Диана Торнли - Звездный Тарзан

— Уже выхожу.

У капитана стали влажными ладони. Он вытер их о лабораторный халат и, немного подумав, снял его, набросил на себя китель и надел головной убор. В фойе госпиталя космодрома он на ходу застегнул форму, попросив унтер-офицера-регистратора перенести назначенный прием больных на более позднее время.

Вейл не ожидал увидеть Жюля Франсуа в офисе Управления безопасности. В ответ на приветствие капитана бригадный генерал небрежно отдал честь и сказал:

— Вольно, капитан, — и добавил, отодвинув в сторону кипу бумаг: — Вы получаете новое задание. В данный момент оформляется приказ.

— Не понял, сэр.

— Приношу извинения за то, что не предупредил заблаговременно, капитан, но обстоятельства не позволили это сделать. Сегодня утром я получил приказ от губернатора Реньера на срочный перевод одного заключенного в его штаб-квартиру на Исселе. Полковник Лансил, — генерал указал на начальника контрразведки, — и я пришли к выводу, что практичнее будет усыпить его, и это дело я поручаю вам. Можете использовать любой метод по вашему усмотрению. Отправитесь с Ганволда на борту торгового судна «Удачливый» в двадцать два ноль ноль сегодня же.

— Есть, сэр, — Вейл недоумевающе смотрел то на генерала, то на полковника. — Прошу прощения, джентльмены, но я даже не слышал, что военный трибунал сегодня заседал.

— Его и не было, — мимоходом заметил Лансил.

Вейл терялся в догадках, пока не оказался вместе с сопровождающими около камеры, в своем обычном халате. Глядя через решетку в двери, капитан спросил:

— Кто это, сэр? Сколько времени провел здесь этот человек, и откуда у него синяки на лице и груди?

— Он здесь пять дней, — процедил Лансил, — а синяки он получил во время допроса за отказ сотрудничать.

Капитан поморщился, догадавшись, о чем идет речь.

— Я могу спросить, что он натворил, раз его переводят на Иссел?

— Вам это знать необязательно, капитан. Вы должны доставить его командующему Сектором Реньеру живым.

Указания начальства прочно засели в сознании Вейла.

— Есть, сэр, — ответил он и после небольшой паузы добавил: — Рекомендую использовать состояние искусственного стаза [1] Стаз (от гр. stasis состояние, неподвижность) — резкое замедление или остановка содержимого в трубчатых органах: кровеносных и лимфатических сосудах, кишечнике и др. . Это обеспечит контроль и предупредит возможные во время светового перелета травмы.

Полковник хмыкнул и подал охраннику знак открыть дверь. Перед капитаном выросли двое солдат в латах, но он приказал им отойти.

— Не надо. Попробую сделать это самостоятельно.

Не обращая внимания на предостережение солдата, Вейл переступил порог камеры. Аборигена, скорчившегося на лавке под окошком и прижавшего коленки к груди, он разглядел, когда глаза немного привыкли к темноте. Капитан в нерешительности остановился и сосредоточил все внимание на молодом человеке, который сидел на корточках, прислонившись спиной к стене. Юноша подозрительно смотрел на капитана. Вейл сделал несколько шагов, тоже присел на корточки, показывая, что ничем не угрожает ему, и сказал:

— Я не сделаю тебе больно, мальчик. Пойми это.

Глаза юноши гневно пылали. Он пошевелился, как хищник, готовящийся прыгнуть на свою жертву. Правый глаз его опух.

— Бандиты! — прошептал Вейл. Он выставил руку ладонью вперед. — Послушай, малыш, я хочу тебе помочь, понял? Ты позволишь мне подойти ближе?

Оставаясь на корточках, он продвинулся вперед. Как загнанный зверь, молодой человек оскалился и зашипел угрожающе. Вейл замер.

— Все в порядке, малыш. Если ты будешь вести себя так, то они снова изобьют тебя. Понял?

Капитан вновь попытался приблизиться, но юноша выставил руки вперед, согнув пальцы, как когти. В тех местах, где были наручники, металл натер тело до крови. Левая рука опухла и казалась бескровной. Пальцы плохо сгибались.

— Осторожней, док, — сказал кто-то за спиной Вейла. — Это предупреждение.

— Извини, малыш, — капитан сантиметр за сантиметром продвигался к Тристану. — Успокойся, успокойся. Я помогу тебе, если ты мне позволишь.

Он приблизился настолько, что заметил в синих глазах отблеск страха. Вейл схватил юношу за кисть руки, не причиняя ему, однако, боли.

Грозное шипение отвлекло его внимание на аборигена, и в это мгновение он получил сильнейший удар по лицу. Его отбросило назад. Оцарапанную щеку нещадно жгло огнем. Юноша уже стоял на ногах. Пальцы его были согнуты, глаза дико пылали.

Вейл не успел опомниться, как в камеру ворвались легионеры и с двух сторон окружили заключенного. Юноша как тигр бросился на солдата, но получил удар в живот и упал. Второго легионера атаковал абориген, заставив попятиться от града ударов по шлему. Солдат отбивался от наседавшего дикаря, пока ему не удалось освободить руку, выхватить дубинку и ударить наотмашь. Раздался хруст костей, и ганианец свалился на пол, изо рта его текла кровь.

Увидев это, юноша застыл от ужаса, весь побелел. Он выкрикивал какое-то непонятное слово, громко повторяя его и одновременно набрасываясь на противника, при этом растопыривая пальцы, как когти.

Наблюдая за тем, как неистово юноша пытается освободиться, Вейл подумал, что в нем есть что-то нечеловеческое. Легионер был более крупного телосложения и тяжелее. Ему удалось перевернуться со спины на живот и пригвоздить юношу к полу.

— Ну… вот… док. Теперь он ваш! — отдуваясь, сказал солдат.

Вейл присел рядом с ними и поднял голову, услышав звук шагов. Подошли Лансил и Франсуа.

— Уберите этого дикаря за территорию, если вы его еще не убили, — приказал полковник второму солдату.

— Есть, сэр, — легионер взвалил вялое тело на покрытые латами плечи.

На полу юноша продолжал сопротивляться, упираясь ногами и выкрикивая все то же непонятное слово.

— Дайте ему наркотик, — сказал Лансил.

Вейл вытащил из кармана пластиковый пакет. Вскрыв его, он достал две плоские марлевые накладки, похожие на монеты, снял с них защитный слой и протянул руки к лицу заключенного. Юноша отвернулся. Солдат надавил ему на руки коленями и наклонился, чтобы схватить за волосы. Парень остолбенел, побледнел и стал ловить ртом воздух.

— Ты поломаешь ему руки! — бросил Вейл.

— Да, сэр. Вы хотите, чтобы он ударил вас еще раз?

Вейл гневно посмотрел на него и приложил пластыри к вискам юноши, не в силах взглянуть в его широко раскрытые от страха глаза. Через несколько мгновений тот стал расслабляться: пальцы рук начали распрямляться, и ноги, согнутые в коленях, вытянулись. Он лежал, мотая головой из стороны в сторону, потом часто заморгал, и прерывистое дыхание сменилось слабыми вздохами.

— Вот и хорошо, — сказал за спиной Вейла полковник и отстегнул аудиокордер с ремня. — Прислони его к стене, Герик.