Георгий Булавин - Новатерра

...Судьба полковника, подрагивая хрупкими плечами, накрыѓлась грязной пестрядиной, уткнулась мокрым носиком в прогревшийѓся за жаркий день песок и тихо плакала. Молила Господа. Взывала к Всаднику и Белому Коню. Взывала к завтрашнему дню. Ну, послезавтрашнему. Более не выдержит. Сойдёт с ума. И без того уже...

- Спасите!...

Пожары над страной всё выше, жарче, веселей,

Их отблески плясали в два притопа три прихлопа, -

Но вот Судьба и Время пересели на коней,

А там - в галоп, под пули в лоб!

И мир ударило в озноб

От этого галопа...

(В.С.Высоцкий)

Сходка авторитетов

Красиво жить не запретишь! Но помешать можно запросто...

Уряд закончился, генеральная старшина только принялась было прощаться, как за-вибрировал мобильный гетмана. Звонил Серёга Богачёв, его ближайший друг и доверенный помощник: дескать, 'стрелка' завершилась, он в пути, не расходитесь, ибо есть чего 'перетереть'...

- У этого парня, как выражался бабелевский Беня Крик, всегда есть в запасе пара слов, - посетовал Александр оставшимся с ним Костику и дяде Ване Буркову, которых тема Нижнереченска с её обстрелом и тупым 'наездом' на лабаз касалась напрямую. - На пенсию от вас уйти, что ли? А вас, дядя Ваня, назначить преемником...

Когда, скитаясь по истерзанной Чумой России, общинники натѓкнулись на двоих унылых путников, и выяснилось, что один из них - Бурков, гетман, собственно, тогда ещё комбат, остолбенел от удивления. О скромном тыловом работнике из Питера, который вовремя 'ушёл' из армии и 'сделал сам себя', по ВДВ только что песен не слагали. Не будучи знакомым лично, ком-бат гордился, что Бурков - его земляк-донец. И вдруг... Едва лишь состоявшийся как вождь, он вздумал тут же передать Буркову полномочия, но дядя Ваня отказался: немолод уже, да и болен - радиация добила в пути. Дерзай, сказал, сынок, я помогу... Помог. Восприняв с воодушевлением идею о казачестве и собственную должность генерального обозного, взвалил на себя весь станичный тыл, торговлю и финансы, с котоѓрыми теперь у новороссов не было проблем. Советом помогал. Местную администрацию и торговую палату содержал - кого-то в кулаке, кого-то 'в стакаѓне', кого-то 'на кармане'. В станице, не желая быть обузой молодёжи, квартиру выбрал на отшибе, жил уединенно. По большей части - на таблетках. А Нина Юрьевна, стервозная аптекарша, любила дядю Ваню до беспамятства - по-своему, конечно - и половину изысканий по лекарствам посвящала персонально ветеѓрану. Для Твердохлеба же Бурков служил своего рода костылем, наѓдёжей и опорой.

- Нет, Сашка, - ухмыльнулся ветеран, - тебе на пенсию никак нельзя.

- Хотите сказать, что я незаменим? - напыжился гетман. - Конечно, если подходить без ложной скромности, доля правды в этом есть...

- Хочу сказать, - опустил его с небес Бурков, - что тебя проще будет убить, чем спровадить на пенсию. Видали мы в своё время таких пенсионеров! Пока при должности, вас, по крайней мере, видишь через день, а то и реже. Но как уйдёте - вы же, извини за выражение, затрахаете мертвого: дай самосвал, дай людей, дай кирпича на дачу, дай подъёмный кран, дай квартиру юной пассии, устрой внука в Сорбонну, накрой стол по случаю годовщины взятия Киева вещим Олегом, 'пробей' льготную путёвку на Мальдивы, по старой дружбе профинансируй избирательную кампанию в Госдуму... Московская инспекция на затылке плешь проела, тебе 'служебное несоответствие' корячится, если не срок лишения свободы, а тут приходит эдакий вот пенсионер - похвалиться, какая у него картошечка уродилась! Да выпросить заодно роту солдат для всеобщей и полной победы над колорадским жуком в рамках отдельно взятого огорода...

- Неужто вас, Иван Александрович, предупреждали о неполном служебном соответствии?! - вмешался генеральный дозорный, пытаясь выручить раскритикованного гетмана. - Не говоря уже о направлении в места принудительной изоляции от общества.

- Изоляции, говоришь, да, Константин?.. - ветеран и впрямь отвлёкся на Елизарова, несколько секунд помолчал, задумчиво потёр квадратный подбородок. - Знаете, парни, меня давно волнует вопрос нашей самоизоляции. Вы обращали внимание, что происходит, когда в 'кишлаке' появляются новые люди? Всё население вдруг обуѓревает жажда прифрантиться, погулять по единственной нашенской улиѓце, посидеть в кабаке, пошуметь, прихвастнуть удалью молодецкой. Я больше чем уверен, что сегодняшние события восприняты народом с превеликим энтузиазмом.

- В яблочко, товарищ подполковник, - согласился Константин, припомнив звание Буркова до увольнения из ВДВ. - Конец серым будням! Кому война, кому мать родна.

- Всем достанется... - жизнеутверждающе кивнул Бурков. - Я, кстати, в городе наших часто вижу. Отрываются они, как финны в Ленинграѓде при сухом законе в стране Суоми.

При этом гетман только криво усмехнулся - они с Алиной тайно 'отрывались' в Нижнереченске чаще других. Сбегали в городок, бродили улочками, заходили в магазины и кафе, нередко целовались на глазах приказчиков и рыночных старушек. 'Не вьюноши ведь, а гляди...' - шептали те. Алина наслаждалась сменой обстановки, ей доставляли удовольствие неузнаваемость и полная свобода, ну а гетман... Гетман понимал, что в этом городе известен даже псам из подворотен, что их с женой на всем пути сопровождают жулики, бандиты и полиция - спасибо другу Богачёву, - храня покой почётных визитеров. Какой у нас патриархально милый и спокойный городок, да, Алик?.. Надо полагать!

- Кстати, Саня, о городе, - продолжал Бурков, - и мчащемся оттуда Сергее Валентиновиче... Надо бы ужин заказать, а то этот чреѓвоугодник и нашей комиссарской плотью с голодухи не побрезгует.

- Вам, Иван Александрович, и карты в руки. Посмотрим заодно, кого тётушки из станичного общепита кормят лучше, гетмана или...

- Обозного, естественно!

Но выяснить заранее, кто более любезен новоросскому народу, авторитетам так и не было дано, - в гетманский апартамент ввалился Богачёв.

- А где...?! - проревел он прямо от порога.

- Всё заказано, сейчас доставят, - хором успокоили его собравшиеѓся.

- Ладно, отбрехались, ваше счастье... Здравствуйте, господа хорошие! - посольский старшина по очереди стиснул авторитетам руки и развалился в кресле.

Кем только ни пришлось Серёге быть в двух многотрудных жизѓнях - шпаной из нилгородского микрорайона Нахаловки, боксером-полутяжем, вымогателем, разведчиком в отдельном батальоне морской пехоты Каспийской флотилии. Ну, а сегодня - братом-Основателем (вернее, братаном), посольским старшиной и войсковым старшиной же по званию, что в ие-рархии казачьих войск, согласно Табели о рангах при царизме, соответствовало подполковнику. А что касается 'посольского', то... надо было что-нибудь придумать, вот и сподобились. Нам, дескать, всё равно, ему приятно... В обязанности 'МИДовца' входили внешняя разведка, контакты с представителями самых разных слоёв населения, от нищенства и криминала до представителей возрождавшейся власти, и 'разѓрешение' проблем во Внешнем Мире, то бишь по округе. Братан справѓлялся много лучше, чем Громыко с Талейраном, а по последнему вопѓросу равных себе не имел. Его приземистой квадратно-гнездовой фигуѓрой, литой массивной челюстью, коротким 'ёжиком' дымчато-пепельных воѓлос, благожелательной улыбкой сытого тираннозавра и схожим с ней оскалом тигра на плече уездная община жуликов пугала 'гас-тролёров', а рэкетиры - барыг, не желающих 'давать по понятиям'. При всём при том Серега не был тупорылым отморозком, наоборот, умнейшим, граѓмотным, весёлым человеком. Понты колол - да, было, как без них?! Гетману всегда казалось, что арго 'блатного кореша' - всего лишь понт, не более того.