Марик Лернер - Будущее воина

– Ледек меня действительно переиграл, – выдавил из себя признание Денес. – Он же, гад, первым мне и докладывал о всех разговорах в кругу полковников. Чуть кто скажет кривое слово – уже спешит сообщить. И не врал. Я проверял неоднократно.

– Надеюсь, ты выучишь урок, и мне не придется в дальнейшем обнаруживать подобных сюрпризов.

Когда что-то нужно, правила ведь могут и поменяться, подумал Денес, молча кивая. Не оплошать и не ошибиться. Не делать и все знать. Хорошая философская проблема для обсуждения в храме. Он будет делать и дальше то, что считает правильным. Даже вопреки приказам. Нет другого пути.

– Те беды, которых мы страшимся и от которых ищем защиты, – неожиданно подключилась Изабелла, – как знать, быть может, их можно было бы избежать, если бы не наша предосторожность, притягивающая их, словно нарочно!

– Очень умно, – скривился Денес, – только где грань между подозрением и уверенностью? Кто следующий изменит? Прикажете следить за каждым? А как насчет самой госпожи, у нее нет причин избавиться от супруга?

– Хватит! Ступай, – обрывая его, приказал Блор.

Все же не стоит проявлять непочтительность к его жене. Спорить никому не возбраняется, как и высказывать мнение, лишь правильно выбрать момент. Главное – не наделать глупостей, порожденных страхом.

Она точно не подарок и вечно норовит вмешаться, но злобы в Изабелле нет. Расчетливость – это присутствует. Не в смысле добывания ценных подарков, любая женщина не прочь их получить. В числе ее добродетелей бескорыстность точно не значится. Зато ничего плохого в смысле поиска отдельных интересов в ней Блор не находил.

Правильная жизнь жены состоит в том, что она помогает супругу на его пути, в его жизненном предназначении. Здесь ее не уличить в пренебрежении традицией или правилами. А твердость Изабеллы и отсутствие трусости в самых разных обстоятельствах, несомненно, заслуживает уважения.

Вот не испугалась же прибыть в район военных действий и остаться. И мало того, ей, похоже, эта жизнь понравилась. Хотя чем занимательна достаточно тяжелая и без особого комфорта для беременной, ему не представить.

– Закон ясно гласит, – сказала Изабелла, дождавшись, пока Денес удалится. – Зачинщика мятежа ожидает при поимке немедленная казнь.

– Это про меня или Нгоби? – с любопытством поинтересовался Блор.

– Иногда мне кажется, – морща носик, красивым голосом сообщила она, – что ты откровенно тупой, муж мой.

– Ну хоть откровенна.

– Да! В отличие от тебя!

– А ты красива.

– С этим животом, который скоро станет больше меня?

Женщины неисправимы, подумал Блор. Даже самые разумные. В любое время, особенно самое неподходящее, им требуются заверения в прекрасном виде и куча комплиментов.

– С пузом прекраснее всего, – заверил. – Ничто не сможет испортить твоего обаяния, и не вздумай кому это повторять.

– Я говорила о Ледеке, – абсолютно спокойным тоном, без малейшей примеси слез, буквально только что прозвучавших при упоминании о внешности, мгновенно переключилась Изабелла. – Его важно показательно казнить.

– И как я его поймаю?

– А Визи у тебя зачем?

– Вот именно, – счастливо вскричал тот – одна радость: никто, кроме Блора, этого услышать не может, а поведение ничуть не изменилось. Как лежал у ног, так и не пошевелился. Большинство здешних разговоров он пропускал мимо сознания, откровенно впадая в дремоту, и очухивался лишь на яркие эмоции или обращенные к нему слова. – Почему эта самка догадалась, а Повелитель медлит?

– Послать его в город за предателем? – выделяя каждое слово, переспросил Блор сразу для обоих.

– Это возможно в принципе?

– Легко! – возбужденно рыкнул Возмездие. – Сильный, молодой, дурно пахнущий? Убью! Приказывай!

– Да, тот, – подтвердил Блор и неожиданно задумался о связи запаха и подозрительных мыслей.

– Я не читаю мысли, – возмутился в очередной раз демон. – Общий эмоциональный фон. И здесь нет связи с предательством. Это природное.

– Визи его знает, – подтвердил для Изабеллы, – и найдет. Но он же не шляется по лесу в одиночку. Скорее всего, сидит в доме под охраной.

Сказал и сам сообразил – ерунда. Его бывший полковник просто обязан сейчас метаться от одного подразделения к другому и на беседы с командирами десанта или портовой администрацией. Подловить его наверняка удастся, но он же не ходит один.

– Какая разница, есть охрана или нет? Пусть заодно порвет хоть весь полк. Главное – добраться до перебежчика и наказать, чтобы другим неповадно стало. Чтобы кишки намотал твой демон, – она в запале не пожелала обратить внимание на поднятую бровь и ляпнула то, что и так говорили повсеместно, – прямо на шею, а лучше вообще на куски порвал.

– Мне нравится такое поручение, но принимать указания от самки???

– Тебя разве кто спрашивал?

– Нет, Повелитель! Но дело говорит.

– Хотя и самка?

– Позволь охоту, – почти просительно послал мысль Возмездие. – Я смогу! Я всем покажу!

– Пусть боятся. До мокрых штанов, – бушевала Изабелла, – и думать об измене не смеют!

– Я так давно всласть не пугал людишек.

– Ну что ж, – сказал Блор, вслух. – Визи!

Демон моментально вскочил, показывая послушание и преданно глядя в лицо. Он никогда не смотрел прямо в глаза. Видимо, как многие животные, считал такое поведение вызовом.

– Найти Ледека и убить, – положив руку на башку зверя, приказал.

И тут же мысленно дополнил:

– На рожон не лезть, идти тихо, посторонних убивать, только когда нет иного выхода. Охрану можно. В сроках не ограничиваю. Выследить и уничтожить. Сначала выполнить цель, причем имея хорошие шансы на отход, затем можешь и пройтись открыто, убивая вооруженных.

– А замахнувшихся камнем или палкой? – Возмездие почти обиделся. Каждый знает: пришибить можно и подручными средствами, так что если у человека оглобля в руках, поджать хвост и сбежать?

– При опасности решаешь сам.

– Благодарю, Повелитель!

– Все ясно? – потребовал вслух Блор.

Возмездие зарычал. Кто чужой мог бы принять эти звуки за агрессию и начало атаки. Блор слишком давно ловил его эмоции, научился неплохо в них разбираться и ощущал одно удовольствие от поручения. Наконец-то он сможет выйти на охоту за двуногим зверем. Нет ничего приятнее скрадывать умного. Олени, безмозглые овцы, не способные спрятаться или защититься. Даже медведь. Все не то. Лучшая дичь – человек, и ему давно не приходилось прилагать серьезных усилий в ловле цели. Заявившиеся прямо к Повелителю убийцы не в счет. Их искать не требовалось, пусть и умелые бойцы. Сами подставлялись, разве в пасть не запихивались. А вот это настоящая работа!