Сергей Недоруб - Прорыв реальности

Сначала Олегу показалось, что просто стало светлее. Подумал, что наконец из-за туч вышло солнце и одарило многострадальную землю своими теплыми лучами. Но постепенно заметил, что светило ни при чем, а поменялось восприятие окружающего мира у него самого. Такого буйства красок он не видел еще ни разу в жизни: сочная зелень, кора на деревьях покрылась тонким слоем золота, тени углубились и обрели четкие границы, редкие цветы словно перепутали климатические пояса и превратились в пестрые тропические растения.

И все это источало запахи. Воздух перестал быть прозрачным и наполнился молекулами – будто неведомый художник распылил краски из аэрозоли.

Только спустя некоторое время Олег с немалым удивлением осознал, каким тусклым было все раньше. Он даже рассмеялся: насколько же бедно обычное человеческое восприятие! Олег предположил, что подобный эффект – одно из побочных действий «блаженной слепоты». Хотя посещали его мысли и более фантастические, например, что он попал в параллельную вселенную или прорвал границу между измерениями, а может, просто скакнул в пространстве и времени, потому что на какое-то мгновение ему вдруг показалось, что вокруг все знакомо, узнаваемо, будто бывал в этих местах, и не раз. Но все это, конечно, глупости. Игра воображения.

Несмотря на саднящую боль от порезов, царапин, ожогов и ушибов, он прибывал в отличном настроении – впервые с того момента, как мутанты напали на лабораторию, где Олег служил охранником. Впервые с того самого злополучного дня, когда его жизнь резко изменилась… Сколько же прошло с тех пор? Он затруднялся ответить на этот вопрос. Дни слились в череду непрерывных мытарств.

Чтобы как-то отвлечься от тягостных мыслей, вынул контейнер с флеш-картой, наивно понадеявшись, что с помощью своих новых возможностей разглядит, что же в ней такого особенного. Но накопитель так и остался серо-черным куском пластмассы.

Словно почувствовав свою бесполезность, вновь обретенные способности стали проходить. Зрение возвращалось к своему обычному состоянию, краски начали тускнеть. Олег испытал сожаление по этому поводу, но не собирался поддаваться пессимизму – его не оставляла уверенность, что еще не раз сумеет пережить столь невероятные ощущения. К тому же сейчас он ужасно проголодался. А цветом и запахом не наешься. Последний раз удалось поесть несколько дней назад. Живот сводило, во рту постоянно ощущался неприятный привкус. Хорошо еще вода имелась. Подумав об этом, Олег сразу почувствовал жажду. Снял с пояса фляжку, отвинтил крышку и сделал несколько глотков… На матерчатом чехле фляги из-под пальцев проглядывало бурое пятно засохшей крови. Олег отнял горлышко от губ и как завороженный уставился на испачканную ткань.

Сквозь звуки леса вдруг начали пробиваться далекие, сначала едва различимые, но с каждым мгновением набирающие силу крики… Крики ненависти, злобы:

«…заметался… не давайте ему высунуться… за братана я с ним рассчитаюсь… хрен его знает, что это за тварь… тварь… тварь…».

А вслед за ними крики боли и отчаяния, крики погибающих людей, крики сталкеров… которых он убил. Перекрывая их, в ушах появился перекрывший все страшный гул пламени…

Олег мотнул головой, сбрасывая наваждение и прогоняя мрачные мысли. Они сами на него напали! Хотели убить, сжечь заживо. Он лишь защищался, а эта фляжка… это трофей, добытый в бою! И артефакт, тогда у костра. Он просил его отдать, просил по-хорошему, а они снова на него напали, не проявив ни малейшего сочувствия. Тогда почему он должен их жалеть?

Холодная озлобленность заставила его сжать губы и вздернуть подбородок. Он взглянул на фляжку и, словно доказывая что-то самому себе, сделал несколько больших глотков, потом закрутил крышку и повесил на пояс.

Вдалеке ухнул взрыв, вслед за ним раздался стрекот автоматных очередей. Олег вздрогнул и резко повернулся в сторону, откуда донеслись звуки. Как вовремя! Теперь можно не ломать голову насчет пропитания. Что бы там ни происходило, но почти наверняка он сможет разжиться едой. Вариантов множество: найдет рюкзаки раненых или убитых в перестрелке сталкеров или попросит у тех, кто останется в живых. Вряд ли это те же самые, что хотели его сжечь. А у других не должно быть причин отказывать ему в помощи. Хотя… если такое все же произойдет, Олегу не составит труда самому забрать что нужно.

Только надо осторожно подобраться, а то пальнут, разгоряченные перестрелкой. От пуль уклоняться Олег не умел… пока не умел. Может, имеется такой артефакт, который к его силе добавит еще и ускорение реакции. Нужно только найти. И есть неплохой шанс обнаружить такой арт у сталкеров. Они же только и делают, что собирают артефакты. Это их хлеб.

Олег не стал медлить и быстрым шагом направился в сторону перестрелки, уже больше подстегиваемый мыслями об артефактах, которые могут быть у людей, чем чувством голода.

Через полчаса он добрался до большой поляны, почти целиком накрытой одной огромной аномалией. Олегу она виделась стелющейся дымкой, которая под воздействием неведомой силы тянулась от границ аномалии к ее центру, где скручивалась в тугой, бесшумный смерч диаметром около десяти метров. На дальней стороне, в желто-зеленом ковре травы чернела воронка. Видимо, тут и взорвалась граната. Но ни тел, ни брошенных рюкзаков не наблюдалось.

Олег и не рассчитывал, что будет просто. Он вгляделся внимательнее: запах пота, оружейной смазки, порохового дыма – он уже легко мог их узнать даже через всю поляну. Но над всем преобладал запах крови. Его красноватые нити осели на траве и ближайших деревьях. Значит, жертвы все же были.

Еще Олег различил несколько новых запахов, до сих пор ему не встречавшихся. Определив направление, в котором ушли сталкеры, он направился параллельным курсом. Один из новых запахов оказался настолько сильным, что почти забивал собой след, оставленный людьми. Олег сначала не понял, что бы это могло означать, но постепенно до него дошло: мутанты! Они преследовали сталкеров. Именно от них отбивались люди, а вовсе не устраивали заварушку между собой. Олег не мог определить разновидность монстров. Он слишком недавно стал различать запахи и многих просто не знал. Единственное, что он мог с уверенностью утверждать, что это были не хамелеоны, не быки, не шипастые собаки и не «прыгуны». Хотя оттенок слегка напоминал запах последних.

Судя по следам, людей трое. Двое потели обильно, третий меньше. Все вооружены. Раненых среди них не было, как и среди мутантов – все кровавые следы остались на поляне. Но почему тогда не осталось тел? Не мог же их уже кто-то сожрать?

Олег недоумевал, продолжая свой путь, уже не задумываясь об опасности, что представляли аномалии. Практически походя оперируя категориями, недоступными обычному человеку, и совершенно не придавая этому значения. Словно само собой разумеется, что он видит запахи, различает их, определяет аномалии, может с корнем выдернуть из земли дерево или вытащить гусеницу из-под трактора, проломить стену в доме или пробить кирпичом грудную клетку человека… Он чувствовал только одно – стремление утолить голод. И не важно, какой именно голод это был. Еда, артефакты… – все равно! Главное поскорее добыть то, что требовалось организму!