Георгий Булавин - Новатерра

- Что ты сказал, пидер гнутый?!! - чуть ли не простонал оскорблённый в 'лучших' чувствах секьюрити.

Узловатые руки борца, как лопаты экскаваторов, потянулись к горлу Александра.

Но его агрессивное поползновение уже не стоило ровным счётом ничего.

Потому не стоило, что цилиндрическая оболочечная пуля весом 6,1 грамма покидает канал ствола пистолета Макарова со скоростью 315 метров в секунду, что, конечно, чуть медленнее распространения звука в газообразной среде, каков по консистенции вечерний воздух Нилгородской области, зато куда быстрее движения рук даже великого чемпиона, грандмастера уровня Александра Карелина, не говоря уже о 'подмастерье' из Астраханской области.

И потому ещё не стоило, что стрелять без промаха из любого положения Александр, но уже Твердохлеб, научился в бытность ещё лейтенантом Сашкой.

А также потому, что он без малейшего колебания выстрелил Виктору в область груди.

И, наконец, потому, что упомянутая выше пуля наделена колоссальным останавливающим действием. Она не прошивает тело, как сверхзвуковая игловидная 'коллега' из ТТ, и если уж попала, то - конкретно... А она, красавица и умница, попала туда, куда следует!

И тишина...

Треск угольков...

Противный комариный писк из сумеречной проѓпасти небес...

Шаги Куракина - будто раскаты грома в перерыве заседания Страшного Суда...

Вопрос возвратившегося разведчика 'чего не поделили?' осталѓся без ответа.

Пристяжной, тот, что на вид постарше, - комбат не помнил, кто из них Толян, а кто Колян, - метнулся к павшему авѓторитету, отброшенному на спину полутонным ударом тупорылой пули, и, не сумев добиться воскрешения, зашарил по карманам. Не в поисках ли ствола? Что ж, давай, урод, рискни здоровьем, запас свинца с латунью пусть и мал, однако на тебя в аккурат хватит!..

Но тут, недобро ухмыляясь, поднялся Серёга.

Только сейѓчас комбат в деталях рассмотрел наколку на его плече - оскаленный тигриный профиль под морпеховским беретом. Напрягся. Что-то будет! Тигр изгоѓтовился к прыжку. Вопрос - куда? Вернее, на кого?

Непонятный 'братан' зашел комбату за спину. Прокашлялся. Металл подвижных частей пистолета ударил, как кузнечный инструмент. По наковальне. В бубен. В гонг. В тамтам. По крышке гроба... Пятьдесят на пятьдесят! Майор не испугался. Просто стало чуточку обидно. За эти дни. За всю общину. За Алину. За себя, в конце концов... Какого дьявола он вообще старался?! Ладно, давай, братуха, не тяни!

- Ну, - раздался сзади голос, похожий на гул кожаных мехов, раздувающих огонь под котлами преисподней. В горле Александра застрял ком. - Кто еще желает? Типа, расслабиться... Нет претенденѓтов? Жаль, а то моя 'тэтэха' давно кровушки человечьей не пила! Три дня уже, считайте... В ней сейчас, кстати, девять голодных патронов, да у Старого осталось...

- Три, - вздохнул комбат, только сейчас придя в себя.

- Ну-ну, не расстраивайся! - Серёга дружески похлопал его по плечу. - Не числом, как говорится, а умением... - и ткнул стволом в обступорившихся Толяна и Коляна. - А вы, шакалы позорные, сгребли этого жмура и быстренько отвалили отсюда на хер! То есть далеко и навсегда... Миѓнута времени!

Хватило, впрочем, нескольких секунд.

- Слышь, Старый, я малёха этих провожу?

- Давай, - комбат расслабился уже окончательно. - Тольѓко, прошу тебя, не...

- Шутишь?! На хрен они мне упали?! Так, трошки побазланим. Во избежание последствий. Типа, чтоб ментов не привели... А ты тут без меня не начинай!

Безошибочным, несмотря на возраст, опытом и нюхом Серёга точѓно уловил: прошла пора сомнений и прелюдий. Пора! Пришла пора постаѓвить главный знак. Большущий деревянный крест на произволе и анархии. Точку над i. Над iх всех, здесь собравшихся, общим Завтра, Послезавтра и Всегѓда.

Первая точка вписана на лоб борца-security. Единым точным выстреѓлом он, Александр Твердохлеб, окнчательно поставил себя над спасёнными людьми. Над прахом каѓнувшего в небытие Закона. Встал рука об руку с Добром и Нравственным Началом. Встал заѓмыкающим в колонну многих поколений достославных предѓков. Встал в один ряд с богатырями поля Куликова, с героями Гросс-Егерсдорфа, Шипки и Бородино, с блокадниками города Петра Великого, с бойцами искорёженного Сталинграда, с подводниками 'Курска', с пацанами шестой роты под Аргуном. Взвалил на плечи проржаѓвевшую кольчугу. Взвалил поверх неё бронежилет. Взвалил на грудь тяжелый АКС и харалужный меч на пояс. Взвалил на собственную голову ответственность за этих вот людей, за их здоровье, веру, будущее, честь и саму жизнь. Лишь пять минут назад он просто Мог, теперь он Должен. И он сделает! Век ему свободы не видать!..

Серёга возвратился быстро, сел к огню.

- Порядок, Старый! Можно начинать, - и обернулся к Татьяне. - Если не трудно, лапа, сделай мне еще чайку. Кстати, уважаемые, Татьяна Павловна сегодня согласилась стать моей женой!

- С чем вас и поздравляю! - за всех ответил комбат, хотя, по чести говоря, скорее уж посочувствовал Сергею. - Серьёзно, ребята, без дураков, искренне рад за вас! Робик, принеси, пожалуй, флягу из моего рюкзака, а то здесь горько, понимаешь...

- Хорошее дело, братан! - по-доброму уже осклабился Серёга. - Хреново только, нечем закусить...

- Как это нечем?! - засуетился возвративѓшийся Куракин. - Я принёс немножко, так, чтоб до завтра дотянули...

Разведчики, как, выяснилось, без труда проникли в город, не встретив на руинах ни души. И не следа останков Бледных - Чумные словно испарились. Огненный торнадо почти вчистую уничтожил Нилгород, зато каким-то чудом уцелели несколько заглубленных хранилищ его, комбата, парашютно-десантного полка. А та-а-ам! Пещера аль-ад-Дина! Продукты! Камуфляж! Средства связи! Оружие! Медикаѓменты! Даже старенький штабной автобус. Живём! Бывалый Док остался на охране драгоценностей.

На миг комбату стало стыдно: за этими разборками он даже не подумал - где же друг?! Не стоит заострять внимания - вожѓдю, как никому другому, важно реноме. А что ещё? Пёс его знает, после разберёмся...

Но тут же вновь пришла крамольная мыслишка: Шаталин - там, значит, медпункт свободен для них с Алиной. Собственно, Док и без того ушёл бы, но... Назавтра все они уйдут. Сначала - в город, за имуществом, а после... Как доведётся. Послюнив на ветер палец. Куда-нибудь. За лучшей долей. Вдруг - не везде..?! Вдруг где-нибудь..?!

А поведёт небольшой отряд он, бывшей гвардии бывший майор Александр Твердохлеб. Кто не согласен - может уходить на все четыре стороны! Если же выбор направлений показался скромен, милости просим на шестнадцать метеорологических румбов или тридцать два морских, а то и на любой из трёхсот шестидесяти градусов окружности скрытого за лесом горизонта... Но уходить предлагается не сегодня, дабы не возникло соблазна, потревожив Дока, самому разжиться выморочным имуществом. С утра, однако не позднее десяти часов. Уход позднее без всеобщего 'добро' будет расценен дезертирством. Считайте, что идёт война, и мы на театре военных действий - отдельный взвод в тылу врага. Задача наша - возвратиться к алтарям и очагам. Вернее, найти для себя таковые... Спастись самим. Спасти других, отбившихся от войска.