания подверглась ядерной атаке неизвестного противника! Удар был настолько внезапным, что засечь приближающиеся ракеты удалось уже в непосредственной близости от границ Соединенного Королевства. Силам ПРО не удалось защитить город Портсмут, получивший прямое попадание ядерного боеприпаса, предполагаемая мощность которого сейчас уточняется. Количество возможных жертв пока не известно, город лежит в руинах и охвачен пожарами, связи с ним нет. К месту бедствия в экстренном режиме брошены спасательные силы. Еще четыре ракеты удалось перехватить, целью, по крайней мере, одной из них являлся Лондон. Ее удалось уничтожить буквально в последние секунды в небе над городом. В процессе разрушения ядерного заряда некоторые районы Лондона подверглись радиоактивному заражению, в эти минуты ведется срочная эвакуация жителей...

Картинка сменилась изображением ночных лондонских улиц, заполненных перепуганными людьми, спасателями, полицейскими и военными. То и дело в разных местах вспыхивала паника, и начинались давки. Правоохранительным органам с большим трудом удавалось удерживать ситуацию под контролем.

– Ситуация осложнена ночным временем суток и нехваткой спасательных сил и средств. Правительство Великобритании уже обратилось к мировому сообществу за помощью.

На экране вновь возникло изображение пылающих развалин Портсмута, и диктор продолжил:

– На данный момент неизвестно, кто же атаковал Соединенное Королевство, Министерства Обороны США и Великобритании в срочном порядке проверяют информацию со всех спутников, имевших возможность засечь пуски, госсекретарь уже обратился к НАСА с просьбой оказать максимальное содействие. Правительства России и Китая уже заявили о своей полной непричастности к атаке...

Дэйв, затаив дыхание, не сводил глаз с телепанели, где гигантские языки пламени плясали над руинами, еще недавно бывшими домами, в которых мирно спали обычные люди. Для них сегодняшняя теплая июньская ночь стала последней. А ведь в каком-то из этих домов, в маленькой уютной квартирке вполне могли жить такие же Дэйв и Сюзи. А город мог бы оказаться и Нью-Йорком. Он со страхом подумал, что этот мир покатился в ад.

Программа издала мелодичный сигнал, и экран компьютера густо заполнился очередной порцией цифр и символов. Доктор Уэйн пробежал глазами полученные результаты и проворно ткнул затянутым в перчатку скафандра пальцем в клавиатуру, начиная передачу архивного массива на удаленный сервер. После чего ученый уселся в кресло, откинулся на спинку и задумался. Все было почти готово, осталось лишь дождаться окончания передачи последнего из его архивов. Они ничего не найдут, он позаботился обо всем заранее. Все самые важные материалы его работы надежно спрятаны на сервере, затерянном в одной из десятков учебных лабораторий института, в котором преподает его старый товарищ, давний приятель еще по аспирантуре. Сразу после окончания закачки он выключит компьютер и перешлет жесткие диски по указанному адресу до востребования.

Уэйн закрыл глаза и вновь оказался в заполненной акушерами операционной. Он снова был рядом с бьющейся в судорогах Лиз, сжимающей его руку. И вновь ничего не мог сделать. Ничего. Ученый усилием воли отогнал рвущие на куски сердце воспоминания и окинул взглядом безлюдную лабораторию. Еще вчера он позаботился о том, чтобы никто не помешал ему даже случайно. Уэйн объявил сегодня день траура в память о погибших при трагедии в Портсмуте и дал всем сотрудникам выходной. На фоне всеобщей истерии, последовавшей за ядерным ударом лишившегося рассудка капитана подводной лодки, никто не увидел в этом ничего подозрительного. Руководство «Сёрвайвинг Корпорэйшн» в эти дни занято собой, им сейчас ни до чего. Поговаривают, что в результате радиоактивного заражения части Лондона пострадал кто-то из истинных хозяев мистера Смитсона, имевший родовое поместье где-то в тех районах. Что ж, это только на руку. Уэйн не испытывал жалости к пострадавшим, он уже на собственном опыте понял, что жалость ничем не помогает и никак не облегчает боль утраты. Надо что-то делать.

Две недели, прошедшие после смерти дочери и ребенка, Уэйн практически не выходил из лаборатории и не ездил домой, оставаясь ночевать в гостевых покоях своего исследовательского центра. Он фанатично искал причины их гибели, круглые сутки проводя скрупулезные исследования генетического материала ребенка, образцов крови Лиз, взятых у нее сразу после смерти, и записи показаний диагностического оборудования операционной. Он поднял все свои базы данных и связался со всеми коллегами, имеющими хоть сколь-нибудь полезные банки образцов.

И он нашел. Сразу две генетические мутации сидели в молчащих цепочках ДНК, полученной Лиз от матери. Было уже невозможно определить, какая именно трансгенная вставка из продуктов прошлых лет была ответственна за это, но два поколения мутации ничем не обнаруживали себя. И вот сейчас плейотропный эффект сработал на стадии развития эмбриона, обрекая новорожденного на мучительную смерть. В результате мутации легкие малыша изначально не имели возможности сокращаться. Младенец родился, открыл глаза и увидел белый свет, но он не смог сделать вдох и умер от удушья, в молчаливых мучениях.

Вторая генетическая бомба сработала, едва начались роды. В кровь Лиз начал поступать токсин, вызывавший судороги и нервные спазмы. Уэйн все проверил не единожды. Чем дольше длились роды, тем сильнее страдала она от боли. Момент, когда ребенку перерезали пуповину, явился пусковым. Выброс токсина стал ураганным, и мозг Лиз погиб за считанные мгновения. Даже если бы у реаниматологов, теоретически, был антидот, они бы ничего не смогли сделать. Не хватило бы времени.

Уэйн криво усмехнулся, вспоминая, как в день похорон ему позвонил лично Смитсон и выразил соболезнования в связи с тяжелой утратой. Он-де понимает, как это тяжело, у него внук родился с генетической инвалидностью, и ему самому пришлось принимать скорбное решение об эвтаназии. Забавно. Эвтаназия. Теперь это слово, без сомнения, станет самым популярным в мире. Как там написал в предсмертной записке тот безумный капитан-подводник? Господь велел ему подвергнуть эвтаназии весь мир? А ведь это был очень сильный характером индивид, иначе как целая медицинская комиссия флота не смогла распознать абсолютно безумного человека... Этим вопросом сейчас задается весь мир. Кроме «СК», разумеется. Концерну эта ядерная бойня – счастье. И хозяева Смитсона не преминут извлечь из нее свою выгоду. Продажи жилых площадей в этой грандиозной афере с ЦСГР уже резко пошли вверх по всему миру. Всем в одночасье захотелось жить подальше от городов. И это только начало. Скоро концерн запустит в массовое производство проект «Арабика». Рис, созданный им, Уэйном. И очередной «желтый» грипп вспыхнет теперь уже в арабских странах. И вновь на помощь несчастным придет «Сёрвайвинг Корпорэйшн», увеличивая свой авторитет среди простых людей. В операции по захвату мирового господства началась завершающая стадия – битва за сознание рядовых граждан. Они должны добровольно отдать себя в рабство «СК» в обмен на «чистое» жилье. Правительства, религиозные конфессии и прочие основные мировые механизмы давно уже принадлежат концерну. Осталось лишь немного подправить общественное мнение. Чтобы простые люди искали виновных в своих многочисленных бедах в другом месте. А бед много. Например, когда твоя дочь умирает в муках, рожая ребенка-мутанта, также обреченного на мучительную смерть. А все из-за того, что группа предприимчивых толстосумов полвека кормила мир трансгенами, в погоне за собственными целями совершенно не заботясь о будущем последующих поколений.