Александр Сапегин - Записки морфа

— А ты силён! Ха-ха-ха, твои командиры знают, что в отаре овец приютили волка? Зачем тебе люди? Будь со мной, вместе мы сможем многое! Я устала от тупого почитания, мне нужен спутник — мужик! Ты достоин им быть, в тебе есть сила. Устанешь от меня, тебе притащат любую бабу! — увещевала меня красотка, пытаясь уйти с линии огня. Ну, что же ты, боишься? Дрожишь за драгоценную шкуру? Так-так, бойся меня, бойся. Гляди-ка, твой шарм уже не так силён. Охотников отпустило. Нет, их накрыло моим выбросом. Как бы тебя прикончить так, чтобы уберечь детей и бойцов от "собачек". Тут ты права, только это угроза удерживает меня от стрельбы между глаз. Мне пока не по силам некоторые фокусы с взятием под контроль чужих разумов. Вполне вероятно я никогда не освою эту науку, но я и не стремлюсь быть похожим на мерзость, как красотка передо мной.

— Ты такой же, как я! Неужели ты не видишь, ты — демон!

— Ошибаешься, между нами большая разница. Ты — демон выглядящий человеком, а человек в образе демона. Улавливаешь? И кто сильнее? Я голыми руками порвал три десятка таких, как ты. Пора делать на ноже зарубку номер тридцать один.

Страх, я чувствую страх. Тварь испугалась, демоны зарычали. Они ещё слушаются её, но их инстинкты кричат о том, что рядом есть ещё одна сильная особь. Шарм пропал. Охотники Рихарда и мои волчата вырвались из дурмана. Я победил. У меня есть поддержка. Щёлкают затворы "Рокотов", Боха снял с предохранителя свою бандуру. В воздухе повисло физически ощущаемое напряжение, словно у потолка повисла грозовая туча, готовая вот-вот разродиться громом и молнией.

— Взять! — проорала королева, моментально рухнув на пол.

Пятерка телохранителей закрыла подопечную своими телами, тем самым они спасли тварюшку от смерти. Трое бывших охотников за пару секунд распрощались с мозгами, забрызгав горилл, кинувшихся на нас. Я, громогласно зарычав, бросился навстречу. Моё тело жило независимо от разума хозяина. Латы на спине сорвало выпроставшимися из лопаток подобиями стрекозиных крыльев с острой режущей кромкой, когти на руках достигли десятисантиметровой длины, на краткий миг в локтях прострелило резкой болью, тут же тонко заверещал йома, нарвавшийся на длинное лезвие, выросшее из локтя правой руки.

Превратившись в живую машину для убийства, я ворвался в толпу монстров, разрывая их когтями и полосуя локтевыми лезвиями. Удары крыльями, которые оказались куда прочней стрекозиных и острее бритвы, срубали головы и расчленяли тела, как от удара мечом или шашкой. Во все стоны летели кровавые брызги и части тел. Багира и Тень бросились следом, прикрывая командиру спину, их "Рокоты" и мечи, "ласкали" тех тварей, которые замыслили подобраться ко мне сбоку или со спины. Боха и "арийцы" открыли ураганный огонь по монстрам, рвущимся к детям. Заряды из боховой дуры начисто отрывали лапы, головы и пробивали в тушах такие дыры, что в них можно было просунуть кулак. В зале стоял вой и визг. Вампирша бросила "собачек" на произвол судьбы, по-пластунски добравшись до штольни и скрывшись в спасительной темноте. Одного из телохранителей пристрелили тренерши, несколько ребят не целясь, стреляли в визжащую толпу, оставшуюся без управления, промахнуться было нереально. Я резал, бил, рвал, колол, плевался ядовитой слюной, гоня монстров перед собой. Йома, столкнувшись с более сильным противником, предпочли спасаться бегством. Бегите твари, бегите. Беги и ты- королева, я пойду по твоему следу и вычищу твоё логово.

— Бойся! — на весь зал проорал Боха.

Двери, закрывающие проход в сторону жилого комплекса разлетелись на мелкие щепки, в помещение въехал управляемый гусеничный робот с роторным рельсовым пулемётом на горбу, следом за роботом показались экзоскелетники Буратино. Заявились — не запылились! Не знаю, радоваться мне или нет…

Взгляды присутствующих скрестились на мне, я кожей впитывал целую гамму человеческих эмоций, начиная от шока, неверия, презрения, ужаса и страха, до восхищения, гордости и чуть ли не преклонения. Представляю, на куче нашинкованных в лоскуты трупов йома, стоит забрызганная кровью помесь стрекозы и Росомахи — героя американских комиксов и глупо лыбется во все тридцать два зуба. Тут меня словно кипятком обдало. Чуть повернув голову вправо, я замечаю полковника Бурмистрова, в глазах которого плещется мрачное торжество, а на губах приклеилась мстительная ухмылка.

— СТОЯТЬ! ОРУЖИЕ НА ПОЛ! — проорал Буратино, выскочив из-за спин спецназовцев, и тут же юркнул обратно.

Из штольни валом полезли демоны, которых я вроде бы загнал туда секунд тридцать назад. Ну, не придурок ли? Полковник, вы где служите? Идиот на ножках, охотник никогда не выпустит из рук меч и пистолет…

Прежде, чем отпрыгнуть в сторону скучившихся детей и прикрывавших их охотников, я услышал доносившиеся из штольни звуки автоматных очередей и многочисленные хлопки "Рокотов". Сильный сквозняк, ворвавшийся в зал и дувший в сторону разнесённой в щепки двери, принёс с собой запах палёного мяса. Вонь стояла неимоверная. Неожиданно заработала телеметрия и появилась связь, на забрале шлема высветились красные точки команд Пчёлки, Бронислава Мнишека — командира московской команды охотников из Южного округа столицы и групп технической и огневой поддержки, перекрывших второй конец технологической штольни и гнавших йома обратно. Видимо поддерживающие охотников ребята расчищали путь с помощью огнемётов.

Воняющие палёным демоны кинулись на экзоскелетников. Подчинённые полковника неудачно расположились недалеко от штольни, и тут у оператора "муравья" не выдержали нервы. "В-з-з-з-за-а-а-н-з-з-з", запел роторник на горбу робота. ИДИОТ! Буратино командовал дуболомами под стать ему самому, только полудурок будет применять подобную смертельную "машинку" в закрытом помещении.

— "И-и-и-и", — тонко заверещали разрываемые на куски, попавшие под смертоносный шквал вольфрамовых шариков твари. Громадный зал за пару секунд заволокло непроглядным облаком цементной пыли пополам с тяжёлой кровавой взвесью. Шарики разносили в труху и демонов и облицовочную плитку, крошили стены и выбивали из них куски бетона. Визжавшие ранеными поросятами осколки острой керамики, обделочного кирпича и бетона летели во все стороны, раня и демонов и людей.

— Ложись! — я навалился на тренерш, завалив обоих на залитый кровью пол и сбив ногами ещё пару девчонок. Люба, Тень и охотники Рихарда повалили остальных детей.

За мутным цементным туманом не было видно Бохи.

— "Господи! — молился я, — пусть будет не смертельное…".

Перед тем, как накрыть собою впавших в ступор девушек, я успел в рукотворном облаке разглядеть, как моего стрелка отбросило на стену, а на правом боку его лат в районе грудной клетки образовалось два мини вулканчика, из которых выплеснулись фонтанчики крови. Боха стал жертвой "дружественного" огня экзоскелетников, паливших во все стороны, как в копеечку. Мне и Надежде оставалось радоваться, что это были обычные пули, попади в парня вольфрамовый "жгут" роторника, его бы разорвало пополам.