Иван Мак - Крыльвы

− Меня зовут Лай Алиса Рино. − Произнесла она.

− Значит… − Заговорила Нара.

− Алиса Мио Кринна моя мать. − Сказала Лай. − Я очень похожа на нее.

− Она рассказывала тебе обо мне? − Удивилась Нара.

− Она не рассказывала, а оставила свои записи, где было описано очень многое из ее жизни.

− Она умерла? − Спросил Ларс.

− Во время родов. − Ответила Лай.

− Боже мой, какой ужас. − Проговорила Нара. − Наверно, она была больна тогда?

− Нет. Не будем говорить об этом. Сейчас вопрос не в этом а в том кто вы и действительно ли вы та, кем назвались.

− Что ты хочешь услышать?

− То о чем могла знать только Нара Крыльв и Алиса Мио Кринна.

− Но и Алиса и Нара могли об этом рассказать позже.

− Алиса не могла, а Нара должна была как минимум прилететь сюда.

− Впервые я оказалась в таком глупом положении. − произнесла Нара.

− Что-то не так, Нара? − спросил Ларс.

− Все так. Мне еще ни разу не приходилось доказывать что я это я а не шехтерианский барсук. Я должна сказать что-то что знает только одна Алиса. И это при том условии, что я никогда не была с нею наедине. Мы и встречались то раз пять, не считая тех моментов, когда она не знала кто я.

− Так расскажи об этом, Нара. Она же наверняка знает и Нину. − Сказал Ларс.

− Толку то из этого. Она же не знает что Ниной была Нара. − сказала Нара.

− Ты была Ниной Мак Лин? − Удивленно спросила Лай. − Этого не может быть!

− Вот видишь, Ларс. − Проговорила Нара. − Тебе придется решить самой, Лай. Либо ты веришь, либо нет. Доказательств не существует. Я могу, конечно, нарисовать генокод Алисы, но от этого ничего не изменится. Ты его не знаешь. Алиса не могла написать все. А если еще принять к сведению что имя Ларс Мак Грегор тебе ничего не говорит…

− Что значит ничего? Я знаю это имя.

− Так значит это суд был незаконным? − Спросила Нара. − Ты не знала даже имен подсудимых.

− Что? − Лай осмотрела всех совсем другими глазами и остановила взгляд на Ларсе. − Ты Ларс Мак Грегор? − Спросила она.

− Я Ларс Мак Грегор. − Ответил Ларс. − И мне этого доказывать особо не придется.

− Почему? − Спросила Нара.

− Потому что я человек. К тому же во всех полицейских компьютерах содержатся данные обо мне и найти их не составит труда. Я ведь как никак числюсь там главарем шайки грабителей банков.

− Ты грабил банки? − Удивленно переспросила Лай.

− Вот и она туда же. − Сказал Ларс. − Я участвовал в двух налетах. Да и то потому что у меня не было другого выбора.

− И они тоже? − Спросила Лай, показывая на Нару, Мин и Флирка.

− Несколько дней назад я был комендантом района, и их привели ко мне как шпионов. Нара узнала меня и не подумала что не стоит называть вслух моего настоящего имени.

− Вы меня совсем запутали. − Сказала Лай. − Рассказывайте все сначала.

− А это поможет? − Спросила Нара.

− Вам повезет, если вы докажете что вы не мееры. − Сказала Лай. − Если вы не сможете этого доказать, вас всех расстреляют.

− И ты не веришь? − Спросила Нара.

− Я хочу верить, но у меня есть сомнения. − Ответила Лай.

− Сомнения, сомнения… − Проговорила Нара и решила немного подумать о том что она знала об Алисе Мио Кринне.

Она знала о ней все! Все потому что в один из дней своей силой вернула ей здоровье и получила от нее след от всего ее сознания. Она раздумывала некоторое время, пока Ларс о чем-то говорил с Лай. Нара словно проходила через новый лабиринт, будто вспоминая жизнь Алисы за последние дни перед стартом. Алиса встречалась со своими, работала над программной системой крейсера "Квазар", затем был старт, нападение на крейсер. Бандиты захватили ее и Ирвинга, и в тот момент Алиса поняла что должна переродиться.

Для этого она сама оплодотворила себя и зачала ребенка. Этим ребенком должна была стать она сама.

Это было настоящей тайной ратионов. Рождавшийся принимался всеми как ребенок, а в действительности был тем же кем была его мать. Это знали только ратионы. И ни один из них никогда не выдавал этой тайны. Никогда, под страхом смерти всего рода ратионов. Другой такой же тайной была тайна языка. Его не мог выучить никто кроме ратиона. Причиной была скорость передачи информации и иной принцип. Передавались не просто слова, а целые блоки слов. Одно "слово" могло значить целую фразу. Предкодировка приводила к невозможности выделения слов даже компьютером. Язык Великого Кристалла был частью языка ратионов. Очень небольшой его частью и это был тот предел который могли изучить люди.

Нара вспоминала и вспоминала. Она поняла что ратионы были не просто обычными существами. Их возможности намного превышали возможности человека. И в интеллекте и в физической силе и в духовной энергии. Только благодаря этому род ратионов еще жил в космосе. Много сотен тысяч чет назад они потеряли свою власть над галактикой из-за происшедшей катастрофы. В те же времена были рождены особые кристллы. Кристаллы силы, имевшие практически безграничную власть над материей. Тот кто имел эти кристаллы имел силы подобную силе крыльвов.

− Ты не заснула, Нара? − послышался голос Ларса.

Нара словно очнулась и взглянула на него. Алисы рядом не было.

− А где Алиса? − Спросила она.

− Какая Алиса? Лай? Она давно ушла, Нара. Она считает что мы должны быть осуждены.

− Сколько прошло времени, Ларс?

− Ты не помнишь? Уже второй день. Ты сидишь ничего не говоришь. Мин и Флирк не давали мне тебя трогать. Но сейчас уже нет времени.

− В чем дело, Ларс?

− Через полчаса начнется суд.

− Алиса будет там?

− Она будет, но не будет судьей. Алиса будет среди наблюдателей. Черт возьми, я опять называю ее Алисой.

− Я кое что вспомнила, Ларс.

− Вспомнила?

− Да. Кое что очень важное. Я не могу этого сказать даже тебе.

− Почему?

− Потому что Алиса просила меня не говорить об этом никогда и никому. Я могу сказать это только ей или ее дочери.

− Но уже поздно.

− Не поздно, если Алиса будет в зале.

− Ты скажешь это при всех?

− Я скажу это так что поймет только она и больше никто. − Ответила Нара.

Больше говорить было не о чем.

Через полчаса четверку провели уже знакомой дорогой в зал трибунала. Вновь появился суд и на месте Алисы был какой-то другой ратион.

Началось заседание. Судья объявил начало, затем выступил обвинитель, который назвал имя Ларса Мак Грегора и сказал что его должны судить в другом месте. Судить как человека обвиняемого в преступлении.

Ларса вывели, и он попрощался с Нарой, Мин и Флирком.

− Не беспокойся, мне дадут пожизненное заключение. − Сказал он. − В тюрьме тоже живут люди.

Ларса увели, на скамье подсудимых остались лишь трое крыльвов. Обвинение заявило что все три человека за решеткой являются меерами и требовало для них смертной казни.