Юрий Корчевский - Подрывник
- Название:Подрывник
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:ЛенИздат
- Год:2012
- Город:СПб
- ISBN:978-5-905909-07-8
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Юрий Корчевский - Подрывник краткое содержание
Продолжение книги «Диверсант» о приключениях Александра Дементьева. Приняв воинскую присягу в другой стране — России, Саша остается верен своей земле, своему народу. В тылу врага он организовывает из окруженцев и местных жителей партизанский отряд. Воюет жестко, не оставляя немцам шансов выжить на оккупированной земле. Взрывает мосты, пускает под откос поезда, уничтожает артиллерийский склад, расстреливает ягдкоманду из отборных егерей. Неожиданно для себя сталкивается с изменой, в его отряде один из партизан оказывается предателем. Отряд уничтожен, он продолжает воевать в одиночку. В критической ситуации ему помогает выжить таинственный зеленый шар.
Подрывник - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Саша поднялся, накинул телогрейку и вышел на улицу. Там он наколол дров, растопил печь в бане, натаскал из колодца воды, налил в котёл.
Банька старая, небольшая. Скромный предбанник с лавкой, моечная и узкая парилка. Но сделана добротно, из дуба. Сосна или ель в бане пахнут хорошо, однако при нагревании выделяют смолу, которая к коже и волосам прилипает.
Часа за три банька прогрелась, вода в котле — кипяток. Мочалки на стене висели.
Саша вернулся в дом.
— Пошли мыться, Олеся.
— Ты что? Как можно? Ты же мужчина!
— Да не трону я тебя! Жалко просто, такая баня — и одному. А спину потрёшь?
Олеся колебалась. Топить баню для одного — роскошь. Дров много уходит и времени, да ещё воды попробуй натаскать.
— Мыло есть ли?
— Откуда?
Олеся вздохнула.
— Щёлоком моемся.
— Это что?
Саша был городским жителем XXI века, и деревенских премудростей, тем более — середины XX века, не знал.
— Древесную золу в воде замачиваем, и этим раствором моемся. Не мыло, конечно, но грязь смывает.
Да, не жил никогда Саша в деревне, не было у него опыта приспособления к деревенской жизни с учётом отсутствия абсолютно всего — мыла, зубной щётки, бритвы… Да что там о предметах гигиены — всего!
Они пошли в баню. Первым прошествовал Саша. Он разделся в предбаннике, зашёл в мыльню. В ней было не просто тепло — жарко! Тело сразу покрылось капельками пота.
Следом в баню пожаловала Олеся. Она повозилась, раздеваясь, и… тишина.
Саша усмехнулся. Небось стоит перед дверью, не решаясь войти.
Всё-таки дверь открылась, и девушка вошла. Одной рукой она стыдливо прикрыла обнажённые груди, другой — лобок.
— Отвернись.
— Так и будем мыться спиной к спине? Мы ведь уже взрослые люди. Насколько я помню из книг, раньше в деревнях вообще вся семья мылась.
— Я таких книжек не читала, мы с мамой вместе мылись, — отрезала Олеся.
Она смешала в деревянной кадушке горячую и холодную воду, попробовала рукой температуру.
Потом набрала в ковш тёплой воды, облила Сашу и облилась сама.
— Вон, в углу в ведре щёлок стоит. Зачерпни сверху отстой, намочи мочалку и трись.
Щёлок почти не пенился, мылил плохо, но грязь смывалась.
— А теперь облейся, сполосни мочалку и смывай с себя всё.
Саша обмылся. Кожа порозовела, поры очистились. Появилось ощущение, что кожа «задышала».
Он украдкой поглядывал на Олесю. Девушка была прелесть как хороша! Молодость! Он попытался вспомнить, когда у него была женщина, и не смог. Похоже, после взрыва в Домодедовском аэропорту и переноса во времени сюда, в 1941 год, женщины у него не было. А ведь он далеко не монахом в Москве жил, водочку попивал. Не каждый день, конечно, и даже не каждую неделю при его-то работе. Но случалось. И дамы были. Некоторые в его квартире надолго задерживались, но так, чтобы сердце его заняли, чтобы замуж взял, чтобы детей от неё хотел — нет, не случилось.
— Отвернись, что ты на меня уставился? — Олеся вернула его к действительности.
Он раздумывал и вспоминал, а сам автоматически смотрел на неё.
— Вот все вы мужики такие! Глазами скоро дырки на теле протрёшь.
— Извини. А у тебя — что, опыт насчёт мужиков есть?
Девушка только фыркнула в ответ. В его присутствии она уже освоилась и вела себя естественно.
— Пошли в парную.
Они прошли в узенькую — двоим еле развернуться — комнатку.
— Ложись.
Саша улёгся на живот. Олеся плеснула из ковшика на камни печурки. Зашипела вода, и как взрыв — пар сразу наполнил парную, так что и дышать стало трудно.
Девушка провела над телом Саши веником, разгоняя пар, потом распаренным веником пошлёпала по телу. И такая расслабуха на Сашу напала, что он едва не уснул.
— Переворачивайся.
Саша вынырнул из дрёмы, перевернулся. И все бы хорошо, но когда перед лицом его колышутся две тугие девичьи груди, смотреть на это спокойно нельзя. Саша почувствовал, что ещё немного — и он не совладает с собой.
Только девчонку обижать нельзя. Она его приютила, кормит. И нельзя отвечать на заботу чёрной неблагодарностью. Саша прикрыл глаза, но всё равно — Олеся то бедром его коснётся, то грудью невзначай.
— Ну, как?
— Здорово! Теперь давай — я тебя.
Олеся улеглась на полку. Ой, блин, хоть глаза выколи! Фигура — гитара! Саша едва не замычал от вожделения. Но веником исправно помахал, потом огладил, затем пошлёпал… Кожа на спине Олеси из розовой сделалась почти красной. А уж когда Олеся на спину перевернулась… Он и это выдержал. С трудом, но выдержал.
Они обмылись в мыльне. Саша чувствовал себя помолодевшим. И с кожи вроде как панцирь сняли.
— Горячей воды много осталось, — заметила Олеся. — Ты бельё в предбаннике оставь, я простирну. Негоже в грязном белье после баньки ходить. Ты в избу иди, я там тебе отцовское бельё приготовила.
Саша обтёрся полотенцем, натянул брюки, телогрейку на голое тело и бегом — в избу. Там на лавке он нашёл чистое исподнее — рубаху бязевую и кальсоны. Мужские трусы в деревнях только после войны увидели, а до тех пор носили кальсоны, называемые иногда подштанниками.
Он оделся и почувствовал себя на седьмом небе. Сам чистый, бельё чистое! Всё-таки для солдата на войне баня — первое дело. Есть дают — пусть и не сытно, но относительно регулярно. Стригут — хотя бы раз в месяц. А с баней туго. Попробуй в полевых условиях нагреть воды на роту или на целый батальон!
Олеси не было. Саша прошёл в комнату, улёгся на кровать. Спал он уже на ней однажды, правда — давно. И сейчас, едва улёгся, сон его сморил. И так хорошо у него на душе было, как он давно себя не чувствовал.
Проснулся он оттого, что рядом кто-то лежал и сопел потихоньку. Повернул голову — Олеся. Саша полюбовался лицом её. Кожа чистая, нежная, как будто изнутри светится; волосы длинные, густые, устлали подушку. Губы приоткрыты, и видны ровные зубки. Красавица! В Москве на такую сразу бы клюнули затасканные донжуаны, да и он бы не пропустил, постарался бы познакомиться.
Александр глубоко вздохнул. Олеся проснулась.
— Извини, что рядом улеглась — так захотелось к сильному мужскому плечу прижаться. Устала я одна. Всё самой приходится. Ты надолго?
— Я же говорил — до весны.
— Оставался бы ты навсегда.
— Ты же комсомолкой была, и должна понимать — врага с земли нашей гнать надо, разбить наголову. Тогда и вернуться можно.
— Когда это будет? — с тоской в голосе сказала Олеся. — Я к тому времени старая уже буду.
— Так и я не молодею.
— Ты… — Олеся помолчала, подбирая слова, — … надёжный, вот.
— Закончить войну надо, Олеся. Добьём немца — вернусь за тобой, в Богдановку эту, Богом забытую, заберу тебя в Москву. Эх, заживём!
— Расскажи, какая она, Москва?
— Большой город, суетный. У вас в деревне все друг друга знают, здороваются. А у нас в подъезде — и то не всех знаешь.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: