Уильям Гибсон - Агент влияния
- Название:Агент влияния
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:978-5-389-18481-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Уильям Гибсон - Агент влияния краткое содержание
А затем явились «Периферийные устройства» – главный визионер современности вернулся наконец назад в будущее! На то, чтобы сделать следующий шаг, потребовались долгие шесть лет, но продолжение оправдало ожидания с лихвой. Итак, познакомьтесь с нашей современницей Верити Джейн, заклинательницей приложений. Таинственная компания «Тульпагеникс» поручает ей бета-тестирование прототипа искусственного интеллекта под названием «Юнис» – что в альтернативном XXII веке привлекает внимание инспектора Эйнсли Лоубир, уже знакомой нам по «Периферийным устройствам». Срез, в котором живет Верити, создан «любителем адских миров» Веспасианом; здесь Дональд Трамп не выиграл президентские выборы и Британия проголосовала за то, чтобы остаться в Евросоюзе, – однако гибридная война в Сирии чревата глобальным и самым что ни на есть горячим конфликтом. «Юнис» и Верити – вот те агенты влияния, которым, возможно, под силу спасти мир…
Впервые на русском! В формате a4.pdf сохранен издательский макет.
Агент влияния - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– Правда?
– Говорит, сегодня утром у тебя единственное окошко в расписании. Верджил тебя заберет. Через двадцать минут?
Верджил Робертс, который, по общему мнению, выглядел так, будто у Жанель Монэ [15] Жанель Монэ Робинсон (р. 1985) – американская чернокожая певица, автор песен, рэперша, актриса и продюсер.
есть брат-близнец, был в глазах людей, не приближенных к Стетсу, его универсальным мальчиком на побегушках, однако на самом деле, помимо прочего, исполнял в фирме роль штатного критика.
– О’кей, – сказала Верити, – через двадцать минут. Увидимся. – Провела пальцем по экрану, отключаясь. – Черт побери, Юнис…
– На сейчас это единственный вариант, который может вытащить нас из задницы. Ясно?
– Блин, – сказала Верити, нехотя признав, что это примерно означало «да»; через двадцать минут она уже садилась на пассажирское место электрического «БМВ».
– Как ты? – Верджил, широко улыбаясь, правой рукой пожал ее левую ладонь.
– Сложно. Куда мы едем?
– Фримонт, – ответил он (Юнис тем временем оцифровала его лицо); название улицы ничего Верити не сказало.
Верджил встроился в поток транспорта на Валенсия-стрит.
– А ты как? – спросила Верити.
– Пашу на него. В основном всякая фигня с ремонтом, но в невбубенных масштабах. Ты работаешь?
– Холостяцкая берложка, – сказала Юнис, и очки заполнил аэрофотоснимок. Залитые солнцем верхние этажи небоскреба, пронзающие сфотошопленную сахарную вату облаков. – Невеста наводит красоту на верхние два этажа. Площадь – примерно три теннисных корта.
Картинка исчезла.
– Только что устроилась, – ответила Верити, – но рассказывать не могу.
– Если это не связано с демонтажом мрамора, считай, тебе повезло. Мрамора там до хрена и больше, прежний владелец, похоже, не знал, что бывают другие материалы. Кейтлин хочет, чтобы каждый грамм пошел в оптимальную переработку, а значит, снимать его надо целиком, не раскалывая.
У нее зазвонил телефон.
– Извини.
– Ничего-ничего, – ответил Верджил, сворачивая на другую улицу.
– Не злись на меня, – сказала Юнис.
– Есть за что. – Верити говорила бодро, поскольку Верджил ее слышал.
– Это ситуационное.
– Постоянное, если все будет продолжаться так же, – сказала Верити, когда Верджил сворачивал на Четырнадцатую.
– Нам нужно оставаться внутри их системы обратной связи. Иногда мне придется выталкивать тебя из зоны комфорта.
Впереди возник угрюмо-укоризненный фасад Арсенала.
– Когда меня толкают, это вне зоны моего комфорта.
– В данный момент за нами хвост, – сообщила Юнис. – Чувак с просроченными алиментами. Еще четверо ждут машин, чтобы ехать, куда он скажет. Одна осталась в «Три и семь» на случай, если ты вернешься. Не отбрыкивайся от моих советов.
Верити глубоко вдохнула, медленно выпустила воздух.
– Ладно.
Они миновали Арсенал и ехали мимо муралов с протестами против обуржуазивания района.
– Нам надо будет сесть и все со Стетсом перетереть. Втроем.
– Как это будет выглядеть? В смысле устройств?
– Обойдемся тем, что у него есть. В худшем случае подопрешь чем-нибудь мобилку и включишь громкую связь, а я буду в виде аватары.
– Темы?
– Твоя новая работа, мое мнение о твоем работодателе.
– То, что ты мне сказала? – Верити глянула на Верджила, который вел машину чересчур сосредоточенно.
– Именно, – ответила Юнис, – и твои мысли по этому поводу. Никто никого к стенке не припирает. Мы даем ему шанс решить, хочет ли он с нами связываться.
Мимо микротрущоб из картонных коробок и магазинных тележек, накрытых синим полиэтиленом из магазинов «все по доллару».
– Это не только от него зависит. И не только от тебя.
– Знаю. Но мы почти приехали. Отбой.
– Ладно. Пока. – Верити опустила телефон.
Они проехали под эстакадой перед мостом.
Дальше – СоМа [16] Район Сан-Франциско южнее Маркет-стрит.
, затем, несколько кварталов и поворотов спустя, безупречно чистый бетонный съезд. Верджил притормозил, белая стальная решетка пошла вверх, машина вновь тронулась, и Верити, обернувшись, увидела, как решетка опустилась.
12
Альфред-Мьюз
Рейни обставила его лондонскую квартиру мебелью более или менее человеческого изготовления. «Которая ни во что под тобой не превращается», по ее выражению. Она обожала скандинавский дизайн середины двадцатого века, но не могла его себе позволить, так что искала старинные подделки, а не точные, изготовленные ассемблерами копии.
– Так это совсем рано? Раньше округа? – спросила она, раскладывая по тарелкам ужин.
– За год до того, как американцы впервые избрали женщину-президента.
– Гонсалес?
– Нет. Они избрали свою раньше, в две тысячи шестнадцатом. А итог голосования по Брекзиту был «остаться в ЕС». Я могу тебе чем-нибудь помочь?
– Глянь на Томаса, пожалуйста.
Он подошел к двери детской. Томас спал, окруженный успокаивающей проекцией миниатюрного северного сияния.
– Все хорошо.
– А люди там счастливее? – спросила Рейни. – Счастливее, чем были здесь тогда?
– Я так понимаю, не особенно.
– Жалко. На обед сегодня такос с тиляпией. Из ресторанчика на Тотнем-Корт-роуд. В твоем новом срезе мексиканская еда наверняка лучше. Отчего же они не радуются?
– Все по-прежнему идет к джекпоту, хотя в этой конкретной точке и не так стремительно. – Он сел за стол. – По крайней мере, пандемии для них еще впереди.
Рейни села напротив него.
– Никогда не могла вообразить жизнь до две тысячи двадцатых как что-то реальное. Трудно поверить, что они не радовались каждую минуту, ведь у них столько всего было. Тигры, например. – Она взяла тако. – И что изменило исход выборов?
– Мы пока не знаем. Из-за плохой связи нет доступа к данным, без которых этого не выяснить.
– А меня ты можешь туда взять?
– Пока нет. Все из-за той же плохой связи. Нет нужной инфраструктуры.
– В округе мне нравится, – сказала она, – хоть и грустно всякий раз.
– Правда? Почему?
– Они живут в теории заговора, только по-настоящему. Ими управляют тайные повелители. Твоя работодательница, главным образом.
– Но ведь благодаря нашему вмешательству им лучше?
– Да, конечно, но это обессмысливает их жизнь.
– Однако все, с кем ты там знакома, в этом участвуют.
– Не знаю, предпочла бы я знать или не знать, – сказала она и откусила тако.
13
Стетс
Верджил поставил машину в белом гараже, рядом с новехонькими фургонами, на бетонном полу, почти не исполосованном следами шин. Впереди была бронзовая лифтовая дверь в такой же массивной бронзовой раме. Прежний владелец, решила Верити. Вряд ли невеста-архитекторша увлекается псевдофараоновским китчем.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: